Спасибо злобе хлопотливой!..

Спасибо злобе хлопотливой,
Хвала вам, недруги мои!
Я, не усталый, но ленивый,
Уж пил летийские струи.


Слегка седеющий мой волос
Любил за право на покой;
Но вот к борьбе ваш дикий голос
Меня зовёт и будит мой.


Спасибо вам, я не в утрате!
Как богоизбранный еврей,
Остановили на закате
Вы солнце юности моей!


Спасибо! молодость вторую,
И человеческим сынам
Досель безвестную, пирую
Я в зависть Флакку, в славу вам!

       * * * * * * * * * * *


                Примечания:



       "Печатается по копии Н. Л. Боратынской, исправленной поэтом, находящейся в Казанском архиве Боратынских. В других копиях Н. Л., a также и во всех посмертных изданиях, 9-ый стих читается так:

Но вот к борьбе глухой ваш голос

       При жизни поэта не печаталось. Впервые появилось в „Русской Беседе“
1859 г., кн. II, отд. „Стихотворения“ стр. 1—2, в очень неточном виде:

Спасибо злобе хлопотливой,
Спасибо недруги мои!
Я, не усталый, но ленивый,
Ужь пил забвения струи.

Спасибо вам я не в утрате!
Как богоизбранный Еврей,
Остановили на закате
Вы солнце юности моей.

       К этому стихотворению была присоединена заметка редакции: „Стихи эти присланы нам П. И. Б[артенев]ым из Дрездена, при следующем замечании:

       „Живя в Москве, Баратынский несколько месяцев сряду не мог ничего писать и все жаловался на скуку. Вдруг журнальныя рецензии, в которых почти никогда не отдавалось должной цены его произведеньям, или какия-то другия неприятности, пробудили его из этого усыпления. Он снова и деятельно принялся за работу, и когда его раз спросили, отчего произошла в нем такая быстрая перемена, он отвечал прилагаемым осьмистишием, случайно уцелевшим в памяти одной дамы, которая была коротко знакома с Баратынским. С ея позволения я не преминул записать эти восемь строк, потому что и в них, хотя оне, можно сказать, обронены мимоходом, видна художественная замашка дорогаго, до сих пор еще вполне не оцененнаго поэта. Мне кажется, что этим стихам не следует пропасть, как пропадает многое, и потому я решился послать их вам. Пусть и они войдут в полное собрание сочинений Баратынскаго, так давно ожидаемое почитателями его таланта“.

       Посмертными изданиями сочинений Боратынскаго это стихотворение отнесено к периоду 1842—1843 гг.; относим его предположительно к 1842 году, так как в этом году вышел в свет последний сборник поэта („Сумерки“), вызвавший неодобрительные отзывы, на которые Боратынский и отвечал своим стихотворением."