Сталин. Возвращение

             Моему деду, осуждённому
             в 1938 году за «шпионаж»
             в пользу империалистической
             Японии, посвящается.


Как долго и часто, в бесплодной надежде,
На сходках и съездах вы клянчили чуда:
Верни нам Его, дабы снова, как прежде,
Ни фондов не стало,
                ни акций,
                ни блуда…

И внял челобитной Целитель Лукавый,
И прах окропил с сатанинским замахом,
И Призрак очнулся,
                и взмыл над Державой,
Овеянной славой, изъеденной страхом,

И в плоть обратился…
                Рябой,
                в полушубке,
Подошвами Красную площадь шершавит,
Шмаляет дымком из прокуренной трубки,
И взглядом по лицам придирчиво шарит.

Охранник, безумной догадкой ужален,
Застыл недвижим,
               и массивная шея
Покрылась холодной испариной: «Сталин»,
Расчухал халдей, шевельнуться не смея.

Сошла позолота, облезли декоры,
Поблекли колоны в Присутственном зале,
Хозяин неспешно вступает в покои,
Не внемля стенаниям прежних хозяев.

И бывших соратников юркие тени
Выходят из тьмы семенящей походкой,
Вот лысый подельник упал на колени,
Вот - аспид в пенсне,
              вот – козлина с бородкой…

И Вождь, презирая скулящую свору,
Им бренные жизни дарует, как кости,
Все тайны открыты пытливому взору,
Крамольные мысли,
                и адские козни.

И снова, как прежде, бравурные марши
Гремят,
             из Кремля изгоняя напасти,
Хозяин рукой ободряюще машет
С могильного склепа*
             внимающей пастве,

Он чует удушливый запах измены,
Как ересь усердные слуги христовы,
Ещё обречённые не убиенны,
И дети их живы,
             и жёны – не вдовы,

Ещё не напоена досыта плаха,
И слёз легион на Россию не пролит…
А к лобному месту ведут олигарха,
Того, что был чернью оплёван и проклят,

Продажных чиновников сучью породу
Под белые ручки – да в тесные клети,
Их стоны и вопли приятны народу,
Отрадно, что есть справедливость на свете.

Кучнее и ближе ложатся «снаряды»,
Питая Его ненасытное лоно,
Враги окопались от Капища** рядом, 
Сподвижник – и тот оказался шпионом.

Карающий орган распух от доносов,
Ласкающих чрево всеместного Друга***,
Стучит нестареющий Павлик Морозов,
Стучат сослуживцы,
                соседи,
                прислуга…

Дворцы, трепеща, обратились в халупы,
Приятные глазу чекистского сыска,
Полопались трубы, размножились трупы
Без права на памятник
                и переписку****. 

У каждого – место своё в преисподней,
И всяк, выверяя анкету – чиста ли,
Взывает: "Не я… 
                Не за мной…
                Не сегодня…
Смерть сучьему роду!
               Да здравствует Сталин!"

Лишь полночь заявится и до рассвета
Ищейки кварталы шерстят по спирали,
Сегодня под утро забрали соседа,
Знать, было за что –
              ни за что б не забрали.

На всё, разумеется, воля Господня,
Не каждому в «завтра» обломится пропуск,
«Не я,
        Не меня,
                Не за мной,
                Не сегодня!»
Стук в дверь, понятые и ордер на обыск,

Казённая справка надежду венчает,
Остатние дни эфемерны и хрупки,
Народ рукоплещет,
                Держава крепчает
В прогорклом дыму из прокуренной трубки…

2019

* Мавзолей – усыпальница у Кремлёвской стены.
** Капище (устар. жрище, поганище, кумирня) – культовое место, на котором пребывали идолы и приносились жертвы.
*** Сталин – лучший друг детей, физкультурников, сталеваров и т. п.
**** Родственникам приговорённых к смертной казни объявлялся приговор «десять лет без права переписки».