Отец Макарий

Постился ты, трезвился бденьем,
Но враг совсем не ел, не спал.
Ты победил его смиреньем -
Он сам тебе о том сказал.
Ты знаешь, как Христа распяли,
Как он воскрес, чтоб всем нам жить.
И ныне многие восстали,
Чтоб Крест Честной препобедить.
Но днесь не так, как прежде было:
Свершает всё не огнь, не жесть,
А риторическая сила,
Слухочесательная лесть.
Опять на нас пятно позора:
Окрест зловонье адских врат,
Писанье - справочник фразёра,
И попирается догмат.
Не потому, однако ж, это,
Что любит Бог еретиков.
Всё дело в нас: мы бездну света
Оставили во тьме веков.
Исчез куда-то дух боренья,
И ревности не видно в нас -
Мы ищем с миром примиренья,
Сегодня пуст и певчих глас.
Отец Макарий! Ты в пустыне
Любил монахов вразумить,
Все те твои слова и ныне
Нам надо помнить и хранить.
Иной подвигнется со тщаньем
Глаголы правды возгласить
И думает, многовещаньем
Возможно что-то изменить.
Конечно, он, исполнясь рвеньем,
Стяжает лавры и венец,
Но, не исполнившись смиреньем,
Не сможет тронуть он сердец.
Не в словеси сокрыто Царство,
Как Павел некогда изрёк, -
Повергнет речь его коварством
Последний льстец и демагог.
Я чужд добру и благостыне,
Я бездарь, что ни говори.
Святой отец, ты жил в пустыне,
А у меня она внутри.
Моли же Господа Иисуса,
Чтоб дал он мне смиренья меч,
Чтоб жертвою не пасть искуса,
И чтоб других разила речь.
Быть может, как и ты когда-то,
Врага смиреньем посрамлю,
Сражу любовью супостата.
О том я днесь тебя молю.
А если победит неправый,
Его ты гордость сам низринь.
На сем конец и Богу слава
Во веки вечныя. Аминь.