1812

Вторженье

***
Шёл год двенадцатый далёкого столетья,
Не знала Русь давно уж лихолетья,
Но скоро грянут над страной раскаты
И в битву страшную пойдут солдаты…

***
Стоял июнь. Рассвет на Немане чудесный.
Вода в реке журчала и плескалась…
По наводным мостам на берег правый
Полки врагов в тот день переправлялись.

Там были все – французы, немцы и поляки,
Других народов славные вояки…
Собрал Париж под знаменем французским
Европу всю на бой с колоссом русским…

***
Под Вильно, не зная о вероломстве страшном,
Проходит бал в поместье генеральском…
Гостей собрал немало раут светский,
Там был и Император Всероссийский.

Играет музыка, и вальс народ танцует
И в час, когда веселье торжествует
Принёс ганец печальное известье –
«Мой император… Государь… Вторженье».

На что ответил император без испуга:
«Я Вас ганец сейчас прошу как друга
Доклад Вы этот в тайне придержите
И никому о нём не говорите»…

Окончен бал. Глубокий вечер наступает
И слабый ветерок листву качает…
Но царь не спит, министров собирает
И им в тот час посланье изрекает.

«Без объявления войны вступить в Россию!
Пусть знают все, сомнений быть не может,
Что буду я готов лишь к примиренью,
Когда сей враг мою страну покинет!»

Но в сердце у царя надежда всё мерцала,
Что будет мир, что распри прекратятся
И в час ночной послал он генерала
С врагом о мире всё ж договориться…

Ночную мглу рассвет тревожно рассекает…
В Свенцяны император уезжает,
А в армии приказ его читают,
В народе манифесты восхваляют…

***
Тем временем Наполеон подходит к Вильно,
Надеясь всё на бой великий сильно,
Но ждёт его не славное сраженье,
А Балашов и мирное посланье…

Порой судьба играет с нами злые шутки,
Случайностей она искусный автор…
Вот тот же зал и вновь стоит посланник,
Но перед ним французский император…

И Балашов сказал, с дворянской русской статью:
«Привёз от Государя Вам посланье,
Но Вы должны за Неман возвратиться
И там начать меж нами примиренье…»

На это император, кинув взгляд суровый,
Ответ сей дал, тревогою объятый:
«Не Неманом пришёл я любоваться!
Я с царством русским должен разобраться!»

И Балашов, не показав врагу смятенья,
И осознав всю тяжесть положенья,
Задал вопрос, что был в тот миг уместен:
«Что ж Государю передать я должен?»

Но император на сей вопрос, не дав ответа,
Открыто и не делая секрета,
Спросил посланника о той дороге,
Что до Москвы дойти позволит вскоре.

На что ответ был дан ему от генерала:
«Дорог в Москву проложено немало…
Когда-то Карл двенадцатый к примеру
Избрал её сквозь русскую Полтаву»…

Ну вот и всё! Окончен разговор не лёгкий…
Не найдено сегодня примиренья…
А вскоре все услышат скрежет звонкий
Штыков и сабель в ярости сраженья…

***
Клубится сизый дым над русскими полями –
Сжигают всё пред грозными врагами…
Всё дальше, дальше на восток с боями
Идёт в Россию Бонапарт с войсками.

И вот уже врагу оставлен нами Витебск,
Как зарево, вдали Смоленск пылает…
Приказ суровый, с грустью, исполняя
Всё дальше воин русский отступает…

Москва

***
Россия-матушка просторами богата,
Но не возможно дальше отступленье.
И вот уж впереди Москва ребята!
Под ней должны мы дать врагам сраженье…

***
Стоят две армии на бородинском поле,
Готовые сойтись в штыках и силе
И только лишь рассвет земли коснулся
Великий бой меж ними развернулся…

Земля дрожит под гулом страшной канонады
И в бой идут французские солдаты
Встречаю их с решимостью священной
Сыны Отечества – земли нетленной.

Грохочет бой уж час прошёл, второй и третий…
Атаки вражьи только нарастали…
Но парни русские, с отвагой львиной,
Врагу своих позиций не сдавали…

И в том строю в пылу кровавого сраженья
Стоят, как рядовые, генералы –
Отвага их достойна восхищенья,
Они в бою своей добились славы…

И вот уж вечер потихоньку наступает,
Суровый бой на поле затихает
И тем, кто в битве страшной выжил чудом,
Она на сердце ляжет тяжким грузом…

Солдат немало полегло на поле бранном,
Во мгле ночной оно явилось адом –
Лежат бойцы, в кровавый цвет мундиры,
А у земли, впитать их кровь, нет силы…

Стояла ночь, костры мерцают в лунном свете
Не спят солдаты – утром вновь сраженье,
Но вот приказ пришёл уж на рассвете
К Москве вести вновь надо отступленье…

***
Проходит лето, осень в царстве наступает,
Войска к первопрестольной отступают…
Совет в Филях Кутузов собирает,
На нём судьбу Москвы в тот час решают…

В простой избе, у образа, под свет лампады
Всё спорят о раскладах генералы…
Но вот фельдмаршал принял всё ж решенье
Продолжить нужно нынче отступленье…

И вот в войсках приказ нежданный объявляют
Бойцы, с тревогой, тут же замирают –
Все тем, кто жаждал дать врагам сраженье,
В тот миг пришло печальное смиренье…

По улицам Москвы вдоль домовых фасадов
Идут бойцы – колонны грустных взглядов…
Кругом тоска, печаль царит повсюду
И слышен плач порою отовсюду…

Ушли войска, а с ними жители столицы,
Над городом пустым летают птицы…
Не слышен звон колоколов кремлёвских
И жизнь не бьётся во дворцах московских…

***
И вот в Москву вошли французские солдаты –
Печальней нет поныне этой даты…
Уж к вечеру пожары полыхали,
Повсюду мародёры бушевали…

Двенадцать дней столицу пламя пожирает,
Двенадцать дней она в огне пылает…
Горят торговые ряды и храмы –
Одна лишь боль от этой панорамы…

Увидев это, Бонапарт изрёк сурово:
«Что за страна? Зачем же так жестоко?
Они как варвары! Они как скифы!
О них нам древние писали мифы…»

***
Москва, сгоревшая дотла в пожаре страшном,
Да небосвод укрытый чёрным дымом –
Вот тот трофей, что жаждал враг коварный,
Сулит ему исход войны печальный…

Изгнанье

***
В Москве спалённой пишет письма император –
Мечтает всё о мире узурпатор,
Но нет ему ответного посланья,
А впереди уж зимние ненастья…

***
Настал октябрь. Покинули враги столицу
И отступили к Малоярославцу,
Но ждёт их там не славный подвиг ратный,
А новый бой – жестокий и смертельный…
 
Огнём пылает город Малоярославец…
Всё лезет, лезет к нам француз! Мерзавец!
И каждый полк, что с марша в бой вступает
Исход баталии, в тот миг, решает…

Окончен страшный бой и город взят врагами,
Усеяны все подступы телами…
Но принял вдруг коварный враг решенье –
Не будет вновь давать он нам сраженье…

***
Идут уставшие французские солдаты
Встречают их осенние закаты…
И вот мороз уже сильней крепчает –
Изгнать врага скорее помогает…

Окончен путь завоеваний Бонапарта
Теперь ему легла другая карта –
В просторах русских войско он теряет,
Оно здесь потихоньку умирает…

***
Суровый выдался ноябрь – снега и холод…
Войска врага терзает страшный голод…
Под Красным мы его чуть потрепали,
На переправе в тишь уйти не дали…

И вот в Сморгони, что недалеко от Вильно,
Наполеон оставил своё войско –
Уехал он во Францию поспешно…
Он проиграл! И это неизбежно!

Эпилог

***
Пускай летят года, в столетья всё сплетаясь,
Но подвиг тот, с историей сливаясь,
Поныне будоражит наши души…
Поднимем же за доблесть наши чаши!

Немало полегло солдат в боях кровавых,
Поныне помним мы героев бравых,
Они спасли тогда Отчизну нашу…
Поднимем же за павших наши чаши!

А коль судьба опять ненастье нам пророчит
И враг коварный вновь войны захочет,
То встанем мы за Русь святую нашу…
За нас поднимут дети эти чаши!