Он молился неизвестному мне богу

Он молился неизвестному мне богу
И просил его не убивать,
Надо мол пожить ещё немного
И детишек на ноги поднять.
Постоянно он давил на жалость
И о гуманизме говорил,
Что спокойно хочет встретить старость,
Он же ведь ещё почти не жил...
Только я остался непреклонным
На войне оно как на войне,
Здесь другие действуют законы
И для гуманизма места нет
Лишь потом, когда развеял ветер
Пепел над истерзанной землёй,
Понял я напрасность его смерти,
Этот взгляд навек передо мной.
В нём, как на экране, отразились
Ужасы оконченной войны,
Вся жестокость, злоба и насилие,
Всё о чём теперь мне снятся сны.
Иногда ночами просыпаясь
Вспоминаю я последний взгляд,
Пред его детьми, как перед богом каюсь,
Только сомневаюсь, что простят.


Рецензии