Будет день 2010 - 2023

Будет день…
стихотворения и песни 2010 – 2022

Часть 1 «Встречи в Зурбагане»


*   *   *
                Вот моё крыло,
                вот моя природа…

Всё относительно, мой друг, всё относительно –
и тишина, и рокот улицы дневной.
А счастье моё тем и удивительно, –
что есть крыло…
и бездна подо мной.


*   *   *
Вот и кончилось лето медовое,
не попросишь теперь: Подожди!
Будто снова остался без крова я
в дни, когда наступают дожди.

Киев хмур перед близким безвременьем,
неприкаянный. Я здесь – к чему?
Сам ведь канул заброшенным семенем
в летний день. В Борщаговке? В Крыму?

Как же нам удержать состояние
чистой близости в море разлук,
если страх подступает заранее
перед бездной томлений и мук?

Если друг вдалеке, неуверенный,
знать не может – куда повернёт…
Бродят тучи, как грустные мерины,
даже молния в них не сверкнёт.

Брат мой тайный! В окошке той просини
покажи утешенья челнок,
чтобы смута тревоги и осени
не разверзлась пучиной у ног.

Чтоб смогла устоять пред наветами,
удержалася жизнь на плаву,
и любовь, в Зурбагане воспетую,
знать – невестную, а не вдову.

Это тучи седые и вдовые
в даль не видят – лишь осень, дожди…
Это кончилось лето медовое,
не попросишь теперь: Подожди!

Ты прости меня, Ангел таинственный,
что щемит, ноет в сердце тоска.
Ты же всё понимаешь, единственный,
над судьбой, за плечом, у виска…

Сентябрь 2010


Письмо в Польшу
               
                «Эти аллеи душ человеческих…»
                А. П.

Здравствуй, девочка!
Я рядом.
Это значит,
что я люблю тебя душой горячей –
в досаде или в радости – всегда.
В реальности ль хожу я, как незрячий,
иль в горнем озаренье иногда…

Я в каждом дне души не пожалею.
Крест донесу. И мы, рука в руке,
пройдём сквозь год, сквозь осень, сквозь аллею –
к любви и к звёздам, к счастью, налегке…

Уходит день. Но сущность благоданно
в разлуке окрыляет, моя панна,
мой нежный мир, из праха воскреша.
Закоренелый циник против ран! Но,
открыт родник, пульсирующий странно.
И сердце жарко бьётся – слышишь, Анна? –
и верует в любовь твою душа.

Сентябрь 2010


Автопародия
               
                «Слава Богу – за стихи…»

Слава Богу – за стихи,
и что были дни лихи.
А грехи мои – легки,
как дождусь её – хи-хи!

Право, жизнь моя сладка,
весь набор беру с лотка,
распрямляясь от сохи
для стихов и для хи-хи.

2010

*   *   *
Так сидел бы у окошка и грустил,
если б только красной девицею был.


Анька ушла из тусовки

Клубы, общаги, массовки
скорбные треки поют.
Анька ушла из тусовки
в мир, где душевный уют.

Требуют громкие сайты
сленга и кича иглу!
Анька им пальчиком: «Ай ты!..» –
Яндексу, Яху, Гуглy…

Ноябрь 2010


Рождественская мечта

Девочка Аня мечтает о лесе –
в зимнем и снежном древлянском Полесье,
где по макушкам лишь ветер промчит,
дятел пристукнет, и снова молчит.
Шапкой пуховой покрыт муравейник.
Всюду незримо Хозяин-затейник
ходит меж соснами и под дубами…
А летом Анюта пойдёт за грибами…

Сбудется доброй мечты волшебство,
если мечтается так в Рождество!

6. 01. 2011


*   *   *
Неприметному малому мира сего,
прежде прочих мотивов, душа моя служит.
Как Вертинский сказал – «…кому горше и хуже.
Я всегда был для тех, кому жить тяжело».

Февраль 2011


Себе и понимающим попутчикам

В творчестве духу служи и уму –
сердцем и кровью; и с верой – в полёт!
Званья и почести ни к чему.
Честь, впрочем, тоже не гордый лёд.
«С честью – пожалуй! Родного – приму!» –
думай о тех, кто поймёт.

2011


Выяснение

Меж дел житейских мы бываем резки.
Причины ищем веские затем…
Пиши мне, друг сердечный, смски,
уволь от разговорных глупых тем –
зачем общаться можно с дурачками,
в какой тусовке, с пивами, рачками
познаешь мир ты шире и верней.
Как точат червячки гламурно сети
в любой вонючей нишке на планете –
познай, и будет что потом ответить
наивной своевольности своей.

…А я в тиши не мог дождаться слова.
Сочувствовать душа твоя готова
была.
           Но и отвлечься от всего!
Ронялась вдруг слеза в непониманье,
а я искал терпенье и вниманье,
и садомазохистское «Ого!»

…Достойному – достойное. Нам – впору.
Уже пришли к иному разговору.
Ты помнишь наши глупости, дитя?
Я и теперь гляжу на мир печально.
Мне недоросших в чём-то очень жаль, но…
Но я в тебя поверил, не шутя.

2010, 2011


Пастушье. Из Дарницы
               
                «Сегодня в Киеве на стадионе «Динамо» –
                большой футбол» … 
                Из новостей
Дворы бомжами пахнут.
Дома всё не уснут.
Пройду – невольно ахну:
я пастушком был тут!
Когда-то, одинокий,
у грани бытия,
носил талант высокий
и душу.
Для битья?
Для падших?..
Жизнь – путина,
и всяк увяз в игре…
Но чу! – ревёт скотина
на киевской горе…

2011


Встреча лета в Люблине

Там, в Люблине, вдали от здешних дел,
вне Запада, Востока или Юга,
июнь нам песни ласковые пел,
и было нам спокойно друг у друга.

Студенты, шумно занявши сады,
из магазинов выносили пиво.
А нам хватало – в озере воды,
и улочек – бродить неторопливо.

Там – в Старом Мясте, в тесном кабачке,
за сотню злотых, будучи богаты,
мы пели – от души и налегке –
Вертинского, Высоцкого, Булата…

Нам говорились добрые слова,
раскрывши вдруг чудесность польской речи.
Ко мне твоя склонялась голова,
когда я обнимал тебя за плечи.

От Брамы Гродской ты меня вела
к базилике Отцов Доминиканов…
Как славно мы забросили дела,
встречая лето в Люблине, кохана!

Твой лёгкий каблучок приветил: «Чэшчь!»,
и от Архикатедры, с благовестью,
мы топали – счастливые, как есть,
земные – по Краковскому Предместью –

к аллее, где Скводовская-Кюри
и чувство веры в близкое, родное, –
и дальше – к чувству дома у двери,
раскрытой в мир, прикрытой для покоя…

Нам имя Люблин с именем любви
вошли, запали в сердце, неделимы…
И если вдруг печаль навеют зимы,
ты имя Люблин тихо назови…

2011


Встречи в Зурбагане

«Чудный город в Крыму – Феодосия!» –
я друзьям от души говорю.
Ничего не поднял и не бросил я,
право, имидж ничей не творю.

Просто я полюбил эти улицы,
реки летних приморских аллей,
здесь осеннее море волнуется:
«Не жалей, не жалей, не жалей…»

Здесь судьбою пространство овеяно,
и на лике Господнем – слеза…
Но опять кто-то верует в Грея, но
небес голубые глаза!

Но какая мне тайна глубинная,
и какая мечта мне, и грусть!
И друзья. И со мною – любимая.
Помню. Знаю. И вновь соберусь!

Можно летом, а можно и осенью,
и зимою, что так же верней, –
убежать за мечтой в Феодосию,
в Крым уехать, и встретиться с ней…

1.08.2011 


Швейцарские письма или альпийский free jazz
сочинение для голоса с флейтой 

                «Во французской стороне,
                на чужой планете…»
                Из немецкой поэзии вагантов,
                цитата в переводе Л. Гинзбурга

Во французской стороне далёкой
южного швейцарского кантона,
с небом итальянского разлива,
в городке средь гор, укрытых снегом,
сосен, вниз сбегающих по кручам,
прыгающих с каменных уступов
(моментальный снимок – первый взгляд),
я живу в дому четыре долгих
дня, три ночи. Высота над морем –
тысяча пятьсот (беру на веру,
моря в Альпах нет). Я бодр и ясен,
часто затворяюсь в кабинете,
пробую писать (и рифмы – нету).
Нету рифмы, не хватает слов…

Но зато какое полнолунье!
Кажется, нездешние пейзажи
отразились, будто на экране,
на земле. Большой луны проектор
выхватил дорожку, где курю я
и гляжу на окна чудо-дома.
К ним снаружи лезет Санта Клаус
(вот уже и март, а он – туда же),
а внутри припали к стёклам куклы-
ведьмы с мётлами. Шевелятся гардины.
Дом напичкан кнопками ста светов,
а иную тронешь – съедет крыша,
стены, двери, шторы распахнутся.
Или же – в движении обратном
всё сомкнётся плотно и бесшумно –
дом готов лететь к луне и к звёздам!
…Трогаю, пугаюсь, нажимаю –
заурчит невидимый моторчик,
комната опустится в гараж,
где на старте – два автомобиля,
и – наружу – прямо из скалы!..

Только слов всё больше не хватает.

А ещё расслабленной свободы
не хватает на чужой планете,
рядом – друга нежного… Сверну-ка
в лес, где не слыхать машин с шипами,
шастающих всюду по деревне,
лыжников негнущихся ботинок…
И в лесу швейцарском под сосною,
этой горной, гордой, неприступной,
вслух прочту написанное впрок…

Хороши альпийские высоты.
Передам привет холмам над Ворсклой,
а над Пслом – полянам заповедным.
Шишек привезу впервые в жизни.
Кто-то ими сверху прямо метит
на меня! Ревнивая забава!
Отнесу их лешему в Полесье.
И просил коллега сувенир.

Вот бы захватить ещё сосули –
экспонаты марта, что свисают
ледниками до земли со ската
крыши дома – горного приюта
на краю скалистого обрыва.
С гроздей их в часы дневного солнца
льются в пропасть звонкие ручьи.

А про белок, всяких там зверушек,
поутру бегущих на террасу
собирать дары волхвов с Востока,
прочащих гармонию с достатком,
и про птиц диковинных сосновых
я ли, бессловесный, расскажу?!
Да к тому ж, как оказалось, плохо
знаю птиц я, имена их, виды,
языки, характер иностранный;
вижу – пара лапок, клюв да крылья –
вот и знаю: птица, не барсук.
Барсука, притом, я знаю хуже.
Бурундук мне вовсе не доступен.
От крота осталась только норка
в памяти, как слово «креатив».
(Нынче рад сказать, спустя три года,
манускрипт сей в «цифру» обращая:
фауну нашёл я в Интернете,
креативный, знаю обо всём)…

Днём ещё сходил я на лужайку.
Под метровым залежалым снегом
ждёт она – я чувствовал – апреля.
Не сказать, что будет здесь весною,
и чего я только не увижу!
Не увижу… А сейчас – таблички
вбиты в снег. Маршруты, дисциплина.
Правильные лыжники на трассе.
Городок-деревня за гольф-клубом,
хостелы, отели, рестораны.
А у местных жителей – коммуны,
дивно развитой социализм.
Люди тут живут богаче наших.
Бедняку прожить здесь невозможно.
Я вот где могу – там экономлю.
Хоть и не последний человек…

Депутат народный Украины,
и начальник банков,
и товарищ их из Ровно – все равно радушны
и добры, и вежливы со мною.
Я от лыжных спусков отказался –
с детства позабыл сие занятье.
Но спасибо щедрым: настояли,
отвезли за облака – к вершинам.
И глядел я с неба на Монтану,
что теснилась в дымчатом провале,
и следил, как лыжники сигают
с облаков туда – в провал монтанский.
Даже дети-крошки, с метр ростом,
тоже – шурх! И стайкой воробьиной
вниз сорвались! «Ааа!.. Иии!..» Я – к обрыву:
круто, высоко и далеко…

Но, однако, время. Снег и солнце.
Больно видеть. Как бы не ослепнуть.
Тороплюсь в спасительный подъёмник.
Вниз, где ждёт в машине депутат.

Был я, право слово, озадачен
тем, что будто занял чьё-то место.
«Наблюдатель – это наживное» –
сам себе с усмешкой говорю.
Творчески окинув панораму
взглядом марсианского ленивца,
говорю: «Мой друг, пишите письма!
Радуйтесь, что праздность тяготит».

Горы, горы, горы… Возвращаясь
в середине марта в Украину,
скрытую под ватой беспросветной
от Карпат до самого Днепра,
в первый час полёта видел с неба,
с высоты двенадцать километров
эти Альпы. Molto! Grandioso!
Солнце. Ни хмарынки – вправо, влево.
Всюду Альпы – сколько хватит взора!
И застыли гребни гор гигантских,
как тела космических драконов,
дремлющих на лежбище до часу.
А когда их тысячи чудовищ
вмиг рванутся в космос, что за грохот
потрясёт ужасно атмосферу!
Страшно раскачается Земля!..
Тише… Пусть под солнцем нежат спинки,
греются драконы чудных Альп.

…Вот уже апрель. Зазеленели
в Киеве деревья, вспомнив город –
давний, чистый, вдумчивый и нежный.
В нём и без него всё в маете я
нынче, как мигрант или пришелец.
То тружусь, чтобы забыть про время,
то блужу в сосновой, блин, Монтане.
И так часто, Господи, не вижу
выхода для чувств – к себе домой.

Впрочем, мне жалеть себя негоже,
как ни ранят горести мирские.
У меня, мой друг, есть ты. Гитара,
флейта есть у нас. И с нами Бог.
Снова я прильну к альпийской флейте…
Вот представь нас там, в дому швейцарском:
гаснет свет, уходят в темень горы,
вечности пространство за стеклом…

«До…» – наш первый звук.
Второй пусть будет – «Соль…»
«До… -
       Соль…»

На склонах ночью пригоршни огней.
Вершины спят во мгле, а звёзды – ближе.
Европа широка, вон самолёты –
и те потратят несколько часов,
чтоб посреди её в какой-то точке малой
мы встретились принять в себя весну.

«До… Соль…»

Вершины спят во мгле.
К мерцающей Монтане
невидимые нити лыжных трасс
спадают. Бродят призрачные звуки
вверх-вниз: «А-и-оу…» – «До-соль-ми…»
Мы флейтой вторим, всматриваясь в темень,
день отражаем новым измереньем.
И повторить уж будет невозможно
альпийский наш free jazz.
Осталась только тема
в названии тому, что где-то там –
perdendosі – звучит в подлунном мире:
«Ночное эхо горных лыжных трасс…»

Монтана–Киев–Кременчуг
Март–июнь 2012


Летом на Псле

Отмахнуться, оттолкнуть, отдунуть –
комара нет смысла убивать.
Псёл неспешен. И не быстры думы.
Краткий всплеск. И снова – тишь да гладь.

Днём на базе тут и там музыка,
то кутят соседи до зари.
Комнатушка тоже невелика.
А ведь отдых – что ни говори!

Комара хлопком не удостоим,
на попсу и ухом не ведём, –
наших душ не трогает пустое,
и на вечном береге наш дом.

Вербы к водам лица наклонили,
здесь сильнее звуков тишина…
Нарисуй мне лето нежных лилий!
Помнишь, как зима была длинна?

И откинув снежные постели,
мы с тобою новой жизни ждём.
Твой животик вырос за неделю.
Тучка вон беременна дождём.

Приплывала щука с Кременчука*,
навещали добрые друзья.
Пусть обходят суета и скука
просеку, где бродим – ты и я.

*«Пливе щука з Кременчука…» –
из украинского народного творчества

5–6. 07. 2012
Близ с. Потоки на Псле


Страна

Уходя на службу, знал я то,
что вернусь в другие измеренья,
что грядут иные точки зренья,
лишь сменю шинель я на пальто.

Армия дала мне много прав.
Здесь не без иронии. Но с нею
мог ли я без них сказать злодею
нынче что-то, нечто не поправ?

На меня валилось столько зла,
что бахвалу стало бы с избытком.
Опыт мой он сравнивал с убытком,
с блажью – стихотворные дела.

Он-то мыслил: "Вежлив, значит, слаб", –
свой недужный ум не прикрывая.
А за мной дышала рать живая,
что подняться из земли могла б…

В каждом веке свой полёт и рок,
и в остатке – время – мудрый лекарь.
Вон – тиран. Вот – Пушкин, Кюхельбекер…
Там – толпа, воспевшая порок.

Ею разворуется страна,
сузятся отечества, кочевья.
Были ещё молоды деревья…
Обдерёт их всякая шпана.

Мзду берут ли, кумовством ли прут,
каждому – себе, конечно, можно.
И ещё притом неосторожно
о чужой продажности орут.

2011, 2012


По мотивам Д. Келова

                «У папертей костёлов и церквей…»

К тем, что кичатся церковью и верою,
и холят мзду, и славят торгашей,
и сильным мира кланяются первыми –
чем ближе к ним, тем на душе хужей.
К безвыходности той я не ношу поклоны,
и не делю с торговцами законы,
казармы оббегаю стороной.
Но слышу – что-то гонится за мной...


*   *   *
                Глебу
Хорошо рыбачить в Тепенице.
Не спеша, тропинка привела
к месту, где смыкаются границы –
леса, поля, сада и села.

Там, в укрытой вербами ложбине,
в камышах, кувшинках тонет пруд.
От Олевска на веломашине
нам с сынишкой ехать – не за труд!

…Жмём сквозь тёмный  лес почти на ощупь.
Через поле… Утро удалось!
Мир чудесен!
«Слышал треск из рощи?
Зверь какой-то бродит, может, лось».

В самый раз поспели на рассвете.
Эх, рыбалка! (Ей – отдельный стих.)
И ещё не дует ранний ветер,
перед утром поздний ветер стих.

В этот час весь мир остановился.
И от верб до нашей осоки –
то ль туман над озером разлился,
то ль цигарки курят рыбаки.

Там, и там – то вдруг плеснёт, то глюкнет,
то раздастся кашель над водой.
«Здесь, порой, так ловится, что рук нет –
Тут карась, тут короп молодой!

Знаешь, мне всё больше жаль рыбёху,
я ж и не отчаянный рыбак...
А охота с ружьями – как плохо...
если оправдать нельзя никак».

«Папа, ну, а рыбке больно тоже?»
«…Рыбка без воды, дружочек мой,
просто засыпает. Ну, похоже,
клёва нет. Поехали домой?»

Хорошо рыбачить в Тепенице,
ехать через поле, через лес…
Та тропинка мне, бывает, снится
в Киеве, где времени в обрез.

2006, 2012


Лена, Маша, не шумите…

– Лена, Маша, не шумите,
не бегите со всех ног!
Не носите воду в сите
и не трогайте замок!
Что за куча из подушек?
На постели – кавардак!
Ну ты глянь на хохотушек –
не натешатся никак!
Папину тетрадь закройте!
Книжку мамину не рвать!
Маша, Лена, успокойтесь.
Лена, Маша, скоро – спать.
Хватит – в прятки,
в шкаф не лезьте,
не крадитесь в кабинет.
Эй, шалуньи, тихо – вместе!
Спать пора, мы гасим свет.

…В окна смотрит месяц новый.
Люстры маятник застыл.
Лишь бы были вы здоровы
и на всё хватало сил!

13–15. 11. 2014


Часть 2 «СМСки»


*   *   *
                «Классный человечище»
                Комплимент

Твой «классный человечище»
направил лодку в речище.
Он чует, брат, свободу,
как рыба чует воду!

Июнь 2010


Из инструкции перед командировкой

…Постараешься зело –
попадёшь хотя б в село.
Как нарoдишся на свет – 
сразу надо в сельсовет...


*   *   *
На работу! На работу!
Бог ещё творит субботу!

Июль 2010


*   *   *
Снилась всякая беда,
состоянье – никуда.
Но под утро ты приснилась,
и уже – вот это да!


*   *   *
…А пока штурмует в лоб
поезд крымский Перекоп,
я пишу тебе записку
и держусь рукой за …
Вот приеду – покажу,
уваженье заслужу.


*   *   *
Сплю, к твоей прижавшись попе…


Дачная

Дни нежаркие настали,
гвоздь вбиваю на почин,
и для всяких трали-вали
нет критических причин!

Август 2010


Парко-хозяйственная

Зубки положа на полку,
ты добудешься ли толку?
Да, я вновь работы вождь,
несмотря на грязь и дождь!


Утро сленгиста

Если раньше Бог разбудит…
То Ему ничё не будит!


Псевдонародный афоризм от Олега Бабая в день его рождения

Говорят, что в сорок пять
Бабай ягодка опять!

19. 09. 2010


*   *   *
Едет, едет князь Олег.
Княжий поезд, мерный бег.
Книжка есть и сбоку полка.
Благодушный человек.
Он силён, влюблён, богат,
и сам чёрт ему не брат!
Никакого кривотолка.
Милой образ...
Божий взгляд…

Сентябрь 2010


*   *   *
Еду, друг мой, на работу.
Утром – то же, в полдень – зуб.
Время вышло на заботу,
не хватило на Ютуб,
ни на творчие затеи
и сердечные дела…
Ты б приехала скорее
да порядок навела!

Сентябрь 2010


*   *   *
То между нами совсем не конфуз –
соприкасание голеньких пуз.


Кто первый?

Кто первый пришлёт сообщенье,
получит грехов отпущенье,
любовь и взаимность в награду,
и вместо сомненья – отраду.

А вскоре, душе не переча,
приблизится близкая встреча.
Прорви немоты занавеску,
и первым отправь смску!

Октябрь 2010


*   *   *
Здравствуй, милая, вот снова смска,
я всё время мысленно с тобой.
День идёт не мягко и не резко,
а дела и сердце – вразнобой.


*   *   *
Под Олевском обгоняет
вдруг варшавский. Не догнать
мне твой поезд, дорогая…
Рядом женщина бабаем
немовляту всё пугает.
Всё пугает,
да не знает…
А варшавский обгоняет.
И Бабая не узнать.
Выхожу.
Ну вот – опять…

Ноябрь 2010


*   *   *
Гляжу вовнутрь себя и гласу внемлю
богов, что опускаются на землю…


*   *   *
Хорошо быть князем, хорошо – Олегом,
зимняя дорога тешит свежим снегом.
Розово, морозно, спит в закате ельник –
в княжестве древлянском, в Рождество, в Сочельник...

Январь 2011


Лесной Бабай

Толпою сосны окружили:
мол, мы с тобой всегда бы жили!
Лесной Бабай тому и рад,
бредёт – куда глаза глядят.

7. 01. 2011


*   *   *
В полпятого прислали смс!
Едва уснул – к семи звонок «вчерашний»!
Урок и сон вот так отменены.
Зато валяюсь до сих пор в постели.
А ты уже работаешь усердно?
И Польша вся гудит, в дымах фабричных?..

20. 01. 2011


*   *   *
День святого Валентина. Отчего ж? –
я теперь его приемлю, как не ложь.
Был в запретные пределы путь тяжёл.
А иначе – как бы я тебя нашёл?
Повторяю неустанно:
Слава Богу, моя Анна!

14.02.2011


*   *   *
Я в швейцарском лесу возле горной сосны
смску пишу с предсказаньем весны.
И скучаю, мой друг, истлеваю до дыр,
превращаюсь в швейцарский
любимый твой
сыр.

Март 2012
Швейцария, Монтана


Українізаційна
 
На вкраїнській станеш п’сати,
то тебе б’дуть всюди п’скати.



Протиагітаційна

– Той, хто не проголосує,
потім хай не галасує!

«…Нащо ж мені галасувати?
То й не піду голосувати».

Жовтень 2015


Глядя на кипение

Народ, привыкший жить в ярме,
не пестует свободу.
Или вразнос, или в дерьме…
Боишься? Дуй на воду.



Катя

У Кати много счастья, за это ей почёт,
она и угощает, и варит, и печёт,
лучится добрым светом, смеётся невзначай…
А мы сидим и дуем с мерзавчиками чай!

31. 10. 2016


Поэту и художнику Роме Чудновскому

1.
Мой славный товарищ Чудновский Роман –
художник весьма небанальный,
поэт и творец романтических дам,
и кот у него гениальный!

2.
Читаю вновь твои стихи,
Что средь пучин являют сушу.
А строки, вовсе не сухи,
мне, как бальзам, врачуют душу.

2015, 2018


*   *   *
Бывало такое, что крах и обвал
костлявой ручищею горло сжимал.
Но Боженька времени-сил не жалел,
чтоб я поднимался, и верил, и пел.

И днесь ты, мой друг, дорогой человек,
крепись потихоньку. В зной, ветер или снег –
отступит недуг, отомкнёт ворота,
шагнём за крылечко, а там – красота…

24. 08. 2022




Часть 3 «Одуванчиковый мёд»


Молитва
                Михаилу Кузьменюку

                Будет день, заря взойдёт у края,
                снова – путь, заботы и родня…
                Боже, не покинь мя, понимая,
                на закате прожитого дня!
                Огради от лжи и суесловья,
                в памяти и в разуме храни!
                Ангел-брат и вечный друг любовью
                да пребудут с нами в наши дни.

Гаснет свет, небес густеют лики.
На закате прожитого дня,
Господи, прошу Тебя, Великий,
пожалей всех слышащих меня.
Я ль не говорю про несказанность,
чьи глаза бездонны и тихи?
Но глядит судеб людских туманность
на меня, поющего стихи.

Человек судьбы своей не знает.
Вдруг 
            уходит друг –
                твой светлый князь…
Где-то плачет женщина родная,
где-то ходит злоба не таясь.
Кто упал без воли и без силы,
кто не видит правды на Руси…
Господи, прошу тебя, помилуй,
всякого упавшего спаси!

Дни мои текут, вливаясь в Лету,
голос мой оставлю вам, друзья.
Господи, дай мудрости поэту
петь о том, о чём не петь нельзя.
Может, я был чуждым имяреку,
может, я и пел не горячо,
только бы к родному человеку
ангел возвратился за плечо.

Апрель–июль 2013



Три посвящения Александру Шаргородскому*
               
1.
   
                «…Пусть витийствую – но не лукаво.
                Восторгаюсь – так неспроста.               
                У поэта особое право
                и особая правота»
                А. Шаргородский, из «Комментария к мадригалу»

Позабыты химеры и былые прозренья.
Вот и радуйся, Саша; благо – жизнь не пуста.
Ты уже пригубил от любви и лишенья
и вот-вот к мадригалу приведёт правота.

То июньским дождём, так светло пролетающим мимо,
то морзянкой сомнений, то облака тенью – стихи.
То какая-то женщина ходит, тобою любима...
Но Чернобыль зовёт и опять отпускает грехи.

Где-то старцы брюзжат и от праздности нюхают розы.
Ты ж, как юный гусар, терпишь холод и неуют.
...Нелюбимые женщины – ах, эти вечные позы!
И, конечно, любимые, те, что и жить не дают...

Итого: сорок два. Копошись в муравейнике будней,
будь здоров и спокоен, мужайся и крепни в локтях.
Нелегко быть поэтом на этом кренящемся судне.
Но ещё тяжелей, если жить на чужих кораблях.

1989

2.

Все в этой жизни кандидаты –
кто в рай, кто в ад...
Но лучше береги себя ты,
мой старший брат.
Всю тяжесть мира невозможно
поднять на грудь.
Но Вещий вымысел поможет
постигнуть суть.
С ней невозможно отрешенье –
не снизойдёт.
Лишь только верой в озаренье
душа живёт!

Пускай, немножечко печальны
звучанья слов.
Но мы с тобой сентиментальны
без дураков.
А время – швыдкое какое –
ку-ка-ре-ку!
И ведь пережили такое
мы на веку...

Ты можешь не потрафить моде.
Тебя понять!..
А правда – главное приходит
за 45?

1992

3. Шаргородский

Я много лет в бездомье пребывал,
и Киев мой был мне как двор господский,
штормила жизнь, катила новый вал…
Тогда и появился Шаргородский.

Я песни в клубе пел, он был – поэт,
без куража я грустный был, он – мудрый.
И опыт сорока далёких лет
вбирал я, молодой и пышнокудрый.

Такой же лишний муж, ненужный зять,
а нынче сам уж лысый, умный, грешный,
я столько лет хочу о нём сказать,
и не могу никак себя утешить.

Всё жду совет, как прежде, и боюсь,
что где-то я скажу о нём неточно,
и друга лик нахмурится, и грусть
гнетёт меня, без времени, заочно.

О, дай мне, Боже, в каждом новом дне
столь тихого и верного покрова.
Но упаси от немощи на дне
и немоты укора неземного…

Где были мы – пусты теперь дома.
Куда ушли душевность и весёлость?
Молчат стихов исчезнувших тома! –
его судьбы чернобыльские сёла.

Звала Москва. Вернула в Киев прах.
Элегией сошла с Парнаса ода.
И лёг мой друг в глуши на Берковцах,
как сам и предсказал в канун ухода.

Корю себя, что времени и сил,
лишь телефон умолк, я не нашёл проведать
перед Москвой его. Ну, говорил:
«Не едь, останься, сердце!..»
Он: «Ну… еду».

И всё. Лишь книгу памяти листать,
где смех, любовь, желания иль нехоть,
как нас надуть пытались лжец и тать,
а он им на страну мешал наехать.

Мне нравилось, что «Алик» говорят
ему Король, Касаткин – други детства.
«Ты говори мне – Саша, слышишь, брат?»
И были мы как братья, без кокетства.

Солдата сын, он был для лести чужд,
кликушам – враг, предавшим – обличенье,
и, как заступник русской музы, дюж
жить честно и писать стихотворенья.

Погаснут шоу, кесарь был – и нет,
слуга пройдёт – запомнятся едва ли.
Но верный друг – спаситель и поэт
благословен всегда, как был в начале.

…На книжных полках – мудрые дары,
где не остыли дружбе эпиграммы.
Его стремянка, кепка с той поры
живут со мной – уж ветхи, да упрямы.

В его советских кедах – века пыль,
стоят в прихожей просто и знакомо.
Он здесь, он рядом, он не просто быль,
и всё туда приходит, где мы дома.

Вновь будут Рождество и Новый год,
и в буднях мы найдём уединенье.
Всё чуждое оставим у ворот,
а близкое возлюбим без сомненья.

Он видит – я опять оброс семьёй,
почти здоров и годен для полёта.
Друзей – совсем немного за горой,
а близко – ещё меньше отчего-то…

Бывали дни неодолимых бед,
покойного я звал, взгляд прятал от соседа,
и вспоминал, как, есть я или нет,
внезапно он являлся, непоседа.

Смотрю в окно, по улице ль бреду –
всё чудится, что из-за поворота
вот выйдет он навстречу, на ходу
под сумкой пригибаясь, и забота

его седлает, и торопит шаг,
и некогда больное сердце спешить…
Всё вижу, как вразвалочку чудак
спешит – ко всем – помочь, поднять, утешить…

2013
* В посвящениях использованы цитаты и образы из поэзии А. Шаргородского (1947 – 2004)



Ответ
                Глебу

Личное – узкая сфера,
всё остальное отбрось…
Но до какого ж размера
нынче оно разрослось!

Каждому сроку – старенье.
Сердцем ищу благодать.
Юности острому зренью
нынешних дней не видать.

Сын мой, товарищ и брат мой,
я уже начал ответ.
Боже мой, как неохватно
личное в зрелости лет!..

Сентябрь 2013


*   *   *
Смущён мой дух вдали от рая,
но добр – к царю ль, к золотарю…
А родину не выбирая,
я с нею сердцем говорю.

2014


Майданщику

            «К чему стадам дары свободы?...»
                А. С. Пушкин

            Цели, которые достигаются
            неправыми средствами,
            не есть правые цели.
                Древний афоризм

«Спасибо» твоему Майдану –
за Крым, за красно-чёрный дым,
за века вскрывшиеся раны,
за смерть без проку – молодым.

За вскрики злобы, одержимость
войной, за стравленных людей,
за нищенство – во след, за мнимость
непререкаемых идей.

За осквернённый дух славянства,
за грех забвения отцов,
за лженародность хуже пьянства –
суть погоняемых глупцов.

За к власти рвущихся фашистов,
за овцеводов-воротил,
за каждого, кто был неистов
и разрушенье возлюбил.

За горе, слёзы ветеранов,
за боль растерзанной страны –
«спасибо» твоему Майдану –
безумцу, палачу, тирану.
Чуме, не имущей вины.

Март–апрель 2014


*   *   *
                "Мне нравится расти в твоём саду..."
                ..........

                "…Чем зримей волчья степь
                сквозь будней коридоры…"
                Из поэмы «Грибной пирог»

Ну где мне ангела тебе найти, святая?
Со мною ангел мой и только мой.
Доверья к сильным мира не питаю,
торговцев оббегаю стороной,
хожу вдали от золотого рая,
неждущий, непросящий, невъездной.

Мне клич бросала улица, пугая,
ловил майдан заносчивой пятой.
А я пристал к скорбящим, дорогая,
недавшийся, негромкий, несвятой.
И не без оснований полагая,
что ангелы все проданы – и с той,
и с этой стороны. Такая драма.
Кому на грудь склониться головой?

Прости, моя взрослеющая дама, –
не ангел я, когда мой сад – не твой.
…Но если ты не будешь столь упряма,
уймётся ветер, стихнет волчий вой...

Июнь 2014


*   *   *
Пан Тадеуш арендует остров
на реке мечтаний – Южный Буг,
где Мигия*, и пороги остры,
песни лучших бардов – на досуг.

Здесь целебны воздух, солнце, воды,
как нигде – по замыслу Творца.
А вокруг толпой стоят народы,
невместимы в кущи островца.

Видно, мест осталось в мире мало,
людям не хватает крон и трав,
чтобы сердце с песней в такт стучало,
без алчбы, невежества, потрав…

Пан Тадеуш, он, видать, не промах –
вынырнув из мутной суеты,
песни бардов слушает, как дома,
на последнем острове мечты.

*Мигия – старинное казацкое село и местность
у реки Южный Буг в Николаевской области

Июль 2011, 2014


Дикая груша. Февраль

Снег растаял, утром воздух суше,
и хрустит подмёрзшая листва.
Встало солнце. Наконец-то, груша,
князь Олег вошёл в свои права.

На весну устрою красотищу,
лишнее – вон там и здесь сниму.
Дай, тебя я пилочкой почищу,
дикую такую обниму.

Надо бы успеть до воскресенья
дать растеньям будущность и лад.
Ничего, что ветхое именье,
самым первым делом – княжий сад.

Время вновь тележкой полетело,
и опять к весне – работы воз.
А на вечер тоже будет дело:
друг позвал разбрасывать навоз.

Присмотрись: где лесенку приставить?
Не впервой – карабкайся, держись
за сучки, которых не убавить,
и за ветки, важные, как жизнь.

То, что отжило и отболело –
отпадает. Грушин Айболит
срезанное тоже пустит в дело:
высохнет – и в печку, пусть горит.

…И когда уже казалось – хватит,
притомились руки и пила,
прямо пo лбу веточка – кааак хватит!
(А ещё навозные дела…)

Ветвь лежит. Налево и направо –
чищу, отсекаю… Только раз! –
и другая розгочка коряво
доктора стегает прямо в глаз!

Больно, плохо. Ай! Да что же это? –
в руку прям впилась колючка! Вот!
Чудится – маршрутная карета
в Киев князя битого везёт…

Всё. Отбой! Будь мудр, хозяин сада.
В доме домовой задул в трубу.
Друг там ждёт. А здесь уже не надо
лишний раз испытывать судьбу.

…………………………………………..
Вечер. Сумрак. Сад. Хожу в смятенье,
бормочу пустое: враль-февраль…
Доктор, князь, фамильное именье…
Жизнь летит, ветшает – очень жаль…

Здравствуй, Груша. Вот оно что! Видно –
где я ветку важную спилил.
Наказала. Сердишься. Обидно.
И выходит, я тебе не мил.

Пoлно! Всё срастётся, ещё пуще,
гуще станут поросли твои,
и к тебе в серебряные кущи
под луной слетятся соловьи!

Будет время, май и буйство цвета!
Вновь увидим – что нас ждёт в Раю.
Ну прости ты, Грушенька, поэта.
Обнимаю дикую мою.

2015


Март

Как это ни странно,
снова не до сна.
За окошком, Анна,
ранняя весна.
Улыбнись, подруга,
не храни печаль.
Будут гости с юга
к нам в провинциаль.
Принесут на крыльях
песенки небес,
чтоб не позабыли
мы земных чудес.

Мы проснёмся рано,
шторы распахнём.
Слава Богу, Анна…
Всё-таки – живём.

1992


Выключил радио и вышел в сад

О, пчёлка добрая, приближусь,
замру, расслышу, рассмотрю.
В тебе подругу детства вижу,
а в зрелости – боготворю.

Отрадно знать, что ты, надёжа,
всё так же правдою живёшь.
А в доме – радио, о, Боже! –
всё мутная вода и ложь.

Витии мудрствуют лукаво
о жизни в прежние года,
им в горле кость – чужая слава,
и в радость – давняя беда.

Своё невежество глухое
угодно пряча под ковёр,
поют осанну лже-героям
и тешат власть, где всюду – вор…

Твой мир им чужд, он духом светел,
неначинаемый с нуля.
В годах расцвета, в лихолетье –
всегда с тобой твоя земля.

Вся жизнь – твоя, и от истока
струится в вечный океан;
и родина – одна, без срока,
без гнёта выдуманных стран.

И в дни теперешней руины
ты никому не прочишь зла,
справляешь с клевером крестины,
в саду всё трудишься, пчела.

А этот день и год, в который
ты жизни продолжаешь нить,
лихих людей потомок скорый
гуртом опять начнёт судить?

Но дунет ветер – стихнет ветер,
вся муть опустится на дно.
А Божий день – и чист, и светел
течёт. Другого не дано.

О, пчёлка добрая, приближусь,
замру, расслышу, рассмотрю.
С тобой, как в детстве, стану ниже,
а в зрелости – боготворю.

Гуди, пчела! С тобою зла нет,
благословен твой вечный лёт.
А тот, кто этого не знает,
как сам исчезнет – не поймёт.

Март 2015
Олевск–Киев 


Новомовна пісня
гіпербола

Мапи кольорові.
Жити м'ні вже п'ра.
Я т'пер п'шу на мові,
а не як вчора.

А вчора я руські
вірші гарно п'сав,
і як той Висоцький
бардом супер став.

Та російське слово
треба позабуть,
бо уже не можна
п'сати як небуть.

Новомовне сію,
дрин римую з Крим.
А на ту Росію
вже й не ш'каю рим.

Та воно ж і добре,
бо раніш мене
пєть ніде не п'скали,
а я ж мав талант.

Мапочки коль'рові,
ото п'їду, вав!
Вже в бібліотеці
п'сні я свої сп'вав.

Як на мові станеш
п'сати, та й зажди –
б'дуть вже тебе п'скати
всюди та й завжди.
Гей!*

*"Гей!" – за бажанням

2017



*   *   *
Писал стихи. Проголодался,
да так, что пост не удержал.
И стал я суетным, и сдался,
и рифмовал – похвал, бахвал…

С поэзией быть надо строже:
смирять влеченье к естеству,
в лесу, сумняшеся ничтоже,
вкушать опавшую листву,

чтоб не быть графоманом света –
скакать по кочкам, не строкам,
и чтоб, крещая в пост, поэта
хлестали ветви по рукам!



*   *   *
…И полетели низко…
За днями – дни…
Могилы родных и близких –
одни? Одни?

Что им земные гранты,
кукушкин труд?
Гусенки-некроманты
забвенье ткут.

Разве что суховеи,
звенящий лист.
То дождь забежит с аллеи,
в тиши речист.

Чистым, нелепо-белым
январь пройдёт.
За ледяным пределом
оттает год.

Корни трав из-под плиток
дадут ростки.
Протянутся от улиток
дорог мазки.

Стелы, кресты покроет
снова роса.
По одному, по двое…
Глаза. Глаза…

В узких участках Леты
особый лад.
Там лучших людей портреты
свой держат взгляд.

Где-то живые ходят
и страсти днесь.
А при честном народе –
что есть, то есть.

Грянут в свой миг родные,
летя вперёд.
Для них времена – иные.
А мёртвым – вот.

И полетели низко…
За днями – дни…
Кажется, были близко.
Одни. Одни…

Так ли это? – не важно.
Нечто моё – не суть.
И совесть ли, страх ли, блажь. Но…
Но помянуть…

Сердцу в ином измеренье
приказа нет.
Горбясь, теряя зренье,
бреду на свет.

И наклонюсь к могиле,
где тишина,
чтоб камень омыть от пыли
земного сна.

И полетели низко…
За днями – дни…

Сентябрь 2015


Стансы из дневника Лемюэля Гулливера

Чуть встал – искажён кривизною мой мир-пилигрим,
и йеху бузят, и в загоне мятётся гуи-и-гнгнм.
Пью снадобье – унцию Правил хорошего тона,
чтоб плоскость качнулась, стал уровень правильный зрим.

Кривое сознание – странная хворь бытия,
мутирует вирус, и святость, и плохость, и я.
Искусный обманщик создал эту матрицу, дабы
в кривое пространство попались враги и друзья.

Меня не спросили, закон моей чести поправ.
И ходят вокруг, и хватают меня за рукав.
И думают, я разделю их искания правды
на плоскости хилой, где нет ни законов, ни прав.

Октябрь 2015


В саду моих стихов

Хочу вместить в одно мгновенье
мерцанье тайн и мыслей ток.
Будь ясен смысл стихотворенья,
а дух прочтётся между строк.

В саду моих стихов не людно,
зане живёт здесь тихий Бог.
Рассвет озвучен с ноты «ут». Но,
и сумеречной флейты вздох…

В стволах древесных под корою
поэм невскрытых плоть жива.
А плющ! А тмин! Хотя, не скрою,
тут есть и сорная трава.

Мой друг, мой зритель, мой читатель,
судья, ниспосланный судьбой,
твой автор – прост. И скромен, кстати.
Входи в мой сад, и будь собой.

Декабрь 2015


Художник Г. Сергеев

Правда экслибриса, мудрый поэт,
друг живописных музеев…
С доброю тайной выходит на свет
мастер Георгий Сергеев

5. 04. 2016


*   *   *
Один в лесу. Едва влачу шаги,
неся грехи, печалуя пространство.
Хотелось бы иного постоянства
и об ином слагать свои стихи.

Тоскуя о любви, о верных, о родных,
почти не веря в благостность итога,
я вижу, как кончается дорога
и напоследок бьёт судьба под дых.

Но тянет к соснам, дальше от осин.
Придумываю, Господи, приметы!
Одна кукушка кличет: Где ты? Где ты?..
Спаси меня, сосна моя, спаси!

22. 05. 2016
Олевск


Дачное

Сижу в глуши, в забвении, в тиши,
ращу детей и стряпаю обеды,
люблю жену, пережидаю беды
и никаких не знаю новостей.

На даче мало публики, гостей;
убытка нет, лишь на базаре траты.
Как в суп, упали в рифму – демократы,
их наци, папарацци и дебаты,
и тут же смылись к чёрту на обед.

Смеётся, другу рад велосипед,
трещит звонок, – что в будни отпускные
нам по сердцу вести дела лесные,
посуду мыть и к ночи падать с ног.

Как хорошо и грустно, если сжёг
мосты, плоты, развеял в дым химеры.
А в это время – революционеры,
предатели, бандиты, лицемеры,
ворюги, властолюбцы…
                Что же ты,

доверчивая муза красоты? –
явилась тут, и сразу убежала!
От грешных слов? От будничного жала?
От страшной тени горестей и смут?

Юна, а я как старый баламут,
который вновь и вновь – про бастионы.
Довольно. Мы мечтательны и сонны.
Сидим в глуши. Над нами шепчут кроны.
И миром правит чистая любовь…

Июль 2016, Олевск 


*   *   *
Ходят враги по кругу
в шапочках из газет,
служат «большому другу»,
тащат бельё на свет.

Тычут кривою меркой,
хочут достать ферзя,
прячутся за портьеркой,
там,
где их не берут в князья.

24. 07. 2016


Удивительные рыбки

Сардинки и сардельки,
бычки и кабачки –
какие удивительные рыбки!
Мы их поймаем в речке;
давай возьмём сачки,
а на приманку – шутки и улыбки!

27. 07. 2016


*   *   *
                Памяти В. Баширова

Нет зеленее нашего двора,
в округе не увидишь гуще сада, –
когда настала буйных трав пора
и дикого сплетенья винограда.

Здесь чудно покосившийся забор,
таинственен сарай из древних досок.
Войди, усталый друг, в тенистый двор,
где за калиткой ждёт кленовый посох.

Пройдём с тобою вглубь. Под звон кифар.
И прежде чем сольёмся с тишиною,
нам каждый встречный бард – что ни комар –
исполнит песнь про солнышко лесное…

Когда ж я здесь один, в пустом дому,
в ночи, – скрипят полы, не дремлет око,
а дождь шумит, – мне грустно одному,
и ставень с ветром бьётся одиноко.

29. 07. 2016, Николаев


Не клюёт
                Я часто Бога беспокою;
                Но он так благ, что мне в ответ
                Шлёт вечно что-нибудь такое,
                Чем я утешен и согрет.
                Пьер-Жан Беранже

Два вечера подряд гляжу на поплавки,
погода шепчет – ставить перемёт.
Доест меня комар! Но шансы велики
на карасёвый клёв. А не клюёт.

Гляжу с мольбою в пруд: карасик роет ил,
вдруг пустит пузырьки, покажет рот.
Перловка – лучший вкус, червяк – танцует, мил,
бери его, хватай! А не клюёт.

Стихов моих штук пять прочитано уже,
а в том году на них был рыбный слёт,
клевали караси! Теперь им – Беранже,
даже Пушкина читаю – не клюёт.

Меняется народ, и рыбка – вся как мы.
На что её ловить? На самолёт?
На Пушкина вчерась какие шли сомы!
А нынче и карасик не клюёт.

Август 2016, Олевск


*   *   *
Всякому дому – тепла,
света, любви, красоты.
Чтобы счастливой была
жизнь, и сбывались мечты!


Бубликовы
(семейное)

Ты мой соратник и партнёр,
и вовсе мне не враг.
Твой ум расчётлив и остёр.
Ты знаешь: это так.

Поэтому хоть в сотый раз
суди меня, казни –
слеза не вытечет из глаз
пред горем западни.

Поскольку нет любви, к чему,
теряя смысла нить,
напрасно петь в глухом дому,
не веруя, служить?

Смотри… Пока я не исчез
в тумане жёлтых дрём…

А может, нынче сходим в лес?
Черники наберём…

2017


Апрель. В имении

Почёсывая грабельками землю,
не покладая мужественных рук,
я болтунов досужих не приемлю
и не ношу жилетку для подруг.

Они меня почти что позабыли.
Когда швыряли камни – я не смог…
И вот я таю в той далёкой были,
где не висел над нами чёрный смог.

Гляжу оттуда: право же, мир тесен,
и суетен, и против естества,
безбожен, слеп, и мало интересен.
А нынче – прошлогодняя листва…

"Живи один", – промолвил дока Пушкин.
И там, и там – горят костры эпох
да лязгают сдвигаемые кружки,
чтоб кто-то с кем-то жил, а кто-то сдох…

Почёсываю грабельками землю.
Дрозды поют, лелея княжий сплин.
Безлюдный мир хватаю – не объемлю,
и, право слово, чувствую – один.

2017


Сестрички и краски

Расписаны коленочки,
в альбомах – красота.
У Машеньки и Леночки
есть всякие цвета.

Они рисуют розовость,
сиреневость, голубовость…
Наносят полосатовость
на серовость листа.

Июль 2017


Дачный декаданс

В мышеловку мышка не попалась.
Не хотела мышка умирать.
Дом поник. Накинулась усталость.
Сад зарос. Не пишется в тетрадь.

Подобралось лето к середине.
Всё сыра холодная земля.
Песню спеть – да, лёгок на помине,
Кашель не проходит с февраля.

Всюду ветхость. Руки опустились.
В лес пройтись подагра не даёт.
Полный декаданс, и в этом стиле
В мыслях князь именье продаёт.

Может, лучше бросить, раствориться,
Где-то кануть в Небывайке тож?
Стоит ли с глаголами возиться,
Не меняя сути ни на грош?

Вон – поэтов очередь у Ноя:
Хмыков, Быков, Боцман, Сильвупле…
Ближе к трапу – всякое смешное,
Как любые планы на земле.

Июль 2017, Олевск


Письмо
                Я. Анту

                «Все мы вышли из [ … ] шинели»
                Классика

Мой добрый Ант, мой друг!
Грядёт гроза. Зарницы.
В имении сижу. Есть Интернет.
Спасибо за письмо из-за границы.
Ты вспомнил наш французский пистолет!

Безделка, сувенир, дурак настенный.
А всё же – твой подарок незабвенный;
когда хоть застрелись – он веселит…
Что нового?
Схватил радикулит.

На даче – моль.
Следил.
Но, шли недели,
а гнёзд заветных всё не находил.
Мне комары тогда не надоели –
как всюду в тишине шуршанье крыл.

А если б я ещё, маша руками,
скакал, как вождь великий… Мон шер ами,
представь меня в светящемся окне:
сквозь моли – я,
                скачу,
                и всюду моль на мне.   

Но я застыл и мыслил.
Шли недели…
Потом я спал.
Два года? Или сон?
Был шёпот: «Все мы вышли из шинели
и первобрачной ветоши кальсон».

Я знал тогда, мой друг, с чем их надули!
Видал я молью траченный талант.
В шкафу в тридцатилетнем карауле
нашёл – шинель, кальсоны, аксельбант…

Иных нет новостей.
А что в стране?
                Друг Ант, –
идёт гроза, и тонет всё в небесном гуле.

Лето 2017


Ещё раз про Греку

Коль не трезвенник – напиться.
Сел в метро.
Всё не киевские лица.
Как хитро
перепутаны и даты,
и места.
Камуфляжные ребята.
Суета.
«Милость к падшим» –
на отрезках «от» и «до».
Рядом девушки –
наружу либидо.
Едет поезд через реку.
Свистнул рак.
Сверху – Лавра.
Жалко Греку.
Вот дурак!

Сентябрь 2017


Кушаем кашку

Слушаем сказку!
Кушаем кашку!
Сегодня «Пана Коцкого»
читаем на обед.
А после… Маша хочет –
про Аленький цветочек?
А мультик – после завтрака.
Придёте в кабинет
и скажете мне: «Папочка»,               
и скажете: «пожалуйста»,
«всё скушали мы» – скажете.
А я вам на компьютере
любимых пару мультиков
охотно покажу.
Что Лена просит? «Тини Лав»?
Про трёх котят и фиксиков?
Про ослика Тротро?
Вот это аппетит, ого!
Но прежде кашку скушайте.
Ам, – Леночка…
Ам, – Машенька…

Сентябрь 2017
Вена, аэропорт


Колечко и бусы

Наша Маша хороша!
У неё колечко!
Остывая не спеша,
ждёт на кухне гречка.
А на полочке – Наш Лось, –
сломана пружинка.
А в комоде что нашлось?
Мячик и машинка!
Глянь в окошко – ветер стих,
поолетели гуси!..
Гречку съели.
Кончен стих.
А у Лены – бусы!
Наша Лена хороша!..

18. 11. 2017
Нетишин


Утренний диалог

Утро.
Ленка, встав,
сказала Машке: «Гав!»
Ей Машка: «Для чего?»
А Ленка: «И-го-го!»
А Машка ей: «Кому?»
А Ленка: «Му-му-му!»
А Машка: «Мяу-мяу,
тебя я понимяу!»
С добрым утром!

17. 08. 2018



Вечерняя страшилка в детской спальне

                Нибиру – мифическая планета,
                будто бы управляемая гуманоидами,
                имеющими цель – напасть на нашу планету
                и захватить её.
                В Интернете вновь и вновь появляются
                предсказания конца Света, связанные с Нибиру,
                грозящей обрушиться на Землю,
                чтобы уничтожить на ней всё живое.

– Вы опять подрались, дети.
И толкнули Милку.
– Дядя Петя! Дядя Петя!
Расскажи страшилку!

– И про звёздные дуэли!
– И про всё на свете!
– Ладно. Только всем – в постели!
Засыпайте, дети.

Успокойся, Коля. Глаша,
тише! Не играем!..
Я боюсь, вам будет страшно…
– Не-е-е! Мы засыпаем!..

– Как пошла Земля по ми;ру,
подошла к планете
злая, страшная Нибиру…
Тихо! Спите, дети.

«Я с войной к тебе летела –
в лоб тебя отметить!» – 
говорит Нибиру смело.
Тихо! Спите, дети.

«Ты, Земля, больна, страдаешь,
копошатся эти…
Ты горишь, лысеешь, таешь…»
Тихо! Спите, дети.

«Вишь – как ладятся людишки
всё крушить да метить.
Нет для Бога передышки!»
Засыпайте, дети.

«Раз ты пущена по миру, –
люди все в ответе.
Их казнить пришла Нибиру».
Засыпайте, дети.

«Разве ж Бог тебя направил?» –
говорит Земля ей.
«Я пришла сыграть без правил
с человечьей стаей.

Вон она – грызётся, воет!
Деньги, флаги, сети…
Ну, а я пришла как воин!»
Спите, спите, дети.

И без разрешенья Бога
навела мортиру
на людей, и молвит строго
страшная Нибиру:

«Ну-ка, хватит балов;ться,
драться на планете!
Всем – на месте оставаться!»
………………………….
Спите, спите, дети…

В детской спальне свет погашен.
Вышел дядя Петя.
А ему вослед:
– Нам страшно…
– Спите… Спите, дети…

Февраль 2019
Севастополь – Киев 


Одуванчиковый мёд

Собираю чемоданчик.
А иначе – жди беды.
Друг мой, жёлтый одуванчик,
оторвись от лебеды.

Вдруг приснилось: над рекою
дом, и луг, и пчёлки лёт,
боль снимает, как рукою,
одуванчиковый мёд.

Он течёт в меня, я стою
этой доли, чуть густой.
Хорошо, что я не с тою.
Хорошо, что я простой.

Кто-то дал мне эту чашу –
и на шею, и на грудь
проливаю – Боже! – нашу
одуванчикову суть.

…Притаился мой подранчик.
Топот стих. Ушли, горды.
Собираю чемоданчик.
Уезжаю от беды.

28. 03. 2019


*   *   *
"Когда Я посчитаю нужным, тогда поедем..." – 
говорит дрессировщик, глядя в глаза медведям.
А в глазах у мишек снова круги, спирали...
Прозвучит "Алле!" – и как станут крутить педали!
И то шире, то уже,
то близко у самой бровки...

"Хорошо как служат!
И славно, что так неловки!"

10.04.2019


Когда прилетел Дед Мороз

                «Там в облаках перед народом…»
                А. С. Пушкин

В облаках перед народом –
Дед Мороз! Всё ближе он!
С Новым годом! С Новым годом! –
слышится со всех сторон. 

Всем подарки -  Пашке, Глашке…
Фанты, банты, треск и звон! 
А у Ленки, а у Машки –
новый первый телефон!

01.01.2020
               

*   *   *
– Папка, милый, спрячь меня в рубашку,
увези на поезде с собой!
А ещё возьми сестричку Машку,
завернувши в шарфик голубой.

Пусть никто-никто нас не заметит…
– Милая, не ст;ит, здесь – обман…
– В поезде, как только он отъедет,
выпусти нас папка-великан!

Там мы крикнем: «Эй, вагончик, скоро
едь, и нас вези среди зимы
в тот родной и самый тёплый город,
где когда-то вместе жили мы!»

– Дочечка… в каникулы…
– Я знаю…
– Все мечты исполнятся, – ты знай!
А теперь пора мне в путь, родная.
– Папочка, ещё не уезжай…

Декабрь 2019 – февраль 2020 


Крыска Пупка

Крыска Пупка из подвала
перед лифтом торговала
кожурою, скорлупой
и коричневой крупой.

Я спросил у крыски Пупки:
«Сколько стоят те скорлупки?»
Крыска пискнула, шаля:
«10 гривен без нуля!»

Вынув гривну из кармашка,
я сказал ей: «Вот бумажка».
Пупка свистнула: «Дела!
Я скорлупки продала!»

И спросила, между прочим:
«Интересно, даже очень,
для чего Вам те скорлупки?»
Я ответил крыске Пупке:

«Уважаемая крыска,
доверяю Вам без риска
мой большой-большой секрет:
скорлупа для кастаньет!

Кастаньеты-погремушки –
не пустые безделушки.
С ними можно танцевать,
такты звонко отбивать.
Эти заморочки
любят мои дочки!»

Крыска молвит: «Если честно,
это так мне интересно,
что позвольте Вас просить
в вашем доме погостить,
поплясать с девчушками
вместе с погремушками!
И ещё – от Пупки
подарить вам крупки
коричневой дробной!
Когда вам удобно?»

«Нам удобно не зимой,
не в июльский летний зной.
В марте в самый лучший день
к нам в столицу деревень –
в чудный город наш Ирпень –
приезжают Машка,
Ленка-первоклашка!

То-то будут тарахтеть,
и плясать, и песни петь!
Ждём тогда Вас, крыска,
пообщаться близко.

Ведь зачем каникулы?
Вот зачем каникулы!»

Радостная крыска
засмеялась: «Чудо!»
Радостная крыска
заплясала: «Буду!»
От восторга Пупка
взвизгнула: «Да! Ясно!»
И сверкнули зубки
с пломбочкой прекрасно…

Январь 2020


Весёлая Швейцария

Когда я был в Швейцарии,
ходил, весёлый, в лес.
Там собирал гербарии
и на деревья лез.

А с дятлами и сойками
я корчил простака.
И те от смеха ойкали,
хватаясь за бока.

Потом играл с бельчишками,
за резвыми скача.
Они, кидаясь шишками,
давали стрекача!

И с филином гутарил я,
что Солнце – не Луна…
Швейцария, Швейцария –
весёлая страна!

Февраль 2020


Нынче я гулять ходил

Нынче я гулять ходил,
наконец-то был свободен.
И одевшись по погоде,
был я весел, был я мил.

Затерявшись средь людей,
на земле нашёл монетки.
В парке поглядел на ветки
дуба, в поиске идей.

А на дубе том дупло
заприметил я и, братцы,
мне на дерево взобраться
вдохновение пришло.

Вот я влез на дуб, друзья,
и в дупло засунул палец…
Вдруг какой-то постоялец
в палец клюнул там меня!

Ой! Зачем я в чей-то дом
взял и сунул бедный пальчик?!
И полез я выше, дальше,
и на ветку сел верхом.

Вот гляжу я сверху вниз
и любуюсь на красоты.
И хочу ещё чего-то…
Понимаете? – каприз!

И решив, что я кукушка,
стал я петь: «Ку-ку-ре-ку!..»
По тропинке шла старушка,
опираясь на клюку.
Услыхав такое пенье –
«Ку-ку-р;-ку, куд-ку-дак!»
(а ещё под вдохновенье
я свистел, как с горки рак) –
услыхав такое пенье,
бабка сделала мне: «Кыш!»
И велела: «Слезь, глупыш!»

И спустился я с небес.
Начудачился. Довольно.
Вижу – бабушка довольна,
что я в парке с дуба слез.

Сделавши ко мне шажок,
бабушка захлопотала:
«Как ты, милый, куковал, а?
Ты ж кудахтал, глупышок!»

Что, я вправду глупышок?
«Ах, спасибо за науку!
А теперь домой пойду-ка,
напишу-ка я стишок…»

Ну и вот стишок, друзья,
вот вам сказочка моя –
про чудачества, про пальчик,
всё про то, что я, как мальчик,
делал то, что делал я.

Февраль 2020


Ёжик ищет яблоки

Ёжик фыркнул в темноте:
"Эти яблоки не те!
Фу! И кисло-гадкие!
А люблю я сладкие!"


К сороковинам Тани Драгенко (1945 – 25.09.2020)

«Я не верю – я знаю:
есть Бог…»
Она бы смолчала,
да вопрос был строг.
…Говорила Таня
прямо душу раня.
Плыл по речке мячик.
В руке – платок.

В высях звёзды сливались
в одну.
Лета воды мчала –
поперёк, по дну.
А вдали – отвёрсты
за Вратами вёрсты
лет – не наудачу –
к Нему.

Мячик таял, как точка,
далёк.
У Тани платочек –
белый мотылёк.
И листочку дуба
паутинка люба –
поддержи, родная,
в последний срок.

Дождь поплакал сентябрьский,
как встарь.
И в миру – всё «цацки»,
вздорят шпынь да ярь.
…Улетела Таня,
заповедью раня:
«Я не верю – я знаю…»
Аминь.
              Ноябрь…

2020


*   *   *
                В лису ладилась ёлацька,
                в лису ана ласёт.
                А девацька для мисеньки
                гастинцики весёт.

                Гуляльная приговорка   

Пока я рассказывал сказки
в уюте счастливых затей,
украли в подъезде коляски.
Обидно. И жалко детей.

Ещё бы одно только лето
никто в наше детство не лез!
Украли коляски у деток…
Потопают ножками в лес.

2018, 2020


Путевая история

Алыча – оливой
притворилась – ах!..

Прохожу, счастливый,
слёзы на глазах.

Пенье струн Эола,
сладкая сула…

А потом колола,
кислою была.

Что там из тумана
прошуршало мне?

Прошлого обмана
нет в той стороне!

Слышится, как прежде,
хохоток – спиной…

Я иду к надежде,
раненый, больной.

2021


*   *   *

По дому-по хате гуляет холод.
Я был беспечен, когда был молод.
И спал я крепко, и до утра.
«Проснись, сыночек, вставай, пора!..»

Меня вдруг обидели – я поплакал.
Мальчишки овода садят на кол.
А я не думаю – что есть боль…
Мне было пять уже, или боль-

ше. Я муравьёв не жалел. Ногами,
колодками, палками, батогами
крушил крапиву за подлеца.
Жаль, рядом не было мне отца.

Нет, я всё прекрасное чаю помнить.
Жизнь берегла меня. Только стонет
душа пластмассовая солдат,
когда поверженные лежат
они на грядке среди камней,
и нечто общее стынет в ней.

И вот, наше прошлое не поправить.
Что – тайны роста, нормальность? Да ведь? –
каким девчонкам о том рядить,
психологиням из Интернета?
А есть ли женщина для поэта?
А для матроса? – его любить.

И долго ли будем мы верить счастью
в часах песочных, являясь частью
чужого плана, её обма-
на… Видеть горе, где нет ума…

По дому-по хате гуляет холод.
Когда замёрз я и понял голод?
Чтобы я добрым и щедрым стал.
Когда почувствовал – в чём я мал?

Гляжу – а живу я один на свете!
Помалу меня забывают дети,
именье рушится, и зима
грядёт на скудные закрома.

Ищу смиренье, прошу прощенья
за наши с вашими прегрешенья,
неуправляемых мыслей зло.
Кому со мною не повезло, –

простите, – ночами прошу несмело.
Простите, совесть, душа и тело.
Я не берёгся. И до сих пор
с мирскими днями вступаю в спор.

…Вчера отпустил паучка на волю.
Ещё… Ах, я не про то глаголю!
Ведь где-то есть в этой злой глуши
хотя бы щёлочка для души?

По дому по хате гуляет холод.
Я был богаче, когда был молод.
Жил в вышине я,
и верил в струны.
И был смелее.
Когда был юный…

Сентябрь 2021


Письмо другу

Один в полутёмной квартире,
от взрывов закрывшись стеной,
хожу, размышляю о мире,
настигнутом новой войной.

Ни мысли, ни чувственный вопль
вместиться не могут в слова…
Мой друг, как там жив Севастополь?
Как старая песня жива?

Для прошлого – тихая святость.
Грядущему – свой интерес.
Но присно люблю вас, ребята.
Весь мир наш теперь – Херсонес.

Когда ещё жили свободней
мы в шатком, скользящем миру,
я брал дозволенье Господне
поэтом стоять на юру.

Меня называли легендой,
ловили мой киевский дух.
Но он, не прельщаемый рентой,
был – мой, обрывая крещендо,
и мир не менялся вокруг.

Слывя не великим терпилой
и скромности тоже не чужд,
я ездил по родине милой
без просьб, обаяний и нужд.

Норильску и Владивостоку,
в Манхайме ли, в хайфском дому –
пел песни от киевских окон
и Чёрного моря в Крыму.

Потом зачастили невзгоды,
заполнили мир трепачи.
И с новой волной пароходы
как призраки всплыли в ночи.

Я с ними ушёл от ристалищ,
исчез, словно в дымке морей.
Но помнил тебя, мой товарищ,
на родине бедной моей,

где сердце разбито на части –
с друзьями, роднёй, языком...
Где дружбою верной, как счастьем,
я был неизменно влеком.

Где глядя в пустые глазницы
надуманных догм и пост;в,
я шёл сквозь таможни, границы,
и видеть друзей был готов.

Найти ль снисхожденье? – не знаю,
скажи мне, мой друг, как Хайям,
когда меня ближние хают
за пение крымским друзьям.

Терять нас не жаль им, ребята;
вот Новиков некто поспел,
меня – в Интернете, бесплатно –
назвал он нерукопожатным –
за то, что я песни вам пел.

Какой-нибудь Харченко снова
травил меня, важный, у дел,
прилюдно фейсбучным глаголом –
за то, что я песни вам пел.

Как меч не носящему – прочат
смешной мне – забвенья удел.
За то, что майданного хочут.
А я про обиженных пел.

Что ж, друг мой, – и жертвой отчужен,
и твой восприявши совет,
молчу. Хуторянам не нужен
мой мир без вражды и побед.

…Уехали дочери с сыном.
Ворвались во двор племена,
бегут на пожар с керосином,
кругом матюки и война.

Трещат краснобаи флагштокно,
в их смыслах – лишь пламя и чад.
А дом мой – разбитые окна,
где нежные музы молчат.

И снова нет правды на свете,
и пошлость такая вокруг,
что даже для паруса ветер
какой-то нечистый. Мой друг... 

Один в полутёмной квартире
(хоть то, что один – уже плюс)
под минные ахи – о мире,
о Промысле – в высях и шири –
свечой покаянной молюсь.



Снова о грибах

                «Мир спасёт красота»
                Князь Мышкин

                Красота – в любви
                Автор

Я снова о грибах. В лесу всё сплошь поганки.
Порой нельзя ступить, не глянул – и хана.
Условно добрых – чуть, и то, увы, останки.
А благородных… Что ж… Тем более – война…

Уже в который раз взглянуть хочу за створцы
осенних букварей с подглавками «Грибы».
Составить, обобщить, разведать суть пропорций.
И выйти к резюме сквозь «если б да кабы…»

Беру текущий год, и в общем – состоянье
явления Грибов в эгрегорных лесах.
Что вижу я, друзья? От них – одно названье
меж толп, где мухомор с поганкой на часах.

Был выбран день и час, учтён сезон и климат,
туманы и дожди, и вёдро сочтены.
И на поверку стал эволюционный климакс
всепланетарных норм. С угрозами войны.

…Я много исходил залешинок и кочек,
покуда различил заветный аромат.
Да! – это под землёй запрятался грибочек,
и верует, и ждёт явления мой брат.

Так, значит, год пройдёт, ну два… и уж поверьте,
встряхнётся красота, от погани устав.
И мы войдём в леса, откуда выйдут черти,
и примем, и узрим незыблемый устав.

И то, что под землёй, как вера и как совесть,
монашество пещер, любови дух святой,
как Киев – из земли – взрастёт грибная поросль
с пропорциями норм, спасённых красотой.

Осень 2022


О деревьях

Из всех существ, с кем вёл я разговор,
милей деревьев – нет мне с давних пор.
Что люди? Наша ветка ненадёжна.
Себе мы сами рубим приговор.

Сто-двести лет ещё мы будем жить,
красть, лгать, уничтожать, не дорожить.
А если б не росли уже деревья,
то не о чем бы было говорить.

Вчера срубили ели у дворца,
презрев Творца и отняв у отца.
Вновь – крик немой. Покуда торжествуют
«свершения» глупца и подлеца.

2023


Будет день

Хочется мира и Бога,
добрых в пути деревень,
детского счастья и много
радостных встреч. Будет день.

Слышишь, товарищ сердечный,
мы неразлучны с тобой.
Берегу жизни навстречу
катится строчек прибой.

Правда и верность нас лечат,
смех, отгоняющий лень...
В чёт он придёт или в нечет -
с новой мечтой - будет день.

Ах ты! - в полосочках белых
с чересполосицей тризн.
День, говори же мне: Делай! -
Пусть продолжается жизнь...

2023













 
 
 


Рецензии