Полонез

Закрытыми фразами полнится дом в моей голове.
Шаткие образы пляшут ненастоящий полонез.
Подумай, хорошо ли живётся на свете осиротевшей вдове,
Когда тебя давит и тянет к земле неугасающий  крест?

Вот и я думаю, что сердцем чувствовать грозы это совсем не дар,
Что жить и не замечать проблем и ссор это высшее благо,
Когда у тебя под ногами горит огонь, пожар!
Тогда, понимаешь, что может быть так и надо.

Ну и вот я сижу на кровати, а счастье поёт свою песню тоскливо -
О том, что, о боги, конец недели и будет лето!
И поёт так жалко, но, черт, так красиво,
Что хочется, непременно поверить в это счастье поэта.

А как это вообще понимать, что поёт твоё счастье?
Каково в голове не диктовать тоске полонез?
Как ты живешь не разрывая себя на части?
Почему тебя не тянет вниз неугосающий крест?

Вернёмся к теме своих размышлений, беспутных и горьких -
О том, что написано в книгах с поэзией окрещённой серебром.
Где же эти пределы, эти гнилые рубежи из заборинок,
Что мне слышать мешают о счастье большом?

И, к слову, почему так несчастны глаза у влюблённых в счастливых людей?
Неужели так грубо и горько ответ получили?
Вот и я не пойму, как мир без идей
Таким стал... Кого мы учили?

Научили прагматиков, террористов или все таки нет?
Воспитали нахально, недо-ангелов и недо-зверей.
Так скажите, зачем такой путь на тот свет,
Если все мы там будем, но не будет людей?

Счастье сладко поёт, говорят, тихо песню свою о тоске.
Мне все руки сожгли эти книги о правилах,
Но я сижу и пишу снова новые на глиняной чёрной доске.
Не устал и не рад, что меня так направило.

И вернёмся опять в сеть запутанных дум.
Где то счастье, а что есть пороков тоска?
Сколько солнце горит, сколько видимых лун?
Что за правила нам разъясняет доска?

Закрытыми вопросами полнится дом в моей голове.
Шаткие образы стёрли ноги, танцуя полонез.
Мы никогда не узнаем как жилось покойной вдове.
Пока мы тут думали, над ней новый крест.