Вещий странник

Скользкой рукой ложатся струны,
Палец о палец в рифму бежит,
Мне ли скажи ты, вольная странница
Как мне прожить.

Бьётся рекой от тоски в уповании
Слышишь, идут стуки дождя,
Как же мне всё это нравится -
Нравится детям такой хоровод.

Пляски, гудешь в капле дождя,
Прыгают, сигают – в этом рапсодия,
И где-то сразу ветер шумит.

Ветер, мой друг, в колосьях колышется
Иду, обнимая рожь мою сладкую,
Пахнет и хлебом и пряником сладким
И молоком, что напоила меня мать.

И обниму я отца своего с матерью:
Живите сто лет!

И падают сосны, берёзы чудесные,
Дубы вековые стоят предо мной,
Бегу и руки пронзают,
Рожь золотая стелется в ряд.

Я успокоюсь, быть может, когда-то,
Но, а сейчас жатва идёт.

И поёт в поле проклятом,
Птица, что мешает мне постоянно спать,
Сон никогда не будет мне вещий,
Я ж простой человек во плоти.

Слушай же ты, в сон мой не верящий,
Я же твой сумрак и поезд,
Где же, во что же ты веришь,
Может, ты веришь в ложь и порок?

И в гадких страстях сомневаясь в себе же,
Ты оскорбляешь других в тот же час.

Разве ты сам не видишь сюжета,
Где или кто позорит тебя?
Твой ли позор, скажи мне на это,
Можешь ли ты сказать мне сейчас?

И что твой позор ты думаешь явно
Прозой ли хочешь ты написать,
Суть человека не в этом,
Нужно лишь просто в себя посмотреть.

Пойдём, друг посмотрим в зеркало с тобою,
Видишь, оно же простое для нас
Какой же ты видишь сюжет в этом мире? -
Право не знаешь сейчас.

И зеркало это, скажи мне прохожий,
Насколько оно велико, в твоём бытие и твоей сущности?

О сколько же ты повидал,
И сколько горя принёс другим,
И разве увидишь ты зеркало
В которое смотришь ты сейчас.

Ведь каждый падший пред тобой,
Слуга ли, или человек,
Ведь все мы рождены от бога,
И правит миром доброта.

Скорей же встань туда, где нужен -
На сторону добра.