Дедушка Арсений

Примером уходящих поколений,
Советской, крепкой, сталинской закалки,
Был добродушный дедушка Арсений,
Всю старость проводивший на рыбалке.

Ушла из жизни тихая старушка,
Покоя долго он не находил:
Наедине с собой, в своей избушке,
Тоску вином по первости топил.

Он тосковал,- на то была причина:
И в радости, и в горе со старухой,
Он был ее единственный мужчина.
Земля старушке мягким, белым пухом!

Любили всех! Соседей привечали,
Гостям несли последнее на стол.
Богатства никогда они не знали.
Болели часто. Час ее пришел...

Живёт в Москве единственная дочка.
Замужняя. Ребенка родила.
Но связь оборвала, поставив точку,
И на поминки даже не пришла...

«Мы сами оплошали, значит, так»,-
Вступался папа басом хриповатым,
«Дела у ней. Переживу. Пустяк!»
Всегда считал себя он виноватым.

Спустя полгода, был один конверт:
Не знала, - пишет, горько сожалеет.
Но времени приехать все же нет:
С работою кружИтся, как умеет.

«Господь с тобою! Приезжать не надо!»
На весточку направил ей ответ.
«Живите дружно, мать была бы рада!»
Слезу глотая, попрощался дед.

Свою тоску, как колотую рану,
Лечил рыбалкою, пока хватало сил.
В рассветных сумерках, объятиях тумана,
Часами в одиночестве бродил.

Бывало, встретишь деда, - издали приметит!
Махнёт рукой, - садись-ка у меня!
За жизнь расскажет, на вопрос ответит,
А вспомнит про жену - уйдёт в себя.

На зорьке уходил, сварив приманки,
А к ночи приходил к себе домой,
И лишь сушеные на ниточках таранки,
Напоминали, что старик еще живой.

Сменялся год, сменяли осень зимы,
Но в жизни не менялось ничего:
Горел в душе огонь неугасимый
Любви к жене, покинувшей его.

Во сне он видел частые морщинки
Вокруг ее неповторимых глаз,
А на ресницах легкие снежинки,
Что целовал с любовью каждый раз...

Мороз в тот вечер пальцы обжигал,
Тулуп не грел и поднималась вьюга,
А дед уснул, сидел и крепко спал,-
К Арсению во сне пришла супруга.

Во сне они счастливые опять:
Он вешает бельё, она стирает,
Дочь за рубаху тянет танцевать,
Хохочет и частушки распевает!..

На утро вьюга стихла. Лег снежок.
И испытать свою удачу снова,
А заодно и посмеяться впрок,
Идут с пешнями братья-рыболовы!

И видят: посреди речной долины
Сугроб набился с метр высотой,
А в нем черты замерзшего мужчины...
В ту ночь Арсений встретился с женой.