Их много. Почему?

Валерий Брюсов

Мир электрона

Быть может, эти электроны
Миры, где пять материков,
Искусства, знанья, войны, троны
И память сорока веков!

Ещё, быть может, каждый атом -
Вселенная, где сто планет;
Там - всё, что здесь, в объеме сжатом,
Но также то, чего здесь нет.

Их меры малы, но все та же
Их бесконечность, как и здесь;
Там скорбь и страсть, как здесь, и даже
Там та же мировая спесь.

Их мудрецы, свой мир бескрайный
Поставив центром бытия,
Спешат проникнуть в искры тайны
И умствуют, как ныне я;

А в миг, когда из разрушенья
Творятся токи новых сил,
Кричат, в мечтах самовнушенья,
Что бог свой светоч загасил!

Стих забавный, хотя идея не новая.
Джонатан Свифт очень не любил Готфрида Вильгельма Лейбница, уже потому, что Лейбниц служил верой и правдой пришедшему к власти в Англии Вильгельму Оранскому, представителю Ганноверской династии, которого поддерживали и виги.
А Свифт был тори, якобитом, жаждавшим вернуть на престол Якова Стюарта. И Свифт высмеял идею Лейбница о бесконечной делимости материи в виде некой блохи, сосущей кровь  у человека. На ней сидит её блошка, которая сосёт её кровь, на той – ещё меньшая и так ad infinitum!


Как из умножения количества получается удручающее качество?

В окружающей нас природе и в нас самих действует один закон, который мы по тупости природной даже и не замечаем и потому не задаём главного вопроса:
Он в заглавии!
Почему живая природа пошла по пути сугубо количественного УМНОЖЕНИЯ существ, а не по пути их качественного усовершенствования, такого, что некое живое существо ни в огне не горит, ни в воде не тонет, и не страшны ему,  ЕДИНСТВЕННОМУ на всей планете, ни превращение Солнца в сверхновую, ни радиация, ни давления в миллиарды атмосфер, ни температуры внутри ядра любой звезды в миллиард градусов?
Любые самые мощные природные катаклизмы ему нипочём!
Как это вообще возможно?
Представим себе, что это гипотетическое живое существо наделено способностями:
А. Мгновенно перемещаться из нашего пространства в какие-то другие.
В. Мгновенно перемещаться во времени в любую эпоху и эру.
Тогда ему вовсе не нужно быть сверхжаростойким и сверхпрочным. Оно просто исчезает из опасной области пространства и времени и спокойно ждёт ТАМ, пока ситуация в родном месте нормализуется, или находит себе дом в мирах иных.

Почему живая природа пошла на создание огромного КОЛИЧЕСТВА слабых и весьма уязвимых живых существ, пренебрегая одним, вышеописанным?
«Де, да чёрт с ним, если его раздавливает нечто, сжигает, растворяет, распыляет и его «страдания» при этом мне, ПРИРОДЕ, до лампочки! Я лучше создам их МНОГО, а это лучшая гарантия того, что кто-нибудь выживет и выкрутится, и пусть даже  миллиарды и триллионы их гибнут ужасной смертью ежесекундно, зато другие миллиончики всё же укроются и выживут, а значит дадут потомство. А если даже какой-нибудь вид исчезнет или даже много видов, целые классы живых существ, то всё равно, им на смену придут другие МНОЖЕСТВЕННЫЕ популяции.»
Так «рассуждает» нерассуждающая живая природа.
Итак, вновь вопрос: ПОЧЕМУ ИХ МНОГО?

Но посмотрим на природу НЕЖИВУЮ. Там точно то же:
Количеству отдаётся предпочтение, и явное притом, над качеством. Много атомов, молекул, кристаллов, много планет, много звёзд, много галактик и далее.
Та же тенденция.
Так, может быть, это ОДИН И ТОТ ЖЕ ЗАКОН в неживой и живой природе:
Закон Предпочтения Количества Качеству?
Но ведь в мёртвой природе никакого (ибо есть ЧТО, а не КТО!) такого «стремления  к сбережению чего-то» существовать не может! Какое дело мёртвой природе, одна звезда или сотни миллиардов и сотни триллионов звёзд, мало планет или много, одна галактика или превеликое множество их?
Тем не менее, в мёртвой природе вполне очевидно действует тот же, только что сформулированный закон.
Если мы принимаем его за основу, то перед нами две возможности:

Возможность первая:
Живая природа повторяет некий более общий закон мёртвой.
(Но мы только что не смогли ответить на вполне логичный вопрос: Зачем мёртвой, то есть НЕМЫСЛЯЩЕЙ, НЕЧУВСТВУЮЩЕЙ и ни к чему НЕ СТРЕМЯЩЕЙСЯ (в отличие, скажем, от живой) природе всё же СТРЕМИТЬСЯ к умножению количества объектов, а не к их некому превосходному и единичному качеству?)

Поэтому на нас с угрожающей настойчивостью наползает
Возможность вторая:
А, что, если окружающий нас мир ЖИВОЙ? И мы живём внутри некого организма, как некие микро-микроорганизмы внутри нас, который, как и вся живая природа, «заботится» о количестве, полагая, что ЭТОТ ПУТЬ даёт бОльшие шансы КОМУ-ТО выжить! То есть атомы, звёзды, галактики – всё это вещество есть проявления неких других по составу и структуре, но живых образований? Ибо подчиняются тому же закону предпочтения!
Вот, наша галактика, Млечный Путь, по наблюдениям астрономов  вступила «в соприкосновение» с другой, малой галактикой, и «заглатывает» её. Так ведь лейкоциты тоже заглатывают микробов в нашей крови или межклеточном пространстве!

То есть, вопреки первой возможности, основой любого умножения в природе мы называем Закон Приоритета  Умножения Живой Материи.

Возьмём, например, в качестве противопоставления, «от противного», мыслящий Океан Станислава Лема в крайне слабом его романе «Солярис».
Он ОДИН на целой планете. Лем не сообщает нам, это существо многоклеточное или некая всепланетная мыслящая амёба, одноклеточная! Откуда оно берёт энергию для существования? Разновидность хлорофила, «питающегося» излучением звезды? Но главное здесь, что он единственный обитатель целой планеты.
Вопреки только что сформулированному закону.
Но и вопреки всему ходу биологической и мёртвой эволюции!!!

А теперь, по-аналогии с Лемом, допустим, что вместо двадцати пяти триллионов эритроцитов в нашей крови, в нас живёт ОДИН гибкий и текучий огромный эритроцит, простирающийся от лёгких до самых микроскопических капилляров во всех органах. Сердце не нужно. Он, этот эритроцит, массой в пять  килограмм, обеспечивает нас и кислородом и питанием и выводит шлаки  с углекислым газом за счёт собственных амёбных сокращений, передвигая содержимое своего тела быстро с одного места к другому. От лёгких, например, ко всем органам, и от кишечника тоже. Чем плох такой вот «снабженец»? Кстати, благодаря его собственной полупроницаемой оболочке, которую он бережёт, как СВОЮ, любая рана в нашем теле не кровоточила бы, а тут же закрывалась этим замечательным эритроцитом. Микробы тоже сквозь его оболочку, ИЗБИРАТЕЛЬНО открывающуюся, не проникали бы!

КРРРРРАСОТА!
Ан нет, ИХ МНОГО!

Это ещё одна сторона «закона предпочтения». Сторона химико-геометрическая, а, по сути, чисто геометрическая.
Площадь поверхности такого единого эритроцита будет соответствовать всей внутренней площади сосудов, в которые проникнут его отростки. Это очень большая площадь. Но сравнительно с площадью поверхности 25 триллионов отдельных эритроцттов – очень маленькая. А их суммарная площадь равна примерно 6000 квадратным метрам!
(За точность не ручаюсь!)
И это обеспечивает весь наш организм достаточным количеством диффундировавшего в эритроциты кислорода. Если бы отношение их суммарной массы к суммарной поверхности было недостаточным, мы бы задохнулись!

И это открывает дополнительный вопрос о мёртвой природе: Зачем телам в окружающем нас мире надо иметь большую поверхность соприкосновения с пространством??? Ведь, если бы «мёртвая» природа пошла по пути создания единственной звезды, а не их триллионов, единственной галактики, а не их миллиардов, единственной Вселенной, а не «икры из Вселенных», то их «площадь соприкосновения» в окружающим пространством была бы в миллиарды и триллионы раз меньше нынешней!!!
Опять получается, что «мёртвая» природа пошла по пути живой!!!
И поэтому снова вопрос: А, может быть, она вовсе НЕ мёртвая?

Валерий Брюсов.
Мир N измерений

Высь, ширь, глубь. Лишь три координаты.
Мимо них где путь? Засов закрыт.
С Пифагором слушай сфер сонаты,
Атомам дли счет, как Демокрит.

Путь по числам?— Приведет нас в Рим он.
(Все пути ума ведут туда!)
То же в новом — Лобачевский, Риман,
Та же в зубы узкая узда!

Но живут, живут в N измереньях
Вихри воль, циклоны мыслей, те,
Кто презрел нас с нашим детским зреньем,
С нашим шагом по одной черте!

Наши солнца, звезды, все в пространстве,
Вся безгранность, где и свет бескрыл,
Лишь фестон в том праздничном убранстве,
Чем их мир свой гордый облик скрыл.

Наше время — им чертеж на плане.
Вкось глядя, как мы скользим во тьме,
Боги те тщету земных желаний
Метят снисходительно в уме.
(В этот стих Брюсова внесено маленькое изменение, дабы он соответствовал правилам грамматики.)
Но торжествовать верующим в Бога не стоит!
Речь не идёт о неком сверхъестественном разуме, а лишь о всеобщем законе живой материи.

Странно, что все философы мира от шумерских и египетских жрецов, от древнегреческих и римских философов и мыслителей и до современных материалистов-идеалистов проглядели такой, бросающийся в глаза закон.
Всемирный Закон Предпочтения Количества Качеству.
Думаю, не из-за недостатка ума или интуиции. Просто НЕ ЗАДАВАЛИ себе такого  вопроса.

В самом начале читатели могли заметить слова «удручающее качество».
При чём здесь «удручение»? ЧТО это автора так удручает?
Ведь «жить хорошо и жизнь хороша»!
Вот именно, ПОКА Я ЖРУЩИЙ, А НЕ ПОЖИРАЕМЫЙ!
Из всего этого, разбитого на отдельные эгоистические живые существа размером с пикочастицу электрона и до «икры из Вселенных», явно следует и Всевселенский и даже Надвселенский  («икра») паразитизм всех на всех, ибо каждому такому «существу», ЗАМКНУТОМУ ВНУТРИ ЕГО СОБСТВЕННОЙ физической оболочки, «плевать» на всех остальных!
«МНЕ жить хорошо! МОЯ жизнь хороша!» А до других – мне и дела нет!
Это и есть основа любого паразитизма!
Чужая боль -- не боль!
Чужая смерть – не смерть!
От такой мысли и стало горестно самому автору...
А выход ведь простой: ПОМЕНЬШЕ ДУМАТЬ!
21 I 2020


Рецензии