Два одноклассника

Спорили двое. «Хрущевка» простая,
Накурено. Вешай топор.
Водка, огурчики, хвостик минтая,
И вечный, бессмысленный спор.
Два одноклассника – с детства братишки,
С тех, босоногих времен.
И выросли вместе на фильмах и книжках,
Где все друг за друга – закон.
И вспоминали юность и детство,
Дни свадьбы, рожденье детей.
То, отчего никому нам не деться,
Не скрыть за печалью своей.
«Ну почему, друг мой, все изменилось?
Помнишь наш Первый Звонок?
Наша Учитель от счастья светилась,
Нас, заводя за порог.
Помнишь букет с наших сопок в лощине,
Что подарили мы ей?»
«Смутно. Не помню. Не георгины?
Иль розы. Так было б верней.
Или купили бы ей безделушку,
Иль заказала б чего.
Сейчас никого не обманешь игрушкой,
Не удивишь никого.»
«А помнишь ходили мы вместе в походы,
Рыбалка, палатка, шмели.
И мы не боялись холодной погоды,
Мы мир открывать вместе шли.
Потом у кострища под звездопадом
Мечтали о дальних мирах.
И вспышка на небе была нам наградой,
И нипочем был нам страх.»
«Эх, брат, то - не то, сейчас - взял билеты,
И смело лети на моря.
Там пальмы, оазис, и там столько света,
И мух нет, и нет комарья.
Тебе принесут-отнесут, что желаешь,
Теплый бассейн для детей.
И ночью у речки не замерзаешь,
Не мокнешь в палатке своей.»
«А помнишь удилище как мастерили,
Из талика, гвоздик - крючок.
И карасей под восторги тащили,
Ведь тоже для жизни урок.»
«Сейчас не проблема. В спецмагазине
Что хочешь душе – выбирай.
Да и рыбалка не нравится сыну,
На рынке есть все – покупай.»
«А помнишь березы мы в парке сажали,
У каждого саженец свой.
И именем класса аллею назвали,
И все так гордились собой.»
«Березы не в моде, листвы слишком много,
В цене – бирюзовая ель.
И смотрятся вроде красиво и строго,
И видно их даже в метель.»
«А помнишь щенка как мы вместе кормили,
Так звонко он чавкал тогда.
Потом ему домик соорудили,
Носился туда и сюда.
Потом он подрос - бедовый дворняга
Не понимал слово «фас».
Хотя был ничей, бездомный бродяга,
У школьной калитки ждал нас.»
«Ему же прививки никто так не сделал,
А, может, он бешенным стал.
А мы целовали в глаза его смело,
Сейчас был бы точно скандал.»
«А как за девчонками мы наблюдали,
Как нас волновала их грудь.
Проходу на лестнице им не давали,
Потом не могли мы уснуть.»
«Нашел кого вспомнить, включи телевизор,
Любое кино иль концерт.
И хочешь смотри да хоть сверху, хоть снизу,
Словил б оператор момент.»
«Я спорить устал и доказывать тоже,
Ты только мне честно скажи.
Сейчас на кого мы все стали похожи?
Но только без фальши и лжи.
Неужто купить и продать все возможно,
Цинизм победил в той войне
Неужто быть искренним – это так сложно,
Как было тогда в той стране.
Где, целомудрие было так свято,
Где, мы не ждали подвох.
И где гордились, что был ты солдатом,
Где б каждый друг другу помог.
Где, сообща, мы решали загадки,
Солнце светило для всех.
В мыслях своих не играли мы в «прятки»…
Ты мне ответь, это – грех?»…
И за столом воцарилось молчанье,
Кашель и дым сигарет.
И тишина, будто бы покаянье,
Ждала от друга ответ.
И разошлись на восток кто, на запад,
Или на север, иль юг.
Где будет жизнь их бессовестно хапать,
Или кормить с своих рук.
Встретятся вновь и опять разговоры,
Или простить, иль продать.
А в стороне с торжеством иль с укором
Будет судья наблюдать…

А кто из них я? Тот, кто в детстве остался?
Или с душой из углей?
Который когда-то на верность поклялся,
А с Верой остался ль с своей?
Мы все, к сожаленью, чуть-чуть предавали,
А разве бывает «чуть-чуть»?
Мы этою каплей других убивали,
Стреляя, себе прямо в грудь.
Когда уж свинец переполнит пространство,
И нечем уж будет дышать.
Закружимся мы в утихающем танце
И будем прощения ждать…

                04.05.2020 г.