Накрест

Светлого детства родина.
С краю села изба.
Подсолнечник и смородина,
Иволга и верба.

Ягод лесных горошины.
Терна колючий куст.
Запах полыни скошенной.
Свежего хлеба хруст.

И на пригорке бьющий
Из под земли родник.
Я, его влагу пьющий,
Сердцем к земле приник...

Где ж этот, в сердце вложенный,
образ родимых мест?
Стражем деревни брошенной
в поле облезлый крест.

Вёрсты дороги пройденной,
Приступок да скоба.
Что в этом слове — родина?
Место? Время? Судьба?
­
...В то что когда то я верил
И безоглядно любил,
Накрепко окна и двери
Досками накрест забил.

Всё, что когда-то оставил,
Смотрит с тоскою вослед,
Из заколоченных ставен
Дома, которого нет,

Будто в игольное ушко,
Кучку латая старья,
Смотрит седая старушка,
Милая мама моя...

Вспомню... и кажется, вроде,
Чья-то фигурка видна.
В доме высотном, напротив,
Кто-то сидит у окна.

Как и она одиноко…
И на коленке шитьё…
Господи, что ж так жестоко
Сердце бывает Твоё?

Как же угрюм и безлюден,
Холоден, призрачен вид
Жизни, что больше не будет,
Мира, что накрест забит.