***

Однажды утром в пустой квартире,
Я вышел покурить у окна.
Там мне открылась такая картина:
На улице резвились два черных кота.

Один был взрослее, скорее, отец.
Другой совсем мелкий пушистый юнец.
Он как и я носил черно пальто с белым шарфом.
В нем ютилась бренная осень с грациозным шармом.

Он тихо присел и глядел на меня,
Навострив свои острые ушки
В этих глазах я увидел себя,
Такой же чудак с сердцем пьющим

Мы оба искали себя средь пустых уголков,
Надеясь, что хоть где-то погладят.
Мы оба прятались от злющих собак,
Боясь, что на клык нас посадят.

Не доверяли людям, не хотели быть преданными,
Но при этом сохраняли любовь мы к рукам бледным.
У нас не было друзей - те давно ушли на закате.
Мы считали лишь скопища дней, видя вождей на плакате.

Я начал его подкармливать, ведь ему, как никак, тяжелее.
Хоть и мне не легко, но я человек, а на него прав пожалели.
Ведь как это так, ведь он же тоже живой, и не похож совсем на плебея,
Он же милый такой, и кому-то родной, но никому до него нет дела.

И в каждом его поступке я видел себя.
Видел, как становится он взрослее.
Как ему в тяготу каждый шаг,
Но на забор выше он хочет забраться скорее.

Вот и как так бывает, что котенок, тебе куда роднее
Миллионов бездушных людей, с искусной лестью, некрасивой манерой,
Что и слезы не проронят, когда минута потери,
Унесет их любимых людей...ха, плевать, мы еще заимеем.

Что никому ты не нужен когда поседеешь!
Не проронят и слова, когда обомлеешь!
Не протянут руки когда обмелеешь!
Со спокойной душой пустив тебя в последний полет...

Я проснулся от визга колес и истошного крика.
Выглянул из окна - на асфальте лежит родной мой амиго.
На белом снегу - земляничное море.
По горам щек стекают реки, квартал превратился в пустынное поле.

Наперевес с горем, я выбегаю в это поле,
"Ну чего же ты брат, не теряй силу воли,
На моем тулове сотни ран, да еще с месяц болен,
Но при этом свободен, ну вставай же, вставай же, мы обязательно болезнь поборим!"

Его последний вздох мне не забыть никогда...
Во снах мне будет являться то утро,
Которым, как обычно, я вышел покурить у окна,
А там не открылась такая картина - на улице резвились два черных кота.

Теперь я стою одинокий,
С изорванным телом на руках того, кто был мне так дорог.
И лишь с одни вопросом обращаюсь я к Богу:
Если ты говоришь, как рождение новой жизни, нет на свете прекраснее чуда,
Почему я стою на руках с тем, кто пожил то с минуту?

Если ты зрячий, забери злых людей!
Если ты святый, закрой этот всемирный бордель!
Но оставь одиноким людям ты друга, семью и любовь,
Тот, который меня не услышит, бездушный всевидящий Бог...