Анонимка

      Не знаю, какая кошка пробежала между моим отцом и Иваном Семеновичем  Ремезовым, жившим со своей женой Евдокией в первом подъезде на третьем этаже нашего дома. Но с некоторых пор, а именно, с момента получения отцом участка под строительство дачи, Ремезов при встречах стал как-то ехидно улыбаться, и в глазах его появился холодный блеск. Раньше такого не замечалось. Раньше мы дружили семьями, ходили, друг к другу в гости. Уж такой квашеной капусты, какую готовила Евдокия, а по-простому баба Дуся, я не едал никогда. Однажды в гостях у Ремезовых я откусил край тонкого стакана и с тех пор пил только из граненых. Баба Дуся часто бывала у нас, засиживаясь допоздна. Правда, моя бабушка, Анастасия Васильевна, её недолюбливала, потому что баба Дуся тараторила без умолку, не давая слово сказать. Получалось смешно: баба Дуся – на порог, бабушка – за дверь своей комнаты. И приходилось маме выслушивать Дусины тараторки.
     И вот всё изменилось. Иван Семенович запретил Дусе ходить к нам в гости. Когда она спрашивала, почему, муж отмалчивался, угрюмо глядя в пол. Он тогда работал сторожем на складе металлопродукции, и эта работа его не удовлетворяла. Хотелось получать побольше денег. Кроме того, он тоже хотел построить дачу, но ему никак не могли выдать разрешение на выделение участка. И Ремезова захватила элементарная зависть. Директору можно, а ему нельзя! И решил Иван Семенович напакостить отцу.
      В главной конторе  работала уборщица  Валентина Полунина. Она дружила с бабой Дусей. Их часто видели вместе в очередях за продуктами.
      Однажды Иван Семенович попросил жену пригласить в гости Валю.
      - Зачем? – спросила баба Дуся.
      - Посидеть, поговорить, – ответил Иван Семенович, отводя глаза в сторону. 
      - Э, старый, что ты удумал? – всполошилась баба Дуся.
      - Не твое дело, – огрызнулся Иван Семенович. – Пригласи и всё.
      - Ладно, Ваня, приглашу. Но смотри, если плохое задумал, я тебе не помощница.
      На следующий день, встретив Полунину, Евдокия сказала:
      - Приходи сегодня вечерком в гости. Мой Ваня хочет с тобой побалакать.
      - О чем? – спросила  Валя.
      - Он не говорит, но что-то важное.
      - Хорошо, я приду, – пообещала Валентина.
      Вечером Иван Семёнович отослал жену к соседке, сказав, чтобы задержалась подольше. Баба Дуся с неохотой ушла.
      Вскоре на пороге появилась Валентина. Ремезов встретил её словами:
      - Проходи, Валя. У меня к тебе дело.
      Когда сели за стол, Иван Семёнович огорошил Валентину вопросом:
      - Ты у Карпа убираешь в кабинете?
      - Да, – нерешительно ответила Валентина.
      - Я хочу тебе дать задание. В корзине для бумаг поищи распоряжение об отгрузке пиломатериалов на дачу. Не может быть, чтобы не осталось следов отправки стройматериалов «налево», в обход бухгалтерии.
      - А что мне за это будет? – скривила губы Валентина.
      - А я тебе буду приносить со склада гвозди, болты, гайки…
      - А это неопасно?
      - Если делать с умом, нет.
      - Я, конечно, попробую. Тебе ведь не к спеху?
      - Даю тебе неделю сроку. Придешь, – будем дальше решать, что делать.
      Пока Валентина выполняла задание, Иван Семенович тоже время зря не терял. Сидя у окна, он наблюдал за нашим сараем, ловя момент, когда подъедет служебный «козлик» с ожидаемым грузом. Ремезов и так знал, что мы каждые выходные уезжаем на дачу, и что нас отвозит и привозит шофер Александр Воинов. Но, Ремезову хотелось большего…
      Через неделю пришла Полунина и доложила, что ничего такого, чтобы могло скомпрометировать отца, не нашла. Иван Семёнович разозлился, так как и сам потерпел неудачу. И тогда он решил состряпать бумагу, содержащую  полуправду и ложь, и отослать её в прокуратуру района. Не откладывая дело в долгий ящик, они с Валентиной накатали заявление, в котором было всё вперемешку. Даже указали, что отец сделал бетонный погреб. И всё это без подписи…
      И началось… Следующие три месяца отец приходил домой в расстроенных чувствах. Он рассказывал маме про комиссию из прокуратуры. Члены комиссии долго сидели в бухгалтерии, проверяли квитанции на бракованные доски, из которых отец строил дом на участке. Они не поленились приехать на дачу и проверить погреб, который тоже был обит старыми досками.
      Слушая рассказы отца, мама думала, кто же мог накатать «телегу»? Во-первых, тот, кто хорошо знает режим работы директора. А это только может быть секретарша, или уборщица. Что касается секретарши, то мама не сомневалась, что она – честная женщина. А вот уборщица…
      - Кто у тебя убирает в кабинете?
      - Валя Полунина.
      - Так… Она – товарка бабы Дуси. Но баба Дуся – не грамотная. Она не может написать заявление. Значит, писал кто-то другой. Слушай, Дима, а тебе не кажется, что всё это затеял Иван Семёнович?
      - Не знаю, не знаю, – задумчиво произнес отец. – В последнее время он со мной как-то не так…
      - Вот видишь! – Мама вдохновенно продолжила: - Он знает, что мы ездим на дачу на казенной машине. Да и из окна может наблюдать за нашим сараем…
      Спустя три месяца после этого разговора из прокуратуры отец получил бумагу. В ней говорилось, что факты, изложенные в заявлении, не подтвердились. Отец успокоился.
      А через некоторое время в очереди за колбасой произошел скандал. Схлестнулись баба Дуся и её товарка Валя. Об этом происшествии мама случайно узнала от соседки со второго этажа нашего подъезда. Вот тут-то и подтвердилось мамино подозрение. Соседка в лицах пересказала то, что товарки кричали друг другу в порыве ярости. Валя обвинила бабу Дусю, что та её втянула в подлое дело.
      Вечером мама сказала отцу:
      - Я же тебе говорила, что это всё Ремезов сделал!
      - Да, – протянул отец. – Не ожидал я от Ивана Семеновича такого…
      Прошли годы. Первой ушла в мир иной баба Дуся, за ней, через полгода, последовал Иван Семенович. После их смерти в нашей семье очень редко вспоминали об этих людях. Остался только горький осадок в душе.

   Февраль 2018 г.