Истребление кумиров Осенняя рапсодия

№№№№№№№

А в серых тучах дремлют облака,
Несбывшихся надежд, иных столетий,
Когда в руке покоится рука,
То кажется, что солнце ярче светит,
Пусть нет его на небосклоне грез,
Оно светить не перестало, милый,
И хочется принять судьбу всерьез,
Но Мокошь все же злобно пошутила.

Там крестят Русь, опять, опять, опять,
И серость туч Святого не смущает,
И только облака туда летят,
И солнце эта серость затмевает.
Нет желтых листьев,осень не спешит
Ворваться в мир, но холодно и жутко.
И истребление кумиров нам грозит,
Какой-то злой да и печальной шуткой.

Он просто неудачно пошутил,
Топя других, себя  опять спасая,
И этот сон, как призрачный мотив,
Меня и в эту осень не оставит.
Но серые несутся облака
Куда-то в пропасть, мир устал, немея.
И лето догорает и близка
Немая осень, в тишине аллеи

Забытые кумиры молча спят.
Волхвы их сохранили в час расплаты,
И только тучи серые висят,
Мы перед ними вечно виноваты.
Купало не уходит, Коляда
Остался где-то, словно бы расплата,
И эта осень, осень навсегда
За облаками скрылась виновато...

Р.С  Истребление кумиров - самый первый роман, написанный еще в прошлом веке, тогда ни о каком княжеском цикле я не думала, просто готовилась написать Волшебные хроники о Добрыне, но размяться решила на князе Владимире, персонаже в Былинах очень неоднозначном, народ никто никогда не обманет.
Потом поняла, что он стоял на порубежье между героическими князьями, моими любимцами, и мучениками, готовыми идти брат на брата,  щедрые с чужими и жестокие со своими, они вырождались и погибали бесславно под тенью его черного крыла.

Тогда еще для меня лично  он не был виновником всех бед земли русской, я просто ничего или почти ничего знала о его бурной, а порой и буйной деятельности.

Но переживя еще раз Крещение Руси, поняла, что как многострадальный князь Игорь напишу со временем обо всех князьях Средневековья, и появится курган из камней белый, серых, теминых, на каждом  из которых будет имя князя начертано,   и он среди них самый черный камень, да простит меня Макс, я снова  покушаюсь на его Святого.

Но  какой же Добрыня без Владимира, какая Рогнеда - любимая моя княгиня,  без него, и даже Ярослав Мудрый не появился бы на свет вопреки ему, и все же, и не было бы Елизаветы и Гаральда -их  самой удивительной истории любви  славянской древности нашей. Так что  истребляя безжалостно кумир древних богов, он сохранил их для нас, да и сам остался только благодаря им, но остался черной меткой в душах.

Весь цикл посвящается Олегу Вискову, который хотел его появления больше, чем я сама и очень радел и ждал каждого романа. Так что у меня есть целых вад читателя в этом мире, ну разве не счастье?


Рецензии