Настроение
Вековой журавлиной тоской,
Незажитыми горькими ранами
Вновь тревожит мой зыбкий покой.
Мокнут рощи, листвой запорошены,
И в глазах голубеет ледок,
А по сердцу незваный-непрошеный
Равнодушный сквозит холодок.
Ни о чём даже думать не хочется,
Хлопотать и заглядывать вдаль.
Вон ворона, лесная пророчица,
Что-то каркает мне по печаль.
Пусть снега, зимний сон-наваждение,
Пусть от инея слепнет окно… –
Нет уставшей душе пробуждения,
Нет в ней искорки тёплой давно…
Но однажды блеснут синим озером
Небеса под лучом золотым,
Солнце выплывет гоголем-козырем
Над промозглым туманом седым
И развеет его, и умоются
Ясным светом леса и поля,
И в красе вдохновенной откроется
Напоённая летом земля.
Полыхнёт янтарями медовыми
В перелесках, дубравах густых,
Заиграет огнями бордовыми
С алым отблеском вин дорогих.
И рябин рыже-красные всполохи
Загорятся в кудрявой листве;
Затаённые шёпоты-шорохи
Побегут по звенящей траве.
Заведут тополя песнь раздольную,
Сосны стройные в тон загудят,
Ветер партию главную, сольную
На трубе с ними выведет в лад.
И берёзки им в такт закачаются
Над землей в разноцветных ковра.
Так зачем понапрасну печалиться,
Плакать в мыслях, грустить на словах?
На ковёр, мне под ноги постеленный,
Я шагну поутру за порог
И вороне, голодной, растерянной,
Сыра вынесу добрый кусок.
Жизнь, спасибо за путь мой особенный,
Ты иди, за собою зови,
На рябины привет рыже-огненный
Я отвечу улыбкой любви.
Свидетельство о публикации №119101501992