Граница

                "Приказываю вам выступить на охрану
                Государственной Границы Союза Советских
                Социалистических Республик."
                (Из приказа наряду по охране Госграницы.)


Вид наряда-часовой границы.
Автомат и трубка на ремне,
В магазинах пятьдесят патронов,
Снаряжение так же всё при мне.

Фонари, ракеты, маскхалаты,
Тюбик-шприц, бинты и прамидол,
Не забыты так же  две гранаты.
("Духи" понимают в этом толк)

Мы вдвоём выходим по приказу,
Костя впереди - он же "старшой",
Прослужил уже почти два года,
Я пока же , только  "молодой"

Левый фланг, здесь тихо и спокойно,
Струи ручейка  как серебро,
Отдыхаешь здесь душей и сердцем,
И от этого становится тепло.

Нам же с Костей правый фланг вручили,
Здесь другое дело, здесь война,
"Духи"- гады. столько натворили,
Но война, она и есть война.

Скрытно продвигаясь вдоль системы
Старший осмотрел всё КСП,
Здесь теперь для нас передовая
Фронт такой же, как в Геок-Тепе.

Выйдя на розетку, доложили,
"Всё нормально, Происшествий нет,"
"Принято", ответил нам дежурный,
"Продолжайте службу. Всё. Привет",

О Геок - Тепе я вспомнил не случайно,
Там , в отряде школьный друг служил,
И о славном русском генерале,
Много добрых слов наговорил.

Скобелев - легенда туркоманов,
Сотню лет здесь говорят о нём.
В наше время бил бы он душманов,
Он герой, мы имя его чтём.

Так мы продолжали службу нашу,
Чутко вслушиваясь в шум лесной,
"Эх,- подумал я, - поесть бы кашу,
Что готовит повар "заставной"

Лучше служба только днём, на вышке.
На душманов смотрим В ТЗК.
Доложить начальнику заставы,
К телефону тянется рука.

Хуже в СНП, сидишь в нём сутки,
Смена ночью, если нет дождя,
Двигаясь "гуськом" как те же утки,
Даже говорить совсем нельзя.

Вдруг услышит супостат-противник
(Он стрельбу открыть, конечно,  рад),
Но у нас армейский есть заступник,
И зовут его солдаты просто: "Град"

Потому-то с нами у душманов,
"Дружба" как бы, вроде и т. д.
Но везут нам  наркоту их караваны,
Значит скоро быть большой беде.

Попытаются прорваться через реку.
Поздней ночью и в промозглой мгле,
Мы протянем руку человеку,
Но никак не "духу" на метле.

Тишина обманчива порою,
Вот и стук копыт уже затих вдали,
Значит "духи" по реке поплыли.
Словно призраки пустыни - корабли.

Боестолкновенье шло недолго,
Уничтожен "духов" караван,
Их в живых осталось только трое,
Среди них и главный их душман.

Он просил нас:  "Шурави"  простите,
Чёрт попутал! А послал шайтан,
Отпустите, Больше так не буду,"
Враг, он под паколью, скрыл наган.

Раненых наш эскулап залечит,
А затем отправим всех в отряд,
Наркоту сожгём, никто не заперечит
Этой "процедуре" каждый рад.

Это значит в городе Ташкенте,
На Алайском рынке, Чирчике,
Не дождутся опиум в Худженте,
Их "засланцы" остаются здесь в песке

На заставе день для нас обычный,
Боевой расчет начнётся ровно в шесть,
Распорядок дня для нас привычный:
Служба, хозработы, дел не счесть.

Всё расписано у старшины заставы,
Кто, куда и сухпаёк кому,
Грязный кто свой автомат поставил,
Значит и работа есть тому.

Повторял нам: "Автомат - невеста,
Должен содержаться он в любви,
Как пришёл, почистил, ставь на место,
И тот час с ружпарка не беги".

Не забыли и собачек наших,
Преданней друзей ты не найдёшь,
Скольких супостатов задержали,
Мы тревожной группой! Не сочтёшь.

Рвутся с поводка, дрожат в стремленьи.
Своему вожатому под стать.
По команде "Фас" в одно мгновенье
Нарушителю уже с земли не встать.

Руки вверх и топай на заставу,
Там тебя допросит особист,
Для него допрос- особая забава,
В этом деле он специалист.

Возвращаясь с Костей на заставу,
Знаем старшина накрыл обед,
Приготовил вкусную приправу,
Это победителям привет.

Стенгазету замполит украсит,
Благодарность - зам по боевой,
А на отпуск рапорт шлёт начальник,
На заставе всем отец родной.

Каждого он знает поимённо,
Кто чем "дышит", где и как живёт,
Если неурядицы, - поможет,
Но и спуску тоже не даёт.

Так проходит жизнь моей заставы,
Служба, КСП, подъём, отбой,
Видно я останусь по контракту,
Стану как наш "прапор" - старшиной.