О, женщина, Джон Китс

 ***
1 сонет

 О, Женщина! Тебе мои слова -
Тебе, что так полна непостоянства,
Ребячества, шального колдовства,
Стыдливости и тайного жеманства -

Тебе, несущей безмятежный свет…

Ликуй и плачь душа, гарцуй, безумствуй -
Плутала ты по свету столько лет,
Без ложных перспектив поверить в чувства,

И тут она… с наивной добротой…
Я проиграл! Да-да! Неоспоримо!
Влюблён, влюблён, влюблён… о, Боже мой!

В её очах всех грёз небесных сини…
Согласен быть пажом, рабом, слугой…
Позволь себя почувствовать любимым!
 ***
Woman! when I behold thee flippant, vain,
 Inconstant, childish, proud, and full of fancies;
 Without that modest softening that enhances
 The downcast eye, repentant of the pain
 That its mild light creates to heal again:
 E'en then, elate, my spirit leaps, and prances,
 E'en then my soul with exultation dances
 For that to love, so long, I've dormant lain:

 But when I see thee meek, and kind, and tender,
 Heavens! how desperately do I adore
 Thy winning graces; - to be thy defender
 I hotly burn - to be a Calidore -
 A very Red Cross Knight - a stout Leander -
 Might I be loved by thee like these of yore.

 ***
 2 сонет

 Творец мой, Сплю ли я? Толкни меня…
Она-ааа! Лилейна грудь… атласны плечи-
Белее, чем парных туманов млечность…
А волосы…муслина западня…

От прелести волнительной такой
 Взгляд оторвать нет сил, великий Боже….
Видение моё отнюдь не ложно…
Что добродетель? Полно про покой…

Охота – удовольствие из редких-
Расставлены ловушки и силки,
Пришла пора десерта. Слушай, детка -

Моя ты… хоть беги, хоть не беги…
У страсти слух акулы, грифа меткость.
Попалась? Трепыхаться не моги.
 ***
Light feet, dark violet eyes, and parted hair;
 Soft dimpled hands, white neck, and creamy breast,
 Are things on which the dazzled senses rest
 Till the fond, fixed eyes forget they stare.
 From such fine pictures, heavens! I cannot dare
 To turn my admiration, though unpossess'd
 They be of what is worthy, - though not drest
 In lovely modesty, and virtues rare.

 Yet these I leave as thoughtless as a lark;
 These lures I straight forget, - e'en ere I dine,
 Or thrice my palate moisten: but when I mark
 Such charms with mild intelligences shine,
 My ear is open like a greedy shark,
 To catch the tunings of a voice divine.
 ***
 3 сонет

 Забыть тебя, мой ангел, выше сил.
Ту, что полна любовного нектара,
Но для ягнёнка волк совсем не пара,
Зачем ко мне с молитвою: - Спаси?

Я сам молю у Вышнего прощенья-
Не дай невинность, Отче, погубить…
Но разве можно вёсны не любить,
И не мечтать о тайном вдохновенье,

Когда так манит красота цветка,
Та трепетность, похожая на птицу?
Идет, неосязаема… легка…

Я слышу, как дрожат её ресницы…
И молча льются слёзы по щекам…
Что делать? Не могу остановиться.
 ***
Ah! who can e’er forget so fair a being?
 Who can forget her half retiring sweets?
 God! she is like a milk-white lamb that bleats
 For man’s protection. Surely the All-seeing,
 Who joys to see us with his gifts agreeing,
 Will never give him pinions, who intreats
 Such innocence to ruin, – who vilely cheats
 A dove-like bosom. In truth there is no freeing
 One’s thoughts from such a beauty; when I hear
 A lay that once I saw her hand awake,
 Her form seems floating palpable, and near;
 Had I e’er seen her from an arbour take
 A dewy flower, oft would that hand appear,
 And o’er my eyes the trembling moisture shake.
 ***
вольный перевод Н. Спасиной