слились ночь и день

слились ночь и день,
тепло и холод,
все времена года,
в одну пору;

слились свет и тень,
восход с заходом,
ровно настолько,
насколько это возможно только;

ровно настолько,
сколько вмещают в себя звезд колодцы,
ковш;

все внутри срослось
в одну луну и солнце;

я больше не боюсь
быть наполовину пустой и полной;

я сбрасываю груз,
горю с восходом ночью;

я ничего не жду,
но думаю о многом,
больше
не думать не хочу,

вот мысль проведу
очередную в полночь
и снова я вернусь,
подобно волнам в море;

я океан найду,
войду в него,
вселенная поможет
мне сделать это все;

не оборвать струну,
но сделать ее еще тоньше,
как линию, судьбу...
нет, ее я не виню, а только
благодарю с любовью

эти души окна
ветер уносит,
я вся продрогла,
я вся промокла
на улице дождик,
но впрочем...

об этом после!

а сейчас разбитые стекла
и кто-то плачет,
кто-то смеется
новый;

я знаю: иначе
бог не спасется
я знаю: иначе
бог не очнется;

он не вернется,
уходит лишь дальше и только
загорается солнце
на высотках;

пока какой-то неуловимый мальчик
с девочкой в одно не сольется;

я знаю, что так же
все в лучшую случайность обернется
и что было самым важным
обязательно нелепым станет и в угол забьется,
пускай поплачет
и рассмеется;

а что будет дальше?
со мной и с вами? —
глупые вопросы,
не так ли?
весна и осень

не бывает дважды.

и снова подоконник,
замерзшие фразы
и ваза этой ночью
слетит и разобьется даже...

никогда не угадаешь сразу:
какой сон станет явью?
чего кто добьется?
что станет прекрасным, а что кошмарным и ужасным,
все время недовольным,
беспристрастным,
краеугольным,
многоугольным?

но хочется верить, что все мы сольемся
в единую вечность,
с цепей вдаль сорвемся
и побежим со скоростью ветра,
как дети, счастливые дети света;

так что, гори, мое солнце!
на месяц похоже;

пусть сердце забьется,
как дзен-колокольчик,
мурашки по коже
и днем, пускай ночью;

все травмы излечит один подорожник,
дороги в деревьях, пусть станут дороже,
чем это смятение, что гложет, порою,
пусть будем мы совершенны и ничто нас не сможет
уничтожить,
даже время...
нам по колено,
как море —
лишь пена.