письмо впрок

Моё дитя представь что я жива
На Феофана ждут метель и снег положен
Мы санки вытащим как меч из ножен
Сквозь брызг от ветра свежего
Представь что валенок опять потерян
Сугробы и бормочущая пьянь
Но мрак сменяет солнца янь
Тепло и радость так необходимы теням
Потом представь все чудеса войди
В каморку радуясь теплу и книжкам
Страницам клавишам и радость слишком
Тот мир уже был рай в 3D
И матерок на кухне дорогого быдла
Прекрасный и добрейший жалкий быт
Их пирожки и запах вкус повидла
Раскрашенные яйца и грибы
Потом ну вспомни синагога
И Липа доморощенный раввин
Ты выбрала и с грохотом лавин
К тебе помчались церкви ищущие Бога
Представь мы живы так пришлось
Где тень руки моей тянулась через воздух
Дотронуться тепла твоих волос
Я здесь с тобой ещё не поздно
Теперь представь меня здесь нет и тощий
Уж втоптанный в Манхэттен грязный снег
Ты молишься у образка где мощи
У Серафима может быть во сне
В замёрзшей луже отражается рассвет
Язык собаки лижущей ледок колючий
И ранний Uber абрис жирной тучи
Меня здесь нет
Есть проституток утренний дозор
Китаец раб и суетой согрет
Любовь сквозь стёкол H2O узор
Меня здесь нет
Здесь нет меня
Ухоженный игрок в оконном зеркале моложе
Все лица словно гаджеты похожи
Глаза менял
Здесь нет меня
Толпа спешит на утреннюю боль
Хозяева рабы попы позволь
Остаться здесь но поезда гремят
Empire State Building и в лиловый цвет
Его раскрашенный почти церковный купол
Заря бездомный в позе трупа
Меня здесь нет
Ты вспомни так мы покупали свечи
Дрожащие их крохотные языки
Метались в сквозняке предтечи
Переговоров из пустой руки
Потом ты шёлковый платок снимала
Манхэттен нас окутывал в разлад
Наш Серафим был шлем в забрало
Вливался гул шафранового зла
Меня здесь нет остался там Саровский
И Николай Угодник в небоскребы вжат
Я знаю это отголоски
Той жизни счастья без деньжат
И бабушка спускается сквозь даль
Проходит сквозь свечу минуя ров геенны
Сегодня пятница церковный календарь
Рождественских младенцев избиенных
Гундосит поп просфорки взяв из целлофана
Но ты мой щит мой шлем хотя мы врозь
И снова снег растаял точно кость
Бросает кто-то из святых поправив Феофана