их странный роман

этот их странный роман
с ароматом корицы и жимолости —
представь на секунду кусты,
где обжимается молодость —
жимолость мне представляется именно так,
если выглядит как-то иначе — неважно

этот их странный роман и эти их поцелуи
с привкусом лёгким какой-то
как будто корысти и искренней жалости,
из чувства которой они, того и гляди,
принесут себя в жертву вот-вот,
оба обоим обоих — так вот,
этот роман будет, видимо,
всё же недолгим, а жаль.

я б написал его даже, однако, похоже
не напишу уж и это большая печаль.
да к тому же, ведь даже корыстолюбивой
ничуть не была та корысть,
и не это здесь слово должно быть,
да, к слову, и жалость
жалела скорее о том,
что заранее знала, увы,
чем закончится всё,
отнюдь не кого-нибудь жалкого
за жалкое что-нибудь
было ей жаль

просто случается так —
едва началось приключение,
в самом разгаре ещё, а уже
неловко его продолжать,
а едва лишь начав продолжать,
понимаешь тотчас, что и начинать-то
не стоило — всё было ясно тогда же.
но разум в тот раз отказал.
и вереница последствий
минутной той слабости
тянется вот уже год.

весь год сожалеешь об этом,
порвать бы всё в клочья, забыть,
но что, если ты этим самым
смертельно обидишь того,
кто вообще ни при чём?

чей мир состоит из иллюзий,
основа которых лежит
в разговорах с возлюбленной —
нет-нет в них не было вовсе ни лжи
ни притворства ни роли какой-то ни позы —
ничего кроме правды.
только правда
в гомеопатических дозах.

ну да... это правда

он живёт уже год в мире, известном ему
разве что понаслышке и, говоря откровенно,
не слишком то, что он будто бы знает, ему помогло —
очень уж это познанье мало,
а вещей, о которых ему невдомёк — навалом.
и того, что он знает, уж лучше б не знал он, пожалуй.

оба обоим себе обоих себя принеся...
в жертву конечно ведь мы не умеем иначе
жизнь — девчонка на выезде у патриарха на даче
ни покаяться вдоволь ни нагрешить так чтоб всласть
чтобы было в чём каяться после

вечно стыдимся того, что творим,
оттого не творцы мы,
просто дрожащие твари.
всегда перед кем-то в долгу,
хоть взаймы ничего и не брали.
да и сулить никому ничего
не сулили, казалось бы.

нам так и казалось. как оказалось,
так показалось не всем.
иным показалось иначе.
и кажется мне, как ни жаль,
что это не кажется мне. мне кажется, что
будь ты тварь, был бы должен
не право иметь, а дрожать.
но раз ты, выходит, творец —
пренебречь своим правом не можешь
и не пытайся сбежать — не поможет.

новое тесто восходит на старых дрожжах
и никого удержать никогда не выходит
ни от ошибки ни попросту рядом с собой
приходят уходят болят не проходят
ты их провожаешь на бой
и заслонить бы собой
да ты уж совсем на исходе
ты сплошная дыра

больше нет в тебе места для ран
всё достанется им на сей раз
да и впредь тоже им

а ты не завидуй
и виду им не подавай
что завидуешь им
пусть сами сначала поймут
что оно того стоит
ты за них лучше просто будь рад

и есть строгое слово пора
им на двор пора нам со двора
тут давно уж не наша игра
пусть другие растут мастера

забивай да взрывай
и валим к херам