Сказка о вирусе

В тихом царстве-государстве
У развилки трех дорог
В нищете, в тоске-мытарстве
Позабытый жил народ.
Позабытый богом, властью,
Кто-то мужем, кто – женой,
Кто-то увлечен был страстью,
Кто весь день сидел в пивной.
Каждый первый жил там в скуке,
И в безделии – второй,
Третий – мастер на все руки,
Но впадал порой в запой.
Каждый пятый – дурковатый,
А шестой был холостой,
Проще скажем, неженатый –
Разведен он был с женой.
А седьмой был виноватый
В том, что третий впал в запой,
А восьмой был вороватый,
А девятый – трусоватый,
И десятый был слепой.
А еще был в этом царстве
Воин, доблестный гусар,
В этом тихом государстве
Он для подданных был царь.
Грамотой владел не важно,
Но умел он воевать,
И умел восьмиэтажно
Свои мысли излагать.

А для баб страны, наверно,
Там статистик не вели,
Потому, что бабы стервы
От одной до десяти.
Ну, а ежель интересно
Вам про баб цифирь узнать,
Я могу вам, братцы, честно
Эти цифры рассказать.

Машка стала первой стервой.
(И откуда столько сил?)
И направо, и налево –
Всем давала, кто просил…
А вторая стерва – Вера,
Тоже скажем: стыд и срам.
Ни направо, ни налево
Не давала мужикам.
Третья стерва там Гертруда
Как отшельница жила,
Ворожила над посудой,
В общем, знахаркой была.
А четвертой стервой Тому
Там народ приговорил:
Мужа выгнала из дома,
Лишь за то, что закурил.
И не в доме, на балконе
Кольца дымные пускал.
Прогнала его из дома,
И мужик с концом пропал.
А соседке стерве Светке
Приглянулся тот мужик.
Светка стряпает котлетки,
У Гертруды ворожит.
Но мужик попался стойкий,
Стерв на дух не мог терпеть,
И живет он на помойке,
Как в берлоге зверь – медведь.
А шестая стерва – Глаша –
В магазине продавцом
Разбавляла простоквашу
И сметану молоком.
А седьмая и восьмая –
Стервы только потому;
Прокуроршами служили
И садили всех в тюрьму:
И виновных, и невинных,
Особливо, мужиков:
Добрых, злых, смешных, наивных,
Умных, глупых, дураков.
То, что остальные стервы,
Тут не надо и гадать.
Подтвердит вам это верно
Цифры знающий комстат.

Жил народ без потрясений
И особенных забот.
Но однажды, в воскресенье
Нулевому хлопцу в рот
Залетел на удивленье
Толи вирус, толь микроб.
В каждом деле, в самом деле,
Есть и первый, и второй,
Почему-то в медицине
Есть еще и нулевой.
Это тот, который первым
Этот вирус подцепил
И потом, того не зная,
Всех в округе заразил.

Он ловил на речке раков
И на рынке продавал.
Сколько разошлось дензнаков,
В тот момент никто не знал.
Те купюры, как каюры,
Разлетелись по стране.
Из-за этой процедуры
Оказались все в дерме.

Время шло. Гулял тот вирус
По задворкам и дворам
И пришел, когда он вырос,
К самым крупным городам.
Вот, где вирусу раздолье!
Ведь ему людей не жаль,
Он косил, как косит в поле
Травку труженик-косарь.
Кто заразы не боялся
И по улицам гулял,
Самым первым заражался
И от этого страдал.

С медициной было туго,
(Там других по горло дел),
Только знахарка Гертруда
Всех лечила, кто болел.
Кашель, чих, али простуда
Для Гертруды ерунда:
У неё кореньев – груда
И травинок – до фига.

Как могла она лечила:
Где-то вешала лапшу,
Где – дурила, где – ловчила,
Я всего не опишу.
И тогда монарх усталый
Строгий издает декрет,
Чтоб по всем ТВ каналам
Зачитать сей важный текст.
Проклиная медицину,
Огласил король декрет:

«Кто придумает вакцину –
В прессе поместим портрет,
И полцарства за лекарство
Обещаю я отдать,
И принцессу за мытарства,
Чтоб супругом ейным стать.
А еще я обещаю
Эрудиту-молодцу –
Кажный день бочонок чая
И кастрюлю холодцу…
А народонаселенью
Объявляю карантин:
В кажном городе-селеньи –
Можно только в магазин,
Аль в аптеку ненадолго,
И по паркам – не гулять!
Разгидрид в кривого волка!
В закись меди, вашу мать!
Соблюдая чувство долга,
Харю маской закрывать.
А кто осмелится нарушить
Сей светлейший мой декрет,
Прикажу отрезать уши
И скормить свиньЯм в обед…    
            
Как прожить на карантине? –
Может кто-нибудь спросить.
Как всегда, в своей квартире
Каждый житель будет жить.
А работать виртуально
Будем, лежа на печи
И по СКАЙПУ натурально
Печь и хлеб, и калачи.
Фирмам всем, что вяжут веник
И условно продают,
Мы заплатим звоном денег,
Потому, что тяжкий труд,
Сидя в доме на параше,
В мыслях веники вязать.
Ангидрид в твою мамашу!
И раз двадцать вашу мать!
Есть же секс по телефону!
И нормально! Вашу мать!
По тому же телефону,
Значит можно и рожать!
И не выходя из дому,
Будем строить и пахать,
Управлять по телефону,
Чтобы вирус не поймать…
Тринитрат в твою солому!
Соизвольте выполнять!

А чтобы выплатить зарплату
Мы кредиты всем дадим,
А когда мы этот злостный
Гадкий вирус победим,
Вы вернете все кредиты
И с процентами сполна,
А иначе обеднеет
Королевская казна...»
Так забота о народе
Во главе того угла,
Где все загнаны в исходе
От столицы до села.

Трудно жить на карантине
Круглосуточно вдвоем.
В однокомнатной квартире
Спорит баба с мужиком:
 – Ты ж не ходишь на работу…
Как мы дальше будем жить?
 – Это не твоя забота!
Обещали заплатить
По декрету президента,
То бишь, нашего царя.
Вот тебе и дивиденды:
Беспокоишься ты зря!
…………………………..

От Гертруды ждать всем чуда,
Что лентяю – сталь варить.               
Не могла одна Гертруда
Вирус этот победить.
Почитав декрет от скуки,
Несомненный молодец,
Парень – мастер на все руки
Посетил царя дворец.
И сказал царю умелец:

«Я могу костюм пошить,
Что мужчин и даже девиц
Он сумеет защитить.
А с вакциной будет трудно:
Надо опыт проводить,
Иль спросите у Гертруды,
Как тот вирус победить.
А для опытов мне нужен
Агромаднейший ресурс:
Царский стол (обед и ужин)
И валютный низкий курс,
Чтобы закупать приборы,
Микроскопы, склянки, спирт…
Вирус, он такой проворный,
Даже ночью он не спит…»

«У меня ресурсов нету,
И казна моя пуста.
Не читаешь ты газеты
И не смыслишь ни черта!»

И пока король с ним спорил,
Вирус, словно молодец,
Нагулявшись на просторе,
Уж пробрался во дворец.
Он освоился там быстро
(У него же много сил),
Покосил слегка министров,
И прислугу не забыл…

Чтоб быстрей дойти до дома,
Чтобы спору дать конец,
Взял ученый бочку рома,         
На закуску – холодец.
И пошел искать вакцину
Без ресурсов хлопец тот,
Так плюет на медицину
Наш смекалистый народ.
А через неделю ровно
Он вернулся во дворец
И сказал такое слово
Тот новатор – молодец:

«Чтоб спасти остатки царства
И твой подданный народ,
Я нашел одно лекарство,
То, что вируса убьет.
Я нашел одну вакцину,
И нашел её нутром:
Надо, чтобы в магазинах
Был всегда в бутылках ром.
Вирус гибнет только в роме
И к тому не пристает,
У кого бутылка в доме,
Кто с утра тот ром попьет.
У кого нет рома дома,
Должен это понимать,
Что ему придется снова
Свой рецепт себе искать.»…

Может этой сказки мало?
Сказка – ложь или намек?
Что с тем царством дальше стало,
Знает, видно, только бог.
В каждой сказке доля правды,
Как ни спорьте, все же есть:
Соблюдать законы надо
И, конечно, честь иметь…

Апрель 2020 г.     Рисунок автора.


Рецензии