XXX rating R рейтинг до 21

рейтинг до 21.

*К.К.

Я позвонил.
Ты дверь открыла.
Взглянула радостно,
но тут же отвела
свой взгляд. Все поняла.

Чуть слышно в комнату прошла,
Меня испуганно впустила,
Зачем-то двигать шторы начала.

Во мне все билось,
Руки жжет бокал,
Вино и виски, дамам и мужчинам.

Ты знала,
Этот день настал.
Я верил,
ты не позабыла.

Мы в комнате сидели,
                тихо, тихо.
Не надо слов, когда любовь кричит.
Ты прошептала : “ в душ ”.
Во мне душа заныла
В предчувствии, в предверие любви.
Ты подошла ко мне вплотную,
Я руки поднял к шее, ко щекам.
Я так люблю волос твоих завивы,
Я так любил их спуски по плечам.

Расстегнуты, разбросаны, раскрыты
Покровы, платья, страхи, ночи пасть.
Я прикасаюсь к телу,
                чтоб остыла
Любовной тенью закипающая страсть.
Ты задрожала, рук моих пульсаций
приняв сквозь кожу прямо в сердца глубь.
И я прижал твой вздох животворящий
Устами в губы. И к губам мой дух.
Блаженны знающие,
                что такое тело.
Безумны раз отведавшие страсть.
Мою судьбу ты мягко в руку вдела,
Моя мужская суть
                к тебе приподнялась.
Я прижимал соски твои губами,
Я пил чрез них и счастье, и беду.
Твои белее снега груди набухали,
Стонала ты, держа мою узду.
Небесный рай! О сколько наслажденья
Я испытал, продвинувшись сквозь мрак
Грудей твоих,
и чрева мирозданья,-
равнины живота, и бедер нежный тракт.
Стонала ты, не в силах шелохнуться.
Я весь дрожал, пытаясь удержать
Стремленье естества наружу расплеснуться,
Я не хотел так скоро завершать.

Смирившись, ты легла на мрак дивана,
Ногами распахнула райский сад.
Я на коленях пред тобой,
                и рьяно
Лицо и губы утопил в желанный ад.
Я пил тебя. Я сладостно врывался
В твои ворота, в твой вишневый сад.
Язык мой помогал мне наслаждаться.
(Хотя б такая польза с языка!)
Руками чувствовал в ладонях твои груди,
Приятней ничего я не держал
Во всей моей чудесно-странной жизни,
Во всех моих чудесно-злобных днях.
Прижала голову мою к ущелью,
Я там тонул, я счастлив был бы там
Остаться навсегда, и стать твоей постелью,
И бросить все к твоим распахнутым ногам.
Не знаю сколько лет прошло,
                ( или столетий?)
Минуты тянутся, когда ты пьешь нектар.
И обхватив мое простое междометье,
тянула ты его к своим губам.
Ты страсть излила в этом главном вдохе.
Вобрав в себя весь мой восставший мир.
Растаял я под языком,
                и охнул,
И ангел мой затих, ушел в эфир.
Мне кажется, я доставал до сердца,
Твои глаза дарили мне любовь.
Мне кажется, -
                Нет, знаю, в черном спектре
Я стал твоим. Ты обхватила вновь...
Так долго продолжаться, - не бывает.
Венец творенья - женщина, а в ней,
Есть точка всех желаний средоточье,
И вот я оказался прямо в ней.
В движеньи сладостном,
вгоняя в точку тело,
Наращивая мужеский накал,
Я видел, мне навстречу потокая,
Две половинки, половинок идеал!
И хлопанье по прессу звуком сладким,
И волны прогоняя по ребру,
Ты отдала мне все, что в безотрадной спячке,
Хранила очень долго одному.

Я изнемог. Я ослабел. Устало
Поглаживая часть заветных тел
И ты, и я, смеялись, неумело
Следы стирая со вспотевших стен.

Последний поцелуй.
Вкус языка.
Два глаза
закрытых в сумраке счастливого конца.
Ты прошептала “мой”. И я ответил сразу,
не думая. Без паузы. “Моя”