Good evening

На свете есть лишь крутые
И нет,
Так устроен весь свет,
И есть еще я, но я не в счет,
Я здесь ненадолго –
На уродов особый учет.
Good evening, восемь колес
На ладони –
Так выглядит нынче зелье надежды,
О, нет, не для той, что все будет, как прежде,
Или не той, что там просто – «будет».
Не будет.
Сильно бодрит, чуть ли не будит,
Просто холодный душ
Для искалеченных душ,
Мной ли, моей ли, какая разница,
Вот, снова кто-то сейчас этим миром отравится…
И снова восемь колес на моей ладони,
Ну, что ж, поиграем с этой агонией –
Мысли мелькают, как тени от веток на стеклах ночного такси,
Мне больше некого ждать, я не прошу, я так, это мясо лишь доносить,
Good evening, good evening, снова и снова,
Как хорошо мы с этой горстью надежды знакомы,
Алиса сказала: «Все страньше и страньше»,
Ничуть, лишь стало чаще встречаться слово мерзкое «раньше».
И все так условно в этом мире продажном,
И так прекрасен самолетик Китано бумажный,
А мир так неистово рвется к убожеству,
Что полезно увидеть свое ничтожество.
Знаешь, если бы ты меня сейчас видела,
Тебя бы это ужасно обидело –
Ты мне подарила четыре года,
А я вместо принца превратился в урода.
Вот он я, в заношенном свитере, а день такой длинный…
А к вечеру снова раздастся родное: «Good evening»…