подкурганная гробница ульевого типа холма Панагица

Мы идем к тому месту,
где покоится Клитемнестра:

по мостику над расколотым сводом склепа,
потом сворачиваем к гробнице АгамЕмнона.

*

Нагота этого потаенного места потрясает.
Земля на долю секунды вдруг замирает

и вновь начинает биться её пульс.
                Пусть

местные называют это гробницей АгамЕмнона.
Что из этого?

Может кто-то с таким  именем был здесь погребен.
Что с того?

Что, теперь мне стоять здесь разинув рот,
слушая россказни, как идиот?

Нет уж. Над этим "несомненным" фактом
                я не  "воспаряю" —
                ни как поэт, ни как повествователь.

***

Я еще не переступил порог. Лишь собираюсь.
Но как только перешагиваю,
                сразу же  распадаюсь

на осколки мелкие:
в склепе только он -  АгамЕмнон:
 
им заполнен этот безмолвный улей.
Иногда выплескиваясь наружу,

он затопляет окрестные поля,
чуть выше  приподнимая небеса.

На склон подымается пастух
 и громко, вслух

с ним разговаривает:
           и об отаре,
                и о том, что у самой старой

овцы шерсть - золотое руно.
Пастух неторопливо и очень давно,

по амплитуде забытого времени
движется  посреди недвижных умерших,

чьи  пальцы еще цепко цепляются за траву.
Он сочинитель легенд - мифотворец,  чистый дух.