На руинах свободы
Из рёбер обломков
Громко
Потомкам
Слагали мы сладкие оды,
А орды
Невежеств нам рты затыкали,
В доспехах из стали
Не чувствуя воздуха тонкость.
Бывали
Получше ведь ранее годы,
Бывали ль?
На часах коменданта
Будто замерли стрелки -
Подделка,
Хоть и вся в бриллиантах.
На бой вызывают куранты -
Десантом
Мы хлынем, как дождь,
И ливнем, что вовсе не мелкий,
Прольемся по уличным картам.
Так пусть засыхающий вождь
Вместо нас собирает котомки:
Громки
И ёмки
Слова арестантов.
Чудеса!
Мы, кажется, в сказке -
Погрязли в дубиночной ласке,
Но, предавшись огласке,
Раскроем чужие глаза.
Всё черней и черней полоса:
Мы гуляем по кромке,
Мы ломки,
Как их затрещавшие каски.
На город с опаской
Глядят небеса -
Мы будем кричать очень громко,
Пусть даже сорвем голоса!
Это не просто стихотворение, это крик,душераздирающий крик всех тех, кто не равнодушен к происходящим вокруг ужасам. Их не остановить: «Мы хлынем, как дождь, и ливнем, что вовсе не мелкий, прольёмся по уличным картам». Безудержная сила, мощная, как вода, сметающая всё на своём пути. И как бы система ни старалась сломать их, используя самые изощренные методы («дубиночная ласка»), она не заставит их молчать. Да, «мы ломки», но всех не перебьёшь. Они будут кричать очень громко, срывая голоса и раскрывая чужие глаза, которые не видят или не хотят видеть окружающую действительность.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.