Утреску-Добреску и Эленкуца Из Бессарабского эпосу

Боярин Утреску - владыка Добреску -
Нечистую совесть надраил до блеску,
Вот, вышед гулять, он достиг перелеску,
И сколько развёл там он шуму и треску!

Тревогу мою я сейчас успокою,
Я знаю, что Ленка не будет такою,
Я верю, что Гренка морскою трескою
Прокрадется в храм со своею тоскою.

Она ничего никогда не разрушит,
Она самогон сестрорецкий не глушит,
Она бандитизм люберецкий потушит
И детям преступные слёзы осушит,

Однажды назвали её Эленкуцей,
Дружили с ней белки и заенька куцый,
И часто, уставший от всех конституций,
Беседовал сивый Китаец Конфуций.

У ней на крылечке плодились овечки,
Её милосердье не знало осечки,
И голуби ей посылали сердечки,
А рыбки к Посту вылезали из речки.

Ах, бес Бессарабский, почто искушаешь -
Гордыню красавице кроткой внушаешь!
Ты шёпот тлетворный во тьме распушаешь,
Но попусту мнишь, что ростки удушаешь,

На Господа Лена во всём положилась
И в струях кадильниц умильно кружилась.
Молилась она, но отнюдь не божилась,
Не помнит никто, чтоб она раздражилась.

Утреску с своей бородою курчавой
Забрёл туда поступью зло величавой,
И попика в ухо он шуйцей кровавой,
А Ленку за попку да рученькой правой.

"Гляжу, ты податлива и не сердита,
Ты барина встретишь во мне - не бандита,
И ласка румянцем окрасит ланита,
Ты новая будешь у нас Афродита".

Но Бог не попустит такого разору,
Он церкву и Ленку спасёт от позору,
И ноты раздаст благодатному хору,
Чтоб стали подстать славословья и впору.

Ещё прихожане струхнуть не успели,
Как сгинул Утреску во адской купели,
И пели с людьми коплуны и капели
Про попку и попика: что претерпели

Во Вышнюю славу соблазны они.
Продли же, Господь, их безгрешные дни!