Сдаётся

Не сосчитать который день я
в плену двухкомнатной тюрьмы
пленяюсь лёгкостью стремленья
хлестать бальзам из Бугульмы.

Вновь одиночество на троне,
чтоб с ним на склоне трудодней
грустил о брошенной Дидоне
в каюте праздности Эней.

Вновь одиночество в зените, –
но с этим сумрачным царьком
ничто мне – вот уж извините! –
и тролль, и гоблин, и дракон.

Но мертвецы орут оравой
в теснинах сумрачной души,
и гной стихов, рождённых правой,
течёт по светлости левши.

Пусть послезавтра на работу,
и завтра ж кончится хандра,
сегодня – хрен. И крен. И к боту!
Спастись прекрасная пора.

И ничего совсем об этих
делишках дури и пера
ты не узнаешь, ибо смерть их
к самой бессмертности добра.

В них ни добра, ни зла, ни злата,
доколь (для снятия лапши
с ушей твоих!) растёт квартплата
в просторных комнатах души.


Рецензии