Мир на дрейфующей льдине

 Рассказ-притча

Мир на дрейфующей льдине был шаткий. Нас осталось всего ничего: я, Белый Медведь,  волкособ Роза и её щенки. Скажете, таким именем не называют сук? На крайнем - Крайнем Севере, где только зима и нет никаких роз, называют.
        Был у меня ещё Напарник и пёс Дружок, отец щенков. Напарник предал нас, «пошёл за подмогой», и я сказал тогда: " Пёс с ним!" Я думал, что вместе  им в холодном сумраке ночи будет не так страшно. Только Дружок  не пошёл за новым хозяином, а остался здесь охранять своё логово и погиб в неравном бою с Медведем. Было это два дня назад, но мы с Розой ещё улавливаем даже через закрытое окно чудный запах его Верности.
        Все мы, оставшиеся, боимся Белого Медведя. Дымный у него характер, льдистый, сквозной. Но, главное, ненасытный: каждые два дня требует еды, как жертвы. Уже мало ему Дружка, а вторые сутки подходят к концу.
         Я сижу тихо, не испытываю Провидение. Это щенки скулят. Я думал, они тоже боятся. Оказалось - хотят есть. Еды у нас не осталось, и они поизодрали у матери весь живот, поэтому я закрыл её в прихожей. Иногда она воет. От тоски, от жалости, или от голода? Я думал, голод сильнее. Вчера я не уследил, и один щенок вылез-таки в узкую щель слухового окна подкрепиться отцовской кровью и погиб: им подкрепился Белый Медведь.
- Так что не взыщите, - ворчу я на братьев и сестёр бедолаги, - сторожить вас буду крепко, пока сил хватит. Грызите пока ногти на моих ногах, сосите кровь из ноги,разбитой в потасовке с Белым Медведем. У меня ещё остался спирт. Я пью его, и мне не больно.
        Всё бы ничего на какое-то время, только не выдержала муки и новой атаки Белого Медведя полуволчица Роза! Я впустил её к нам, и она тоже через узкую щель слухового окна, как змея, выскользнула наружу, а пока зверь был занят звуком и видом лопающихся стёкол в окне прихожей, побежала по кромке разламывающейся уже льдины в Никуда. Белый Медведь сделал несколько грациозных прыжков в её сторону и плюнул. Мне кажется, я это видел, как он брызнул слюной в растаявшую в сумраке тень Розы. Он тоже экономил силы, ведь возле здания ещё пахло остатками затвердевшей плоти Дружка и свежей кровью щенка. Я с мальцами спешно перебрался в последний отсек станции.
         Точно ли я видел его, этого Белого Медведя? Если выглянуть в окно, он везде: за чёрными торосными льдинами, встающими отвесно вдоль самых окон станции; долгой полярной ночью он нависал сверху звёздными клыками. Иногда я чувствовал его внутри, и если бы не щенки, я бы смог заставить лишить себя этого жуткого удовольствия ощущать Его.
- Погиб ваш отец, бродяги! Погибла, наверно, и мать! Не этот зверь, так другой подловит её где-нибудь у кромки льда, или сам Край захлестнёт её вспенившейся волной… Что пищите? Хотите есть? Ищите. Не найдёте -  не взыщите. Вот и весь сказ!

И «сказитель», вытянув из бутылки три больших глотка спирта, уронил голову на мраморный белоснежный стол. Вдруг волком завыла вьюга, моторами взревели и задёргались нервы, щенки радостно заметались от двери к  Хозяину. «Мир был так шаток, но ты спасла его, Роза? – бормотал он в бреду.  -  Может, и правда нет никакого предательства, а есть только Вера, Надежда и Любовь? Может, когда я проснусь, то увижу среди спасателей и тебя, мой Напарник…»
18-19.04.2020 г.
При;тча — короткий назидательный рассказ в иносказательной форме, заключающий в себе нравственное поучение (мораль).


Рецензии