Поэтому - поэты мы

    Вот интересно, что практически для любой  специальности есть учебные заведения.
 Исключение составляет, наверное, только поэзия...
  Хотя, в Москве, конечно, есть литературный институт имени Горького, основанный ещё в далёком тридцать третьем году, когда считалось, что всё в наших руках: и индустрия, и здоровье и тем более искусство с литературой, которая должна принадлежать народу. Правда,  основали его тоже, мягко говоря, выходцы из народа, типа, Демьяна Бедного и ему подобные...
И надо отдать должное, что были тогда отличные поэты и писатели, потому, как одно отделение, как раз и занималось таким обучением.  Наверное, потому, что рифмовать строчки, вообще-то  и бездарность можно научить, а вот действительно хорошие, настоящие стихи – это извини-подвинься. Как говорят: «Если таланту - нема, то толку никого не будет». Хотя, понятие хороших или плохих стихов, весьма сложный критерий…
А мы, как провинциальные поэты, как говорится: "Варимся вами с собой", в небольшом городке. Что пытаемся сочинять,кое-как издавать, ну не ехать же в Москву?
 Во-первых – далеко, во-вторых – накладно, а в третьих – чёрт его знает, как там посмотрят на наше творчество? Ещё, не дай Бог - побьют.
 Поэтому, к нам на собрание литературного объединения «Слово», пригласили из области известный в узких кругах любителей литературы, писателя и поэт Виктор Бойко...
 Собрание должно было проходить в редакции газеты «Обрии Изюмщины», и Николай Калюжный, наш председатель – предупредил, что  мероприятие серьёзное, почти официальное и потому, как оно пройдёт, будут судить про всю литературу района.
  Мы, конечно, оделись во всё самое лучшее, праздничное, я даже джинсы постирал, хотя до этого ходил в них целый год, не снимая, а футболку, вообще, для такого случая надел новую, недавно купленную в секонд хенде.
 Так, что подготовились мы, можно сказать, капитально, взяли тетрадки и у кого какие были книжки, всё-таки не каждый день такой гость приезжает.
  Я был новый член литобъединения, и тогда впервые увидел  Виктора Бойко.
В кабинет редактора, он вошёл облачённый в чёрный костюм, белую рубашку с галстуком,а солидность ему еще добавляла седая кучерявая  шевелюра.
  Сразу было видно, даже без чтения стихов, что это настоящий поэт, а не то, что мы - одетые, как нипопадя...
   И получилось так, что я с ним сел почти рядом на стульях.
   Сначала он  сделал небольшое вступление, мол, рад встречи с провинциальными поэтами, и типа хорошо, что вы творите, так держать, надо и дальше продолжать в том же духе, и всё такое прочее...
 В общем, минут пятнадцать, он всё говорил и говорил.
Я,правда, не всё понял, но взбодрился, внутренне себя причислив к армии поэтов.
   Потом он внимательно слушал нас, когда мы по очереди, как могли, декламировали свои произведения, а после его замечаний и отзывов, попросили, что б и он почитал свои стихи.
  Видно для такого случая он специально привёз сигнальный экземпляр своей новой книжки.
 Я смотрю, а он так быстро-быстро перебирает странички, видно, не знает с какого начать, чтобы не ударить, как говорится -  лицом в грязь.
  Наконец, найдя нужное, он начал своё выступление.
Надо честно сказать, что стихи были хорошие, но по мере их прочтения, он всё чаще и чаще листал страницы. Я ещё подумал: «А чего это он, не читает все – подряд».
  А потом понял, когда услышав некоторые, мягко говоря, слабые стихи, про лэлэк, що лэтять, про воду яка льеться, и жовти лыстя, а так, как я был новичком и не знал, как себя в таких случаях вести, заметил, что уж больно простоватые они.
  Увидев наши удивлённые лица,  Виктор невозмутимо сказа, что это украинська орнамэнтальна поэзия, типа - вышыванки, то есть, одна строчка «клеится» к другой и может быть, даже без большого смысла, главное, чтобы была рифма.
Тогда я, неудержавшись, сказал:
- Так, это я оказывается, с детства  изучал её во дворе, и тут же продекламировал:
« Мисяць вылупывсь, мов срака,
Зори дэ-нэ-дэ,
У двори насрав собака,
Пар идэ.
Выдно срав вин нэ один,
срала цила зграя,
Бо, насрав же сукин сын,
пид моим сараем!»
    Все начали смеяться, а я продолжил:
- Таких стихов, я за бутылку коньяка - с десяток напишу.
- Да, ну, - удивился Бойко.
- Даже очень легко, просто мне, как-то было неудобно читать подобные,- сказал, почти в рифму, - тем более, что я пишу на русском языке.
 - Ну, пускай это будет русская орнаментальная поэзия, - сказал, он.
 Тогда я выдал свой перл:
  Возьмём стаканы в руки мы,
  Наплещем алкоголя,
  И будем трезвы и умны -
  Такая наша доля.

  Если вино нас не берёт -
  Становимся мудрее,
  А водка горло не дерёт,
  Немного, мы стареем.

  С утра кружится голова
  В заботах -  не с похмелья.
  Наверно, врёт тогда молва,
  Что вредно это зелье.

  Ведь, жизнь колотит нас и бьёт,
  И в трудности кидая,
  Судьба быстрее нас ведёт
  К златым воротам Рая.

  На что нам сдался этот Рай,
  Коль здесь мы проживаем?
  И, наливая через край,
  Здоровья всем желаем,

  Любви и счастья без забот,
  И долгих лет по жизни.
  И нескончаемый Джек Пот -
  С рожденья и до тризны.

  Пусть алкоголь нас не возьмёт,
  И мы не постареем.
  Но, если выпьет наш народ,
  То жизнь всегда светлеет.

    Услышав такой перл, поэт Теплоухов сказал:
- Тогда и у меня есть подобное, - и начал читать:

Розум щоб не загубыты,
Меньш горилку трэба пыты,
Ждэ тэбе завжды повага,
На виршы прыйдэ наснага,
Скажуть: «Вин – талановытый,
Бо, горилку вмие пыты!»

Все начали ещё больше начали ржать.
Тогда и Борис Диченский, подключился к всеобщему веселью, выдав:
Три сущности живут во мне:
ода из них - ленива,
второй же труд всего милей,
а третья - справедлива.

Одна из них твердит, - поспи,
зачем вставать так рано?
Вторая, Господи прости, -
стать хочет обезьяной?

А справедливая кричит,
ленивую  ругает:
- Лишь труд лень может излечить!
На труд благословляет.

 Не знаю сам теперь, как быть,
мне помогите, братцы,
толь мне ленивую любить,
толь быть мне тунеядцем?

Все три, живущие во мне,
достали, надоели.
Решил их утопить в вине,
пил с ними три недели.

По справедливости хочу
я с ними разобраться...
Трудом от лени излечусь,
чтоб Gomo оставаться.

От справедливой получу
спокойствие в награду.
Я сплю теперь, когда хочу.
Тружусь, когда мне надо!

-Ну, это уже ближе к ироническим стихам, правда рифма - глагольная и очень приблизительная, - выдал своё резюме Бойко.
   Тогда,  как говорится, свои пять копеек вставила Наталия Карпенко.
   Она всегда старалась подбирать слова тщательно со смыслом и каждый раз нас критиковала за халтуру, поэтому вставила, даже не пять копеек, а влипила жирную точку на наших поэтических изысканиях, прочитав:

Ну, что за детский лепет, право,
зачем такое сочинять?
Ты мысль свою возьми в оправу,
что серебру была б под стать!
 
А может, даже, в золотую,
коль образ – чистый изумруд!
С красивых фраз волну, ликуя,
не нужно гнать на тихий пруд.

Ведь, совершенно очевидно,
что смысл должны нести слова
и будет вовсе не солидно
у смысла отнимать права!

В стихах – мелодия и тема –
в гармонии должны звучать;
стихосложения систему –
необходимо изучать.

Важны не только ямб с хореем,
но – амфибрахий, анапест…
А, коль несёшь ты ахинею,
то на стихах поставишь крест!

Должны быть образность и ясность,
красивой рифмы чёткий глас!
Бумагу не марай напрасно, -
шлифуй «товар» свой на показ!

  Услышав такое стихотворение, Виктор Бойко понял, что тут добавить больше нечего, и решил закрыть заседание, заключив:
- Я рад, что познакомился с вашим творчеством и наше собрание переросло в неформальное общение и чтение, разных, порой даже, мягко говоря, хулиганских стихов.
Тогда Боря, почти в рифму, как и я, добавил:
- Поэтому – поэты мы!
Когда, мы уже расставались, и  я на прощание подарил Виктору Бойко свою книжечку «Несерьёзных стихов и рифмушек», он сказал:
- Вот сразу чувствуется, что, ты, недавно приехал из Абхазии и там за столом, был, наверное, как тамада. Любое даже самое серьёзное мероприятие, смог превратить в балаган и веселье, и нам для полного счастья,  только  бутылки вина нехватало.
- А, это легко исправить! Будет вам и вино, и закуска,  - говорю, - в следующий раз, мы вас пригласим проводить заседание литобъединения в ресторан или на худой конец – в кафе.


Рецензии