Ещё раз о душе

У него очерствела душа.
Может быть, ему это кажется.
А была ли она хороша?
Он  живёт, продолжая дышать,
Только в жизни что-то не вяжется.

Ровный пульс, очень крепкий сон.
Всё по полочкам будто разложено.
Сердце бьётся как камертон,
Создавая без сбоев у камер тон,
День за днём идут,  как положено.

Он, естественно, не святой,
И совсем не простое прошлое.
Только в жизни, ушедшей той,
Был всегда будто парень свой,
Много  видел:  плохое,  хорошее.

Не  всегда был  хорошим  сам,
Только вот не кривил душой,
Говорил то,  что думал,  в глаза,
Не стремясь никого наказать,
Чтоб пополнить свой послужной.

И с собой всегда честен был,
Прямо шёл, ничего не страшась.
Если  можно любить – любил,
Как рубить, так с плеча рубил.
А теперь… очерствела душа.

Может быть,  она умерла?
Или где-то внутри затаилась?
Чёрт возьми, ну что за дела,
Как же так поступить с ним могла,
Что же это, скажите на милость.

Может, просто он свыкся с ней,
И живёт, её не наблюдая,
Под воздействием скоростей,
Отпечатком былых страстей,
Не волнуясь и не страдая.

Но на днях сообщенье пришло,
Что покинули мир два друга,
И с душой что-то произошло,
Всё не так, как всегда,  пошло.
Из привычного выбилась круга.

И,  предательски,  вдруг,  слеза
Каплей горькою навернулась,
В пересохших его глазах,
Застучало  сильней  в висках,
Значит, всё же,  душа вернулась.