Повесть Зерокуль - 4 часть

                8.

Над Зерокулем неподвижно висела вкусная половинка Луны и целая россыпь разноцветных планет-конфет - Венера, Меркурий, Уран, Плутон, Марс в красенькой обвёртке и в окружении синих огней ... а рядом с Юпитером поблёскивала бенгальскими огнями станция-стоянка «Чёрный принц». Кукла Барби медленно убирала со стола. Просто, складывала всё в старую железную мойку. Алкоголь - неважно благородных кровей «Джим Бин», или домашнее виски доктора Тяпкина - одиноко коротал своё время в деревянном ящике над холодильником. Шатен читал перед сном Жоржа Сименона, с детства любимого, — повесть называлась «Мегрэ и одинокий человек» ... «Но сегодня одиночество к месту, - нечаянно подумалось бывшему сыщику, - Хорошо, когда у тебя есть не только романтик Karunesh, но и благородный Дэвид Ковердэйл!» А утром (кто рано встает, тому господь дрель даёт, поэтому Тяпкин сверлит стену), Михаил Шатен, почему-то не чувствуя в себе ни капли похмелья, немедленно приступил к самым решительным действиям. Во-первых, он сел в автобус и явился к мулатке Ольге по прозвищу Росинка. Входя в её дом с непрекращающимся тропическим закатом, Михаил Николаевич чувствовал себя дивизионным комиссаром Мегрэ.

Какое милое ощущение — быть героем красивой книги! Однако - увы!

Он надеялся застать сеньора Туранчокса дома, чтобы задать ему несколько вопросов, однако ... снова не застал. Этот нехороший мальчик, как всегда, умчался на любимом «Форде-бронко» цвета яичного порошка. Внешностью винтажной машины Шатен почти не заинтересовался, зато отсутствие основного фигуранта вызвало у него некое профессиональное раздражение:

- Дорогая Ольга, а вы можете объяснить причину?

- Нет, не могу. Но есть причина, - как ни в чём не бывало ответила мулатка, прихорашиваясь перед зеркалом. Визит к ней был воистину визитом к прекрасной даме, - И не ждите его. В крайнем случае, он сам вас найдёт ...
 
«Пока король в отъезде, растут его рога», - вспомнил Шатен любимую книжку Марка Твена - «Янки у двора короля Артура». Жаль, что её не оказалось в домашней библиотеке ведьмы Бунчиковой. Интересно, на чьи золотушные язвы накладывал, тем временем, персты свои король Зерокуля Теребей Пипеткин, он же городской олигарх по прозвищу Туранчокс?!? Шатен поинтересовался, чем обычно занят этот человек, и узнал, что его рабочий день много длиннее, чем у рабочих «ЗероХима».

- Тогда я хотел бы задать ВАМ несколько вопросов ...

- Как в прошлый раз?

- Нет, Ольга, в прошлый раз я интересовался следствием, а не причиной, - объяснил бывший сыщик, присаживаясь на белый табурет, - Вы в курсе, что пропал ваш отец? В курсе ... Вы понимаете, что это не роман с красивым финалом? Здесь может не быть никакого финала. И нести искусственные цветы может оказаться просто некуда ... Вы меня понимаете, Ольга? Кто-то из ваших знакомых совершил преступление, притом не вполне тривиальное. Я, - сказал Шатен, положив шляпу на белый стол, - очень хотел бы знать, кто мог бы это сделать. Понимаете?

- Ну-у-у, это не муж, - Росинка смотрела с явным недоверием, как совсем другой человек. И будто не было той голливудской мулатки в светлом платье, похожей на типичную героиню американского кино эпохи кооперативных видеозалов. Нет, он видел перед собой молодую и очень капризную дамочку, муж которой считает себя «властелином колец». Для неё всякое цунами за окном — это всего лишь небольшая тропическая депрессия, и что-то не очень похоже, что олигарх читает на ночь Жоржа Сименона. Был ли он «властелином» хотя бы здесь, в Зерокуле? Похоже, олигарх не поддерживал контактов ни с кем, кроме жены, и незаметно становился кем-то другим, почти незнакомым. Сперва была Ванда Симонова, потом пропал без вести городской диссидент - Хранитель времени ... Уж не станет ли следующей ... «Она, Ольга Бунчикова?»- случайно подумалось Шатену. Он высказал свои опасения и увидел, как тёмное лицо мулатки расцвело и даже порозовело от волнения.

Похоже, женщина уже представила себя на первой странице местной газеты «Зерокульский вестник». Но в каком качестве? Да, сперва там будет нечто вроде «Подгузники - оптом», а также «Магазин «Обезьяна» объявляет о распродаже размеров от 52-ого», а потом - «Найдено тело». Или наоборот «Тело не найдено»? И, конечно же, местные газетчики, коих в Зерокуль, всего десять-пятнадцать, не больше, непременно разместят очень плохой фотоснимок экзотического особняка, в котором живёт миллионер. Ведь ни у кого на свете нет такого логовища — буквально без окон и дверей! И без перегородок. Словно в каком-то утопическом обществе будущего, их заменяют парящие кисейные занавесы.

- Сколько сейчас времени?

- Двадцать минут одиннадцатого.

Она села на такой же белый табурет, стоявший точно напротив.

- Я хотел бы видеть вашего супруга, Ольга. В крайнем случае, я подожду до вечера и даже до ночи — столько, сколько надо.

- Это невозможно, - ответила голливудская мулатка. Но бывший сыщик готов был настаивать:

- Мне необходимо удостовериться, что он жив. И я намерен задать ему несколько вопросов. Вы не могли бы ему позвонить?

- У него нет мобильного телефона.

- Знаете ли, я не местный журналист, поэтому не верю, - твёрдо произнёс Шатен. За полупрозрачной перегородкой слышались детские голоса — это были маленькие гении, - А закон даёт мне право задавать нехорошие вопросы. Кстати, это вам от хитрости, - он бросил на стол горсть карамелек со стола ведьмы Бунчиковой, - Вы смотритесь просто волшебно, дорогая Ольга Яковлевна, но сейчас вам ничего не поможет.

- Ничего?

- Ничегошеньки, - смешно пообещал бывший сыщик, - Даже фотошоп и белое утягивающее бельё.

- Да прекратите вы, пожалуйста! - зашипела женщина, будто у неё внезапно разошлась «молния» на спине, - Вы сами не знаете, чего хотите. Если вам случайно повезёт, то это будет исключением из правил. Я думаю, что вам следовало бы немедленно уехать, - произнесла мулатка неуверенным тоном. Сейчас её красоте не удалось бы спасти мир, - Исчезновение моего отца никак не связано с тем, чем занимается мой муж. Да, он меняет личность, - объяснила Росинка, - и становится не тем, кем родился. Но ведь человек имеет право быть тем, кем он хочет, не так ли? Он ведь не собирается быть Че Геварой или, к примеру, женщиной с русалочьим хвостом! Вы же отлично знаете, что он почти стал Германом Лысиком. Он хочет переселиться в его информационное «тело» и ... покинуть город Зерокуль уже в новом качестве - с новыми «кредитками».

Шатен не выдержал и усмехнулся:

- Ну да! Меньше пробок и больше чаевых ... Как в том знаменитом французском фильме, который я смотрел вчера с вашей сводной сестрой, постоянно трогая её за красивую коленку ...

Шатен немножко кривлялся, но мулатка думала о чём-то другом.

- С другими документами он большего добьётся, - сказала она, потупив взор.

- ... и официально превратится в небольшого провинциального администратора со скромным достатком, - радостно подхватил Шатен и даже сделал вид, будто аплодирует, - Да, к тому же, никому не известного в столице. Ну и правильно! А кто такой Герман Валерьевич Лысик? Чёрт его знает, кто такой! Бывший мэр? Или вице-мэр? Короче, у вашего мужа не будет никакого прошлого — зато образуется сколько угодно будущего! Но ещё неизвестно, будете ли вы, Ольга, в этом раскладе, - он подмигнул мулатке. Она ответила улыбкой, - Ведь никто сейчас не ведёт бумажный учёт, не так ли? ... А финансами той, прежней личности будет управлять бывшая жена Никанорова, она же Наташка-Матрёшка ... Так дело обстоит? - спросил бывший сыщик, - Короче, Ольга Яковлевна, если на клетке с бурым медведем написано «лошадь», то извольте верить написанному!

На кухне он видел стоявшие в ряд магазинные тележки с овощами и фруктами, неестественно яркими и крупными, словно из пластика, - это напоминало некие огромные мышеловки для феноменально невезучих грызунов. Увы, на дворе 21-ый век, время цифровых технологий — увидел, нажал, купил, и попался!

- Ольга! Вы понимаете, что я вам пытаюсь сообщить?

- Конечно!

- Вы можете оказаться лишней в игре ...

Мулатка легко махнула рукой:

- Нет, этого не будет. Я не так глупа, как Ванда. А Ванда оказалась лишней из-за инопланетян ...

- Где её останки?

- Я думаю, что её живой забрали на «тарелку».

- То есть, вы подозреваете гуманоидов? - Шатен удоветворённо кивнул: да, это вполне похоже на правду! - А ваш муж знаком с космическими муравьями?

- Ещё как знаком. Мы все знакомы с ними ...

Шатен внезапно спросил, чисто наугад:

- А ваша сестра и мама имеют к этому отношение?

Шатен вложил в свой вопрос всё терпение и всю смелость, всё прошлое и настоящее, но не будущее. От будущего он пока не отказывался ... Шатен как бы случайно расплылся в виноватой улыбке:

- Вы можете не отвечать на этот вопрос. Я не настаиваю ... Но вы же знаете, что не так давно было нападение на вашу сводную сестру Барби? Видите, какое у меня теперь лицо? - Шатен сделал очень серьёзный вид, - Эти синяки, как вы понимаете, не скоро сойдут ...

Ольга, по-видимому, хотела сделать вид, что у неё нет ни сестры, ни матери, однако у женщины ничего не получилось.

Она произнесла в ответ:

- Наша семья в этом участвует ... 

И ... сконфуженно отвернулась. Нет, всё же симпатичная она дама, эта голливудская мулатка Ольга. Мерзко, как ни крути, но всё же ... Он чуть склонился в её сторону и как бы протянул ей руку помощи:

- Я всё понимаю, Оля. Вы, конечно ... имеете право! Ведь вы — одна семья, правильно? Но исчезновение вашего отца и нападение на Барби Яковлевну может оказаться очень серьёзным предупреждением. Ушла в небытие вся эта вечная бережливость и расчётливость наших с вами родителей. Теперь деньги берут помногу, а потом меняют страны и национальности. И никому не хочется быть деятелем культуры и искусства или, допустим, революционером, и поэтому спать лицом в салате ... зато все хотят припрятать своё прошлое. Но вы, дорогая Ольга, не боитесь ли оказаться лишними в борьбе сеньора Туранчокса за его светлое будущее? Ведь этот проходимец не пытается играть в эксперта с высшим химическим образованием, зато своего бандитского прошлого он не скрывает. Я ведь читал его досье!

Он соврал. Всё, что он знал о Пипеткине, содержалось в тонкой папочке с разноцветными завязками, которую держал в столе один всем известный московский «карман» по фамилии Борщёв. А у жука Борщёва, по-видимому, есть немало общего с этим субъектом из химической промышленности. И с муравьями — тоже! «И что с этим делать?» - озаботился бывший сыщик. Надо было в любом случае найти олигарха, и тщательно допросить на предмет отношений с гражданкой Никаноровой. Там вся отгадка!

Возможно, что главный манипулятор — она!

«Но о всём остальном — ни слова! Нельзя втягивать в это Барби с её сестрой и матерью. Если сами не влезут. Но я им вряд ли посоветую это делать ... Стоп! Но зачем тогда Вера Никанорова обратилась с заявлением, что её муж скончался, а кто-то припрятывает его деньги? - Бывший сыщик остановился в своих рассуждениях, - Ничего не понимаю. По-моему, мне надо было читать другую повесть - «Мегрэ колеблется», например. Помнишь, как там - «скоро должно произойти убийство ... быть может, его совершит человек, которого я знаю». Ага! А один из героев зовётся — Гюс, что на французском значит «клоун». Клоун с кастетом. Однако убийцей всё равно оказалась женщина - злая и хитрая женщина из высшего благородного сословия».

В детстве он перечитал все повести Жоржа Сименона. Может, именно это сделало из него офицера полиции, а не художника?

Впрочем, он не знал, какой из него получился бы живописец.

- Красивый у вас дом, Ольга, очень красивый. Когда я первый раз сюда пришёл, на меня накатило состояние «баунти». Это когда хочется уехать далеко-далеко, к Тихому океану. Когда просто подойдешь к берегу, чувствуя как тонут ноги в песке, и умоешься солёной водой, смывая этот загар «навязанного маркетинга». Помните фильм «Побег из Шоушенка»? Вот-вот! Но теперь я вижу, что это такая же подделка, как и вся эта мишура большого города, в котором я живу вот уже сорок лет. Я ведь коренной москвич, знаете ли ... Давайте, Росинка, заключим с вами договор, - предложил он мулатке, - вы мне поможете побеседовать с Туранчоксом, а я оставлю вас в покое, пойдёт? Иначе я продолжу задавать вопросы, для вас неудобные, и в результате дело может зайти слишком далеко.

Он снова говорил почти неправду. Он не испытывал большого желания распутывать эту историю с пулей и косметичкой, -

«Это может быть просто глобальной провокацией, не так ли?»

- Он уехал чуть свет. Как я вам помогу? - отозвалась Ольга. В этот момент резкие порывы ветра качнули тонкие перегородки внутри романтического особняка Туранчокса и подняли к потолку полупрозрачные занавески. Почему-то начал ритмично мигать свет. Шатен и Ольга в недоумении смотрели на потолок, потом друг на друга, а свет мигал, мигал, мигал ... Потом где-то хлопнула сорванная с крючка ставня, и туго загудели протянутые вдоль дома электрические провода. Неожиданно в доме стало совсем темно — только в одном из пределов засветилось нечто вроде галогенной лампы. Шатен довольно жёстко хлопнул Ольгу по колену - «Ну-ка сиди спокойно!» - и, взяв пистолет на изготовку, медленно, почти боком направился по коридору туда, где ясно различался странный химический свет. «Нет, это уже не Жорж Сименон!» - прошептал Шатен, готовясь стать спецагентом Фоксом Маулдером. А где-то впереди и правда происходило нечто такое, что больше всего напоминало рассказы о похищении людей инопланетянами, - он видел вспышки света и какие-то вытянутые к потолку медленно двигающиеся фигуры ... Шатен проходил мимо настежь раскрытых очень просторных комнат и плавно развивающихся занавесок.

«Интересно, а как бы ты себя повёл, если б у тебя на глазах инопланетяне похищали людей?» - подумал бывший сыщик полиции и только крепче сжал рукоятку старенького пистолета. Таким образом, ответа почти не понадобилось. Действие — вот самый лучший ответ на вопрос. И, как бы страшно не было, ни за какие коврижки не отпускай рукоятку боевого пистолета.

Он вышибет мозги кому угодно ...

За спиной оглушительно разбилось какое-то стекло, но Шатен не отреагировал. 

Он прошёл по коридору почти до конца, до того места, откуда лился неестественный свет, когда внезапно увидел четырёх маленьких гениев - Иру, Лиру, Лину и Марину. Они, в одинаковых зелёных платьицах с открытыми плечами и в жёлтых туфельках, неподвижно сидели на полу в боковой комнате и что-то читали, держа на коленях старые толстые книги в благородных переплётах. Что это такое? Ух, ты! «Квантовая физика»? «Не по возрасту предметы», - подумал Шатен и сразу вспомнил первую серию фильма «Люди в чёрном». Как там звали девочку в окружении угрожающих монстров? Бетси, кажется? В «жёлтых» изданиях таких детей называют «индиго», а здесь они — просто умные первоклашки, четыре блондинки, почти одинаковые ... У многих женщини при виде таких детей включается материнский инстинкт, но в Шатене в этот момент сработала выучка профи-полицейского. Он намеревался узнать, что происходит в конце коридора, однако, увидев детей, - тут же решительно зашёл в комнату и прижался спиной к перегородке из гипсокартона. Теперь он стал их защитником.

- Не двигайтесь ... Тсссс! Я вас выведу отсюда ...

Справа находился ещё один дверной проём, и там, прямо за ним он видел чью-то фигуру, которая странно покачивалась в ярких всполохах химического света. Девочки одновременно подняли взгляды и перевели их на Шатена. Вдруг раздался какой-то шум, вслед за этим с глухим стуком упали книги по квантовой физике.

В комнату вошло непонятное существо.

... Тот, кто цепляется за свою жизнь до последнего, в таких случаях или не выдерживает напряжения или просто бежит, притом как можно дальше. К примеру, одного московского таксиста преследовал мужик в маске слона — чего тут, казалось бы, страшного? Ну, маска слоника ... Но дело было тёмной ночью, после 12 часов бодрствования, и маску эту сотворили в самом адском фотошопе из тех, какие только можно себе представить, поэтому сделать вид, что «а-мне-до-лампочки», для таксиста оказалось как-то не просто. Мужик в маске с хоботом выглядел не хуже Вурхеса, которого упокоил доктор в коллекторе. В результате московским полицейским пришлось с боем отбивать угнанное такси на самом излёте Хорошевского шоссе, почти в соседней области, после долгого преследования на трёх патрульных «Фордах» с орущими сиренами. Притом мужик в маске напугал не только трусоватого таксиста, но и пятерых опытных сотрудников полиции, - так парадоксально он смотрелся в своём амплуа! Что было дальше? А дальше маску с него сняли, и с удовольствием швырнули задержанного мордой на асфальт. Проверили по базе, - жизнь этого человека была богатой, приятной и необременительной, как у всякого настоящего москвича, и у него не было причин бегать от полицейских ... Угон такси? Ну, это не серьёзно.

Отделается «условным».

Однако маска годилась воистину в музей столичной полиции!

Шатен крикнул:

- Кто идёт?

Никто, разумеется, не ответил. Неведомое существо медленно ковыляло в сторону маленьких гениев. Оно хочет получить пулю, наверное?

- Стоять, сказал! Я кому говорю?!?

Шатен никак не мог рассмотреть это чудище, но уже видел, что оно небольшого роста и на вид довольно толстое. Что за глупое наваждение? Шатен сделал два шага вперёд и оказался с ним лицом к лицу. Это был ... космический муравей, и, по-видимому, уже знакомый, но только в очень странном костюме. Шатен сразу вспомнил героя рекламных роликов фирмы «Мишлен», и только потом до него дошло, что это было нечто вроде компенсирующего комбинезона, что носят военные лётчики на Земле. Наверное, муравей готовился к тому, что его станут бить об стенку со скоростью 150 километров в час. Шатен был прекрасным полицейским, поэтому он с радостью исполнил пожелание муравья-космонавта ... А двое приятелей муравья попали под прицельный огонь из пистолета. У одного с треском лопнула голова, а другой сказал нечто вроде «ой-ой-ой», лёг в дверном проёме и добровольно умер. Был ещё третий житель Вселенной, но тот убежал. Всполохи света ещё некоторое время продолжались, однако вскоре раздался угрюмо-напряжённый гул прямоточных двигателей «летающей тарелки». В комнату через дверной проём хлынул жидкий розовый жар. Шатен закрыл лицо руками и присел. Если муравья-инопланетяне не казались ему чем-то ужасным, то их дисколёты годились не только для тарана мусорных куч и контейнеров. Например, они могли бы послужить неплохими огнемётами, - «Миша-Миша, ты ещё живой?»

Яростное свечение медленно поднималось в воздух.

Складывалось такое впечатление, будто ты сидишь рядом со стартовым столом на космодроме Байконур, и буквально в пяти-семи метрах от тебя уходит в небо средних размеров ракета-носитель ... Дом Туранчокса впитывал жар двигателей и мелко вздрагивал, словно живое существо. Однако прошло несколько минут и то, что видел Шатен, больше всего напоминало пылающий кончик сигареты. А спустя ещё минуту повисла тяжёлая тишина.

«Мой центральный процессор! - подумалось Шатену, - Он чуть перегрелся. На часах полдень, а вокруг темно, словно ночью!»

Другая его мысль была также в стиле перегревшегося Терминатора:

«Как бы не начался пожар!»

Шатен некоторое время хлопал себя по груди, по бокам и по бёдрам, проверяя, не горит ли на нём одежда, а потом с ожесточением толкнул ногой муравья в проходе. Действительно мёртв? Да, он мёртв ... Надо же! Какой невыносимо скучный и удобный пришелец! Больше не пьёт, не ест, и в туалет не ходит ... и не загрязняет экологическую среду нашей планеты!

Даже штрафовать не за что!

- Как самочувствие? - спросил Шатен, повернувшись на 180 градусов. Стукнутый об стенку медленно выползал из своего «мишленовского» костюма. Теперь Шатен его узнал — это был и правда тот самый муравей с густо-чёрными рептилоидными глазами, - Попался, да? Теперь они точно без тебя улетели!

Муравей икнул, словно пьяный.

- Вы чуть всё тут не сожгли ...

- Мы имеем право всё здесь выжечь теми самыми огнемётами, о которых вы сейчас подумали - прощебетал пришелец, - Вы не знаете, что находитесь не в доме людей, а в логове «ипсилонов». Это не люди, а роботы.

- Кто роботы?

Шатен мрачно проканал мимо оглушённого инопланетянина и с улыбкой склонился над маленькими гениями. Детям положено улыбаться, гласило полицейское правило. «Не испугались?» - спросил. Всё происходившее никак их не напугало ... «Ну и правильно!» - ответил бывший сыщик и направился к боевому муравью. Тот сидел, спиной прислонившись к стене, и медленно вращал рептилоидными глазами. Оружия у него не было. Более того, оказалось, что его инопланетный костюм застёгивался на обычную «молнию». Невероятно. Значит, земной изобретатель подсмотрел хитрую застёжку у разума с другой планеты? Значит, было дело - подсмотрел. Как и многое другое. Сейчас Шатену вспомнилось «World in my eyes» группы «Depeche Mode».

Наверное, это была ещё одна устаревшая шутка в стиле «техно». Но до смеха ли? Шатен громко сказал:

- Мы с тобой уже не первый раз встречаемся, поэтому должны понимать друг-друга с полуслова. Кого ты называешь роботами?

Он перевёл взгляд на маленьких гениев и ещё раз отсканировал их изображение — Ира, Лира, Лина и Марина, четыре девочки-блондинки с одинаковыми причёсками, одна заметно потолще. Не болтливы и не вертлявы, но смотрят со скрытым, чуть испытывающим женским лукавством. Мозг каждой из них работает с очень высокой производительностью. Шатен всё это видел. Они привыкли глубоко копать, и поэтому молчат, в основном? А верят ли они в Деда Мороза и в оленей - в футболках с надписью «Скидки»? Или в возможность выиграть свой миллиард рублей в ежедневном розыгрыше на ТВ? А «Ленинград» слушают?

Нет, они читают учебники по «Квантовой механике».

Действительно роботы ... В прошлый раз они складывали умные пазлы, а теперь осваивают Вселенную. Интересно, а какой они марки и модели? В Москве такие девочки или сразу пропадут, став жертвами зловещего хайтинга и системной конкуренции в большой науке, или к 12-ти годам закончат экстерном курс математической спецшколы в Дубне, в Зеленограде или сразу в Сколково. Шатен призадумался: нет, им сложно позавидовать! Родись они до революции 1917 года или, что ещё лучше, в годы научно-технического роста 60-70-ых - да хоть бы даже в 80-ые! - то и цены бы четырём сёстрам не было. А в наше время они никогда не будут счастливы «как все». Им просто не позволят это сделать. Зато мир пару раз перевернётся Антарктидой вверх и обратно, когда эти маленькие умницы - Ира, Лира, Лина и Марина - научат краснеть общепризнанных авторитетов. Ведь в науке, как и в полиции, тоже есть свои фавориты и даже генералы. А фаворит или генерал, он же не всегда умнее подчинённых. Чаще — злее, подлее, взрослее в плане службы и дружбы. Или он быстрее нажимает на курок?

А разве подполковник Кошечкин когда-то опаздывал нажимать?

«Ох, бедные дети! Как вам не повезло родиться в эпоху «навязанного маркетинга».

Интересно, какова их генетическая структура?

В комнату медленно вошла Ольга. В её внешности Михаил Шатен увидел что-то такое, от чего у него чуть мурашки не побежали по телу.

Она напоминала погасшую звезду.

- Когда мы нашли обитаемую планету, - внезапно заговорил муравей, подняв лапку в велеречивом жесте, - то первым делом прислали сюда свою исследовательскую партию. Мы считали, что новая планета никому во Вселенной не известна, но оказалось, что она уже является объектом изучения другой развитой цивилизации, и самое удивительное, что мы ничего о ней не знали. То есть мы открыли два новых космических разума, вместо одного, притом один оказался более развитым, чем другой. Тогда мы заинтересовались незнакомцами под номером один и обнаружили, что они направляют на вашу планету своих разведчиков, которых вы называете «ипсилонами». Мы встречали их почти на всех континентах планеты, но всякий раз это заканчивалось скандалом. Нам, как вы понимаете, приходилось избегать встреч с представителями власти. В конце концов, мы обнаружили их в городе Зерокуле. Их космическая цивилизация активно работает в этом городе на протяжении пятнадцати лет.

- И как она это делает?

Шатен видел перед собой киногероя, оставшегося без своих геройских поступков. Он ещё летает по Вселенной, разбрасывая целые костры ярких искр и всполохов света, он ещё тревожит воображение своими вылазками из глубокого космоса и ещё вполне способен кого-то похитить, но он ... разоблачён и выхвачен из тьмы ночи. Теперь он может быть только гидом по тому чудесному миру, который был открыт им на новой планете.

- Я могу всё вам показать, - произнёс лейтенант боевых муравьёв, - но только при условии, что вы не будете мешать ...

- Буду! - пообещал бывший представитель власти. Муравей произнёс:

- Пойдёмте со мной ...

Старший в группе когда-то говорил, что Луна за окном — для кого-то спутник Земли, а для кого-то огонёк в конце тоннеля. Шатен уже знал все её свойства. Где бы он не останавливался в своей сорокалетней жизни, он всегда видел её. Видел и сейчас — днём, словно ночью. Это Ольга что-то переключила в системе управления чудесным домом и вместо восходов-закатов за его окнами появилась ночь и огромное ночное светило. Похоже, авторы проекта неплохо изучили конъюнктуру рынка, подумалось Шатену. Но даже он в этот момент чувствовал себя героем эпоса, а не ролика в YouTube. Это примерно та же разница, как между творчеством «Depesh Mode» и безымянного онлайн-рэпера. Итак, настало время знакомиться с тайнами этого дома. Инопланетянин, Ольга и Шатен медленно спустились на самый нижний, полуподвальный этаж и вошли в узкую ярко освещённую галерею, по бокам которой располагались комнаты-капсулы. Их было шесть, и каждая из них тоже чем-то ярко освещалась, только изнутри. Михаил Шатен осторожно (а вдруг оттуда что-нибудь выскочит?) отодвинул занавеску, заглянул в капсулу, потом в другую и ... уже почти в возмущении застыл, повернувшись лицом — нет, не к инопланетянину, а к Ольге. В каждой из капсул он увидел какое-то маленькое и голокожее существо, но их было плохо видно из-за слишком яркого света, и теперь он желал, чтобы мулатка в белом всё ему объяснила.

Но вместо этого он слышал только лёгкое жужжание:

- Это высокое напряжение?

Всё вокруг тускло поблёскивало, как олово, пол был выложен квадратами, словно в гигантской головоломке или на игровой доске. Иногда почти незаметные вентиляторы на другой стороне странного помещения начинали нагнетать холодный воздух, словно запрещая этим вход на территорию. Температура здесь поддерживается искусственно, автоматически отметил Шатен и внезапно ... закрыл глаза. Он всегда о себе помнил, что с самых юных не соглашался с тотальными притязаниями — ни с какими и ни с чьими на свете! Даже с притязаниями более удачливых конкурентов по службе. Он вырос в интеллектуальной семье, в которой не любили насилие, а сейчас он мог видеть нечто такое, что заставляло дрожать — то ли от холода, то ли от возмущения. Христанская мораль и мораль иудеев, мораль атеистов или капиталистов, глобальные притязания нацистов, геев, либералов, сексистов, экологов и маркетологов, - всё летело к чёрту в сравнении с тем, что он сейчас видел. Всё это, несомненно, служило какой-то определённой цели, но — чьей и какой? Дело в том, что в каждой из капсул находился человек, определённо девочка, и он находился в процессе доформирования, доразвития. Шатан именно так сформулировал увиденное ... Медленно ровнялись и исчезали последние шероховатости и явственно обреталась новая внешность, видимость, реальность и постоянство этих будущих людей, определённо искусственных. Это напоминало картины Сальвадора Дали, наверное. Шатен как бы заглядывал во чрево Вселенной.

Нет, это ненужно!

Он никогда не был искателем истины. Он не Фокс Маулдер!

Наверное, сейчас должна была бы звучать романтическая или же иррациональная «космическая музыка», элегантный эмбиент или музыка в стиле «new-age». Но вместо этого он слышал глубокое дыхание новых организмов. Шатен не пытался ничего отрицать:

- Мне хочется просто закрыть глаза ...      

Более того — он и представит себе такого не мог! Его много раз приглашали на кремации, но он никогда не присутствовал при зарождении. Он видел, как люди жестоко скашивают целые поля подсолнухов, видел голые женские тела на асфальте и ещё много такого, о чём не любил вспоминать, но это никогда не становилось для него сенсацией ... а сейчас он переживал чувство, близкое к экстазу. Сейчас как бы никого не стало за его спиной, — Шатен восходил к истине самым последним. И никого не могло быть после него — ни бога, ни чёрта, ни инопланетного разума. Инопланетный разум, впрочем, был. Он от этого никуда не делся. Инопланетный муравей стоял за его спиной и, как бы убивая время, медленно проводил лапками по насекомым усикам. Сейчас он был как бы самым выдающимся философом нашего времени. Ибо только он и мог всё объяснить.

- Так это дом-инкубатор? - наконец, понял Шатен. Ольга задёрнула занавеску и с улыбкой ответила:

- Да!

Этого ответа было достаточно.

Потом они поднялись в одну из комнат, где муравей запросто занял место, сродни королевскому, - прямо под кондиционером. Росинка столь же запросто налила в бокалы шампанского. Инопланетный муравей не отказался тоже. Думал ли Шатен, что однажды будет пить шампанское с муравьями? Но это тоже было открытием сегодняшнего дня ... Потом красавица Ольга начала объяснять ему увиденное, притом, чем больше она объясняла, тем меньше он понимал. Есть такой женский талант — обратный таланту комиссара Мегрэ - запутывать и без того непонятное.

В конце концов, слово взял инопланетянин:

- Вы правильно назвали это инкубатором. Но существа, которых вы видели — вовсе не люди. Вам ведь не показалось, будто вы видите людей, не так ли? Всё правильно. Это антропоморфные роботы. Мы нашли их гнездо относительно недавно. Нечто похожее было много раз привнесено на эту планету снаружи, что и породило, в конце концов, вашу земную цивилизацию ...    

Муравей вытряхнул пепел из своей воображаемой трубки.

- Между реальностью и воображением может не быть никакой разницы, - произнёс Шатен, - Мне уже намекали, что девочки вряд ли могут детьми Ванды Симоновой ...

Муравей категорично заявил:

- Они никогда не были её детьми.

- Понятно, - согласился бывший сыщик, - А куда она сама-то делась?

- Непростой вопрос, - ответил инопланетянин, давая этим понять, что лгать не намерен. Ну да, где-то в великом океане Вселенной есть Огромный остров пропавших мальчишек, девчонок, мужчин и женщин — людей, которых больше никто не увидит, и они как-то живут, всеми забытые ... или забытые как раз вовремя, в тот момент, когда космические зоопарки немного пустеют и в них открываются «вакансии» для новых мальчиков и девочек, мужчин и женщин? Оставшиеся дома как бы говорят им - «Возвращайтесь в свои могилы, из которых мы вас вызвали своими воспоминаниями!» - а потом пропадают тоже, и тоже внезапно. Будучи опытным полицейским, Миша-Шатен отлично знал, как велики эти списки не вернувшихся — со школы, с работы, и даже со службы. А эта мулатка Ольга ... она фальшива, как бумажка в 30 «баксов». Вот она неуверенно улыбается ему ... Только что окончательно выяснилось, что Ольга давно сотрудничает с инопланетянами и способствует их переселению на Землю. Но это проблема не для полиции, а для «людей в чёрном» из знаменитого фильма. Или всё, что я вижу, подумал Шатен, вполне достойно психбольницы «Белые Столбы»?

«Всё в Зерокуле достойно этой клиники».

- Что вы намерены делать? - уже прямо поинтересовался бывший сыщик. Муравей медленно поставил бокал на столик. Сейчас ему не хватало только белого шарфа и ароматной сигареты. «Ну давай же, давай!» - мысленно подбадривал бывший сыщик Шатен.

- Мы заберём этих существ в следующий раз, - произнёс инопланетянин, - Для нас это вопрос решённый. Но, раз уж я застрял на вашей планете, то мне придётся объяснить вам некоторые аспекты сложившейся ситуации. Вы приехали в город почти неожиданно и многое здесь испортили. Прежде всего вы испортили все наши планы. Если хотите знать, уважаемый, - обратился муравей, - Мы начинаем борьбу за эту планету — за влияние на экономику и политику, за влияние на популяцию ...

- А чем заняты те ... которые присылают сюда роботов?

- Знаете ли, - с большим сожалением обратился лейтенант боевых муравьёв, - Ваша проблема в том, что вы ищете свои цели брюхом. Но это беда многих жителей вашей страны и планеты. Вы попробовали бы чем-нибудь другим, - посоветовал он, - и у вас всё получится. Кроме того, мне непонятны ваши цели. Вы хотите стать богатым? Но для вас это невозможно ...

- Почему?

- Вы получили воспитание на социальной скотобойне, - коротко объяснил этот Муравей-Иваныч с другой планеты, - Вам надо было стать идеалистом и художником, а вы вместо этого исповедовали религию скромности и выживания в любых условиях. Вот только вы не учли, что в вашем мире тоже есть хищники, для которых такие индивидуумы - не более, чем просто пища. И вас быстро сожрали, прошу прощения за лапидарность. Вы живёте в типичном московском районе, где типичные московские люди покупают себе тесные конуры за бешеные деньги, чтобы потом всю жизнь гордиться тем, что они живут в престижном районе столицы. Вы служили полицейским детективом и регулярно читали медицинские журналы, с помощью которых ставили себе диагнозы. Почему вы так делали? Потому что боялись болеть. За это могут уволить, не так ли? А у вас было очень строгое начальство ... Зато вам не приходилось обращаться к врачу. То же касается и вашей жены. Больше всего на свете вы боялись, что у вас может быть потомство, поэтому вы строго воздерживались от физических отношений. Вы жили на своей работе, пропахшей дешёвым дезодорантом, мочой и тухлым пивом, и всегда оставались абсолютно одинаковым ...   

- Слушай, ты, инопланетный разум! - Михаил Шатен не мог понять, почему его пытаются осуждать за карьеризм и всё время называют на «вы», как задержанного, - А ты на своей планете ведёшь себя как-то по-другому, да? Вы там дружно мочитесь мимо унитазов? - Ему особенно не понравились про мочу и тухлое пиво, - Короче! Ты сказал, что я никогда не стану богатым, а это равносильно отказу в сотрудничестве (густо-чёрные рептилоидные глаза муравья так из орбит и полезли!), а, коли вы со мною не сотрудничаете, то и я должен делать соответствующие выводы. Ферштейн или нет?

Сейчас он почему-то вспомнил туалет в родном управлении внутренних дел и записку, пришпиленную к двери:

НЕ РАБОТАЕТ 

Когда это было? Году, наверное, в 2007-ом, и то это был очень грустный случай. В то время Шатен был полным сил и уже опытным оперативным сотрудником, психологически подкованным, как Фокс Маулдер из «Секретных материалов». Это он здесь расслабился и быстро потерял спесь, пожелав снова стать художником. Всё-таки женщины действуют на мужчин каким-то особенным образом, не правда ли? Не лезь ты в это дело, уже шептал ему внутренний голос, пытаясь направить его мысли на что-нибудь другое. Но Шатен только закусил губу и выпалил.

Как из пистолета:

- Короче, мне ппплевать!

- На что? - юмористически поинтересовался лейтенант-муравей.

Прелестная Росинка снова наполнила бокалы.

- Я хочу поговорить с её мужем, - грубо заявил бывший сыщик, кивая на хозяйку дома, - Пусть он сам всё объяснит ...

- Он не станет с вами разговаривать.

- Он нужен нам!

- А мне ещё больше нужен! - ответил бывший сыщик, - Если он у вас, то прошу вернуть его на место. Если он мёртв, как и некоторые другие участники этой истории, то прошу сообщить место захоронения. Вы понимаете, что я разговариваю с вами, как представитель власти? Будущее неминуемо, - подвёл итог Михаил Николаевич, - но никто меня не заставит наблюдать со стороны, понимаешь? И я не чужеродное существо. Если я — уже здесь, значит я полноценный акционер этого предприятия, так?

Ольга и муравей переглянулись, притом во взгляде мулатки Шатен буквально прочёл:

«Всё летит к чёрту!»

Сейчас он буквально видел, как за ним гонятся инопланетные существа. Почему-то зима, и ледяной ветер с воем носится над снежной пустыней. Он представил, как бежит по кладбищу, через которое проложена небольшая асфальтированная дорожка, и как начинается настоящий космический ад, - бьют огромные гейзеры огня и сильно закладывает уши от рёва зависающего над его головой космического корабля пришельцев ... а потом Шатену показалось, что до сегодняшнего дня ему очень везло. Он не бился головой об обшивку звездолёта и не пробивал себе дорогу сквозь ледяные поля неизвестности и непонятности. Нет, он не попадал в те критические ситуации, которые были описаны в занимательных научно-фантастических романах 80-ых годов. Может, таких ситуаций не бывает? Сквозь широкие окна дома он видел огромную и ненастоящую Луну, а прямо перед собой наблюдал чуть пьяненького горе-гуманоида, более всего напоминавшего ростовую куклу в парке аттракционов, и одну красивую голливудскую мулатку, у которой вряд ли получится стать любимой женщиной приезжего сыщика. Очень она фальшива.

Другое дело — Барби!

- Короче, ты меня понял?

- Нет, - не менее твёрдо ответил муравей, - У меня нет таких полномочий.

- Значит, я всё сделаю по-своему, - сделал вывод Шерлок Холмс, - И разрешения у вас спрашивать не буду. И ещё! - Он понимал, что разговор в принципе окончен, - Я запрещаю вам трогать детей ... роботы они или не роботы! Если что, я приду и проверю. Ольга! - Сейчас мулатка представлялась ему целой квалифицированной группой из экспертов и сыщиков, - Вы же их приёмная мать? Таким образом, то, что я сказал, вас касается в первую очередь. Нет Туранчокса? Нет и разговора!

Он надел свою гангстерскую шляпу и с липовой любезностью извинился за беспокойство:

- Надеюсь, вы не будете меня задерживать?

Шатен ещё раз вспомнил, как носился наперегонки с «Фордами» частной охраны господина Туранчокса и почему-то подумал, что это расследование надо продолжать в Москве, а не в Зерокуле.

9.

- Я хочу устроить праздник! - произнесла кукла Барби и Шатен понял, что праздник — будет, что празднику быть, и «быть» в любом случае. С Туранчоксом или без ... Ведь не обязательно ждать Деда Мороза, правильно? Во всяком случае им может стать доктор Тяпкин ... «Молодые, сегодня у нас Новый год!» - объявила ведьма Бунчикова, и поставила дочь к плите. Почти на весь день ... Да, и угораздило же Барби отважиться приготовить именно то, чего ещё ни разу не приходилось, — чудовищно большой, во весь железный лист, пирог ... «Из чего он?» - поинтересовался Шатен. «Он будет украшением стола», - пространно ответила Барби и принялась за дело. Вот уже и тесто подошло, и начинка готова. Пора или не пора? Раскатав на столе пласт теста, она начала тонкими слоями выкладывать начинку — горячее картофельное пюре, крупно нарезанный лук, грибы, морковь, и снова грибы, но уже «по-турецки», потом снова лук и горячий картофель. И всё под «Чайф» или «Би-2».

«Ещё год, ещё одна станция, там уже нет меня», - звучало из старого музыкального центра ведьмы Бунчиковой. Теперь дело за малым — перенести пирог на противень, залить взбитыми с молоком и сметаной яйцами и сверху засыпать тёртым сыром.

За сыром в магазин направился Михал-Николаевича, притом по дороге он чуть не сломал себе ногу, споткнувшись в тёмном подъезде о ведро с кирпичами. Когда он вскоре вернулся, кукла Барби стояла, прислонившись спиной к балконной двери и уже мысленно представляла всю эту кулинарную красоту в центре праздничного стола. Но не тут-то было. Неужели это трудно понять? ... Горячая начинка расплавила тесто — а Шатен почему-то сразу подумал о расплавленном ядре Чернобыльской АЭС! - и по всему периметру прилипло к столу. И тщетны были все попытки хоть как-то разделить эти крепкие объятия стола и теста. В конце концов, ведьма Бунчикова соскребла несостоявшийся пирог специальной лопаткой, слепила из него некий кулинарный ком и начала фантазировать:

- Что можно сделать из этого, кроме хорошего настроения? Не надо мне подсказывать, молодые ... 

Шатен смотрел издалека на поле кулинарной битвы и видел - сейчас ведьме очень хотелось бы победить! Она раскатала ком, посыпала огромный толстый блин стружкой из сливочного масла, сложила его вдвое, потом снова раскатала, свернула в большущий немецкий рулет, грубо нарезала кольцами и уложила в смазанную маслом форму для запекания. Барби тут же полила кольца заливкой и посыпала собственноручно натёртым сыром.

- Нормально?

- Ты не устала ли? Твой бледен лик, луна, - ответила ведьма строфой из Шелли. Томик Шелли лежал здесь же, на кухне, - Мы были заняты процессом, а теперь насладимся результатом, так?   

Что-то в итоге получилось, но победила всё-таки ведьма. Нет, не опыт, а возраст ... опыта и кукле Барби было не занимать.

Спустя некоторое время Шатен спросил:

— Как всё это называется?

— Умножение добра и зла, - смеясь, ответила ведьма строкой из песни Макаревича, но не «того», а настоящего. Потом они пили виски (снова вдвоём, поскольку кукла отказалась) и любовались этим горячим пирогом, стоившим столько труда и времени. «Как его назвать?» - спросил Шатен. «Белая лошадь», - сказала ведьма.

Сегодня был вечер русского рока:

«Лошадь моя белая, что же ты наделала?»

Закончилась знаменитая песня «Чайфа» ... Раиса Михайловна с явным наслаждением гладила дочь по волосам. Женщины всё время делали вид, будто о чём-то секретничают, и громко смеялись. Так и праздник прошёл, и растаял, словно туман на солнце ... «Времена меняются, и мы меняемся вместе с ними» - гласит латинская истина, которую никто не знал на латинском.

Ни Барби, ни ведьма ... Шатен немного напился.

Чему был посвящён этот вечер, думал он? Какому богу? А можно ли повторить всё заново?

- Нет, время прошло и мы ничего не помним, - хором ответили женщины, Барби и Раиса ...

- Как жа-а-аль, что я тоже не помню, как это на латинском, - в конце концов, протянул он, когда они с Барби Яковлевной оказались в тёмной комнате. Кукла выскользнула из его рук, и Шатен ловко увернулся от полетевшей в него подушки. «Вот я не понимаю: будешь ли ты меня помнить или не будешь? - спросила Барби, когда он всё-таки притянул её к себе, - Ты сам говорил - у тебя в Москве жена!» ... «Видала бы ты эту жену! - Себя он видел героем романа «для женщин», - Знаешь, как называется «выбор» на латинском? Дилектус! Мы сейчас вспоминали один латинизм, а я вспомнил совсем другой!» - «И так называется сборник латинских изречений», - продолжила Барби. Господи, откуда у неё эти знания, почти неожиданные, - у довольно простой девушки-кондитера?!? Но Шатен и раньше с этим сталкивался ... «Ты делаешь какой-то выбор?» - спросила Барби, но он не ответил. Скитаясь по жизни, он часто делал выбор между добром и злом, но как-то по-другому ему пока не приходилось, - «Я вернусь, когда у меня всё определится» ... «Эй, молодые, тук-тук-так! - услышал он почти у себя за спиной, - Не дразните меня своей молодостью. Я же не просто так поселила вас в разных комнатах!» - «Правда ... Отпусти», - шепнула Барби, затем чмокнула его в щёку и бесшумно, как летучая мышь, выскользнула из комнаты. 

=-098765456789

прощание с семьёй

388-78-%-09878906

 он бежит вокзал, кафе, Рогатый мужик с бананами, волшебная книга «Зерокуль», читая которую главный герой узнаёт о дыре в заборе, через которой можно выбраться из аномальной зоны. Шатен изумлён и обескуражен:

«Я ничего в жизни не сделал, а обо мне написали целую книгу!»

Скопируй чью-то безумную жизнь, повтори чужой успех. Так ты станешь даже известнее оригинала, подумалось ему как бы не кстати ... Всякая литература — есть повторение того, что создано богом или природой. Отсюда и педагогический эффект литературного шедевра, не так ли? Да и в повседневной жизни легче повторить поведение чудака или ничтожного городского диссидента, чем поведение разумного человека — человека «как все», у которого всё «как у всех». Странно, но в этот момент Шатен, человек «как все», как бы оправдал дурака Машиниста.

«Не важно, что с ним случилось. Книгу о нём всё равно не напишут!»

-098765678909876567


Вот инструкция по похуданию, взятая в основном из интернета:

«Мясо есть нельзя. В него всегда колят всякие гормоны для увеличения веса, а зачем мне гормоны для увеличения веса?

Рыбу тоже нельзя. Она накапливает. Не знаю что именно, но знаю, что накапливает. Ещё в неё колют гормоны для увеличения фертильности. А у меня и свою некуда девать. Зачем мне ещё рыбья? Чтоб икру метать?

Я Телец.

Помидоры нельзя - они паслёновые. Не знаю почему, но все говорят, что вредно жрать баклажаны и перцы. Фрукты и ягоды нельзя вообще - в них сахар и диабет. Особенно нельзя вечером. За ночь весь вечерний сахар превратится в жопу. А зачем мне ещё жопа, коли у меня-то и своя есть?!?

Картошку нельзя - там крахмал. В рисе тоже. Макароны тоже нельзя - там крахмал и глютен. А глютен - это будущий сахар, который - будущая жопа. А мне и так грозит жопа на службе. Муж поругался с Козленко и обещал переспать с его секретаршей, которая у Заевых танго плясала с Митиным - Люся её зовут. Сидит на строгой диете - талия, как у осы!

Масло тоже нельзя - ни оливковое, ни сливочное, ни подсолнечное. Это жир и жопа. А сливочное - ещё и холестерин. И жопа. Хлеб нельзя, там дрожжи. И тоже жопа. Пиво тоже. Не знаю почему, но нельзя, чтобы дрожжи внутри тебя бродили. Это жопа. Яйца - жир и холестерин, а молоко - жир и гормоны для увеличения веса, которые вкололи в корову. И вообще, оно предназначено для того, чтобы теленок быстрее набирал вес и становился коровой. А я не хочу - ни коровой, ни быком, ни жопой от коровы. Ни рогами от быка ... Я и так му-у-у. И соки мне нельзя - это то же самое, что фрукты и ягоды, но без полезной клетчатки. Я по «телеку» смотрела - там главное она! Прочее выбросить.

В капусте - и обычной, и цветной, и брокколи - вещества, препятствующие усвоению йода. А у городских жителей и так «кранты» у всех. Плохая щитовидная железа даёт очень большую жопу. Капусту вообще нельзя. В шпинате - щавелевая кислота, которая вредит почкам. Плохие почки — отёки и вес, который жопа. Нет-нет, никакого шпината.

Огурцы! Во! Буду есть огурцы. Про огурцы я не знаю ничего плохого».

Шатен перелистнул пару страниц, словно захоранивая жену во тьме повествования, и внезапно вспомнил, как гонял ищущих «закладки» наркоманов. Вот, где она, настоящая «жопа». Митин и Кошечкин, весёлые мастера, встречали таких людей и всегда смеялись над ними: ребята, полчаса назад тут другой «наркоша» рылся, достал какую-то фольгу и ушёл - вы поняли? Иногда Кошечкин специально хоронился где-нибудь между этажами и ждал, пока найдут закладку, а потом доставал мобильный и говорил Гоше Митину, чтобы тот подошёл к такому-то подъезду, - встречай, мол, «клиента»! В этом случае наркоман выбрасывает закладку с наркотиками и, как правило, мечется, как мышь в западне. Или он бросается вверх по лестнице, надеясь, что чердак открыт. А там закрыто. Или там поджидает Митин с наручниками. Гоша-то парень хитрый, хоть и незаконнорожденный, как он о себе говорит, так что пробраться в подъезд по чердаку для него не проблема.

«А была и другая история», - вспоминал Шатен и читал об этом в волшебной книге:

«Шатен и Гоша натянули маски в стиле «я у мамы «Росгвардия» и взяли с поличным двух наркоманов, - всё, говорят, светит вам 8 лет бла-бла. Наркоманы предлагают «договориться». У них с собой на двоих было 50000 рублей. Много ли это или мало, но наркоманы — не совсем «профиль» ... Гоша и Миша работали в основном по сутенёрам. Их-то и поджидали, спрятавшись в холодном подъезде. В итоге оперативники взяли с наркоманов деньги, и - сняли наручники. Бегом оба, пока целы!»

Ах, этот тёплый мирок твоего прошлого! Почти прекрасный сон ... Но как легко он помещается на одном листе бумаги.

Шатен подумал:

«С прошлым надо расставаться, не воротя нос. На это есть разные техники убийства времени».

Например, читать о нём в странной книге ...

Дальше он увидел главу под названием «Доступные цены». В ней рассказывалось о смерти его отца, и о том, как мама, опытная чиновница, запретила сыну Михаилу участвовать в прощании с родителем. Она хотела довести Михаила до настоящего психоза, но не учла, что ему уже было чуть-чуть за тридцать и он не собирался вести себя, как слон в посудной лавке. Друг семьи адвокат Гарри Борисович Хазин вернулся с похорон очень замкнутым и «политкорректным», как настоящая «звезда» правосудия в сто тысяч люминов. «Миша!» - громко сказал он, встав на пороге и ... ничего более не сказал. С матерью он разговаривал после всех событий — в тайне от прочих членов семьи. Зато памятник на могиле отца ставили вдвоём — Миша и Хазин. «Это дело не на долго!» - махнув рукой, прокомментировал старый адвокат.

Так и было. Не - на — долго.

Папа совершил в жизни много нелепых и обидных поступков, но это не мешало ему оставаться одной из центральных фигур судебной системы СССР. Он не стал миллионером, зато ездил на «Вольво» тогда как все вокруг седлали только «Волги». Он чувствовал, как утекали последние секунды его жизни, а сам думал только о незавершённом судебном слушании ... Когда-то Шатен видел всё это, как часть своей собственной жизни, а теперь читал на бумаге, собранное в довольно компактный литературный текст какого-то джойсовского фасона. А читая Джойса, Миша всегда чувствовал себя художником. Странное ощущение, не правда ли? Однако, читая, к примеру, Ремарка, он внутренне собирался и организовывался, и становился кем-то совсем иным - более практичным, что ли? И Гарри Борисович тоже предпочитал Ремарка.

Как хорошо, когда ты родился в читающей семье!

О мамином романе с Гарри Борисовичем Хазиным в книжке было не больше тридцати строк. И правильно — Шатен и так всё прекрасно знал. Да и мама так сильно душилась в то время, женщина чуть моложе ведьмы Бунчиковой, что её сын просто умирал в этой домашней газовой камере. А потом и мамы не стало. Внезапно. Её «вредный» роман с другом семьи был настоящим послесловием. А Хазин чувствовал себя дважды вдовцом, о чём и сообщил Мише при первом же удобном случае, - просто легонько хлопнул его ладонью по груди (в области сердца) и ... сказал. Потом они вместе работали у «Кармана» Борщёв. Старый юрист, талантливый грибник и любитель живой природы в стиле Виталия Бианки, а также советского учебника природоведения для 3-его класса средней школы, он запросто заходил в Мишин (пардон — Михаила Николаевича!) кабинет и пространно спрашивал более молодого коллегу, как тот проводит вечер — дома или «в гостях»? Это он так выражался после того, как они вместе сходили в клуб «Манхеттен», где выступала эффектная стриптиз-звезда по имени «Одинокая волчица». Что уж тут поделать — взрослые внуки не тревожили его спокойствие, а своих сыновей он трагически пережил. И женщины больше не было ... Шатен прочитал в волшебной книге, будто он отговаривал Хазина приглашать диву на коктейль.

Разве это правда? Шатен пожал плечами. Нет, не правда. Даже если американка Эмили Портер (её данные нашлись в служебной «базе» московской полиции), и была не против познакомиться с состоятельным юристом, - для него это было бы слишком дорогим удовольствием:

«Побереги свои деньги, отец ... Здесь ничего нет, кроме мнимого «престижа»! Сам понимаешь. Любая молоденькая проститутка с Украины окажется на порядок лучше и порядочнее, чем эта волчица из США».

Короче, «выбирай что попроще», как говорил Старший в группе. И ведь правильно говорил. Реальность не подстраивается под вымысел. Но в жизни всё-таки должна быть какая-то отдушина ... или вентиляция, что ли? Или просто «привет, дорогуша», как это делает голливудская мулатка Ольга. В этом случае и Одинокая волчица не помешает, во сколько бы она не обошлась в конечном итоге. В конце концов, деньги - это оружие Навязанного маркетинга, а от такой болезни, как старость и одиночество, лучше всего лечат именно женщины. У них в два раза больше болевых рецепторов, чем у мужчин, но также и в два раза выше порог переносимости боли, и там, где мужчина умрёт, женщина только потолстеет.

Главное, не увязнуть в Матрице и не стать Матрёшкой.

«Вроде гражданки Никаноровой!»

Где-то с минуту Шатен просто сидел на скамейке, поигрывал тёмными очками и неспешно переваривал мысль, а потом решительно встал и пошёл. И, вот, почти внезапно Зерокуль как бы расступился перед ним.

- Что это?!?

Он много раз ездил по городу, но ни разу этого не видел.

Огромная площадь.

Шатен спрятал волшебную книгу в карман куртки.

Воздух нельзя потрогать, но он существует ... Он существует всегда. И даже крушение всех банков и бирж на свете ни на секунду не отменит это точное правило. Сейчас он видел центральную площадь, на которой было чрезвычайно много пространства, однако не было людей. Нет, они здесь были, и оставили много флажков, гирлянд, разноцветной мишуры и клоунских носов, много париков, даже башмаков и перчаток в горошек, в цветочек или в клеточку, но сейчас здесь никого не было. Возможно, людей сожрали инопланетные муравьи — кто знает? Ведь чего только не делают, чтобы не задохнуться. А оксигена здесь было и правда очень много. Шатен посмотрел на разбитую витрину большой кондитерской, которая называлась «Пищевая химия», а потом внезапно обнаружил детскую коляску, в которой лежала упаковка цветных баллончиков, какими рисуют граффити на стенах, а рядом — книжка «Дыхательные гимнастики». Когда-то людей доводили до сумасшествия такими гимнастиками ... Шатен сильно выдохнул и сделал первый шаг.

«Всегда доверяй своим чувствам!»

Но теперь он почти ничего не слышал. Да и не хотел, впрочем ... В воздухе отчётливо присутствовал только один звук — словно ветерок покачивал тонкую хрустальную люстру под потолком. Шатен преодолел примерно половину площади, словно спустившись на 15 лет вглубь  истории — своей и чужой — а потом в нерешительности остановился. Это ж не гонки, подумалось, и спешить некуда ... Здесь был городской праздник, но он закончился в 2003 году, и после него остались только большие синие слоны, прикованные цепями к асфальту. Да, это нечто мучительно-странное. Он ясно видел перед собой одного такого слона с задранным вверх толстым хоботом — весёлый мультяшный слон тёмно-синего цвета, заключённый во времени и расстоянии. А на другой стороне площади тихо покачивались ещё пять таких же слонов, построенных в тесный ряд, - они не погибли вместе со всеми жителями этого города, однако, туго надутые воздухом, остались здесь навсегда. И теперь только они и знали, как коротка эта жизнь и как зло и внезапно она заканчивается. И, возможно, они очень сожалели, что у них нет крыльев, а то бы они давно сорвались с цепей и полетели.

А так лишь ветер качает этих надувных исполинов.

Шатен снова вытащил книгу и, пролистнув на ветру несколько листов, вслух прочитал:

- Возле театра стоял киоск, торговавший газировкой ...

Он посмотрел: так и есть — киоск, старый и облезлый, как «Газель» конца 90-ых. А здание театра сложно было не заметить, поскольку оно, довольно высокое, квадратное и краснокирпичное, как тюрьма, занимало половину визуального пространства.

И снова:

- ...  но надо было спешить, поскольку воздух вливался в него густым потоком, а над головой быстро сгущались тучи ...         

Шатен закрыл книгу и быстро пошагал мимо заброшенных киосков с пластиковыми цветами и комиксами и лежавших на асфальте детских велосипедов, мимо стареньких деревянных лавочек с рыжими париками и улыбающихся кукол с грязными лицами. Человек, научившийся летать, быстро теряет способность ходить, и — наоборот. Сейчас Михаил Шатен держал в руке книгу о самом себе и чувствовал, что ему не следовало бы ею злоупотреблять. А, может, её следует выбросить? Ведь в ней можно найти всё своё будущее, не так ли? А какое оно, это будущее?!?

Может, оно — ничем не отличается от прошлого?

Кто он, в принципе-то? В принципе, он — офисный клерк, и ему не положено знать своё будущее. Шатену широко улыбался синий слон. Он тоже далеко не Сфинкс, поэтому не подозревал, что ему придётся стоять здесь целую вечность ... Шатен внезапно упал на одно колено, положил книжку рядом с собой и быстро разомкнул крепление, из-за которого слон не мог взлететь. В этот момент ветер дунул сильнее и случилось нечто такое, чего никто не ожидал, - ни слон, ни Шатен, ни кто-то третий, кто наблюдал за ними со стороны ... Передние ноги надувного исполина быстро поднялись над асфальтом, как у лошади, встающей на дыбы, железная цепь хлёстко ударила по тугому сжатому воздуху, и в этот момент Мише-Шатену пришлось быстро отбежать в сторону, поскольку синего слона неудержимо понесло куда-то вперёд и вверх. Оторваться от асфальта он не сумел, поскольку Шатен отомкнул только одно крепление, зато его душевный порыв не на шутку напугал бывшего сыщика московской полиции. Вопреки всему здравому смысли, слон прянул в небо, а потом так и остался висеть над площадью.

Этакий слоник-вундеркинд, не замеченный «жёлтой» прессой.

- ... скрип цепей, прерывистое дыхание ... - читал Шатен в замечательной книге, и правда слышал скрип цепей и своё дыхание, - ... он старался подавить приступ паники и не понимал, что пребывает «во» и «вне» пространства ...

Право же! Эта книга придумана лучше, чем реальность.

Михаил замечал весь сюррализм этой пустынной площади и этого выстрелившего, как из катапульты, синего слона и не понимал: то ли это открылись сверхспособности у резинового чудовища, то ли синий слон оказался жертвой несвоевременного вмешательства высшего разума? Однако крушения при взлёте так и не последовало. Ведь жизнь не обязательно - стремительно засасывающая грязевая воронка, как в знаменитом мультфильме «Халиф-аист». Нет, жизнь (стоит только к ней присмотреться) сродни музыкальной импровизации. Помнится, на первых порах ему очень понравился дом Туранчокса. Тропическая баня ... А теперь после неизбежных реверансов в сторону климатических изысков и старых драндулетов Шатен снова подумал, что там не хватало только банкнот, как в игре «Монополия», а также фотоаппарата-мыльницы фирмы «Коника», каким он в своё время фотографировал покойников. И - синей люстры в стиле ар-деко.

Такая висела в служебном кабинете. 

Ветерок покачивал волосы на его голове.

Шатен закрыл книгу и положил её во внутренний карман куртки.

Слон парил над площадью, словно иллюзия.

Шатен молча смотрел на него.

«Интересно, - подумалось ему, - это смерть или рождение?»

Люди лучше всё понимают коллективно, в массе, продолжил он свои рассуждения, а лучше видят в примере, чем в абстракции. К примеру, на Новый год все украшают окна, а в любом универсаме или универмаге — вы только посмотрите! - люди берут всегда одни и те же товары. Все одинаково пьют пиво по пятницам или даже водку, или двигаются под музыку в гостях по одной и той же советской, усвоенной ещё нашими родителями методике. Назвать это танцем — нельзя, в лучшем случае этот танец называется «шизгара», однако вполне сойдёт для «культурного» отдыха. Но что бы сказали эти в массе простые и правильные люди, если бы увидели то, что вижу сейчас я, - синего летающего слона?!? Жизнь роботизирует человека раз и уже навсегда, придавая ему размер, вес и определённую функцию, и нас окружают изделия одного и того же вида и внешности, - те же люстры, к примеру. И старые фотоаппараты.

А тут — синий летающий слон!

Кому скажи - никто не поверит.

Это невероятнее всякого НЛО.

 

-09876546789
98764348890
987536899753

Она говорит:

- Ты правильно мне не верил, Миша. Я не человек, я, так называемый, «ипсилон», я робот не хуже других в этом городе. Поэтому я не могу уйти вместе с тобой! Я роботизированная секс-кукла определённого антропологического типа. В данном случае — арийская девушка Барби, обаятельная и практичная сучка с серыми газами. Но я немножко с дефектиком и мои глаза иногда становятся неестественно синими. Ты это однажды заметил, да? ... А ещё я иногда говорю с очень странным акцентом, - Барби как-то слишком жеманно посмеялась в кулачок, - Но это тоже мелочи, в сущности ... Главное, что я не одна на планете. Кроме меня, есть ещё роскошная смуглая брюнетка Габриэль с прекрасной фигурой и ростищем почти под потолок, есть очень мелкая, рыжая и глуповатая кукла Шерри, сексуальная просто на пятёрочку, есть восточная девушка Жасмин и американская мулатка Дженнифер. А есть и самая настоящая кукла-негритяночка Оливия, на вид - как только что из Африки! Вы разве не понимаете меня, мужчина? ... Спросите, для чего мы, такие, созданы? Красивым девушкам проще найти общий язык с аборигенами, вот мы и находим, - объяснила кукла, - Мы все разные, и мы разведчики на этой планете. Как мы рождаемся? Мы появляемся из специальных таких коконов — уже готовыми маленькими красивыми девочками, а потом взрослеем, как все женщины, но не стареем, и остаёмся прежними до тех пор, пока нас не заберут отсюда и не утилизирут на другой планете. Хотя ... некоторых оставляют здесь надолго — увы! Космос безграничен, и многое от нас никак не зависит.

- А ты ... настоящая полноценная женщина?

- Во всём, кроме рождения детей, - запросто отчиталась кукла Барби, - Но это даже здорово, мой дорогой Миша. Вечно молода, очень красива, в постельке со мной не скучишься, и в добавок как бы стерильная ...

Шатен был «как бы» другого мнения, но промолчал.

- А ... тебе известны другие? - спросил он после паузы, - Ну, такие, как ты?

Он готов был поклясться, что из «таких» состоит вся вечерняя Москва - все эти модели и телеведущие, богатые студентки и эффектные дамочки-юристы в золотых очках и вечерних платьях, элитные проститутки в пальто из норки, популярные «спортоняшки» и знаменитые «светские львицы» всего на полставки, расфуфыренные подружки старых гангстеров и долларовые миллионерши с офшорными паспортами и хорошим знанием русского языка. Однако кукла Барби подумала, что он спрашивает её только о Росинке, поэтому внятно произнесла:

- Нет.

Странно, однако, когда она это произнесла, серый и слякотно-осенний предвечерний свет стал менее серым. Или Шатену так показалось?

- Эти четыре девочки, которым ты помог выкрутиться из неприятной ситуации, тоже инопланетянки, а дом Туранчокса — это, на самом деле, инкубатор для таких, как я или они. Тебе ничего в том доме не удивило, нет? - спрашивала кукла Барби, и сама же отвечала: - Ведь ты должен был бы удивиться, попав во владения моей сводной сестры.

- Так это ... не совсем дом? А мне показалось, что Туранчокс сошёл с ума, как тот карлик в странном советском кинофильме.

Барби ухмыльнулась, чуть презрительно:

- Ты его видел, Миша?

- Карлика? Нет, не видел. Он бегает от меня, как «заяц» от контролёра. А ты тоже, наверное, зародилась в этом городе? - грубовато-весёлым тоном поинтересовался Шатен и услышал в ответ:

- В Стамбуле, нет ...

- А вас много на планете?

- Думаю, что много. Но лично я никого не знаю, кроме этих девочек. В принципе, я куда больше, чем Ольга, ответственна за их будущее ... Увы!

- А твоя мама?

- Она всё знает, но не вмешивается. Мудрая земная женщина ...

97457096336897&6++&&+$8/

86479070

Он понял: это была песенка из фильма «Охотники за привидениями», но в звучании всего из двух нот, - в восьмибитовом кавере. Конечно, это была всего лишь шутка, но ... восьмибитная музыка? Это же была она! Как в старинном компьютере. Вот оно, присутствие Нового мира, на котором Шатен желал заработать огромные деньги. Много ли тут заработаешь?!? Скорее, своё отдашь, подумал бывший сыщик. Но сейчас Шатену казалось, будто в окружающем пространстве звучит ... нет, не персональная погремушка одного из первых поколений - «Атари-800» или «Би-Би-Си-микро», какой был у него в детстве, а какой-то неповторимый синтезатор-АНС - наверное, из фильма «Солярис» 1972 года? Нет, это была настоящая атмосферная электроника из самого конца 80-ых, из того прекрасного времени, когда всё только начиналось.

085480

«Stayin' Alive» (рус. Оставаться в живых) — песня британской поп- группы Bee Gees используется американскими реаниматологами для тренировок.

09876545678909

-09876567890 

Тромплёй - художественный обман зрения, искусство прошлого, почти лишённое социальной ангажированности. Не кубизм, не абстракционизм, а всего лишь фотореализм 20-ого века, почти проклятый рекламщиками. Тромплёем хорошо владел пожилой фотограф из полиции.

98546985679680

 звук, который Барби называла - «скрежет мёртвых тракторов с примесью пенопласта»   

08643%-80+&

цистерны принайтовлены стальными тросами к бортам железнодорожных платформ         

-098767890987890

                эпилог

Ночной аэропорт больше всего напоминал торговый центр с ярко светящимися стеклянными витринами.

Шатен сразу так подумал.

Только что прошёл дождь и капли его продолжали медленно стекать по плавным изгибам букв синего цвета, которыми было масштабно выведено название города - Классиков. Хорошо, что не Пнёв ... Однако ни о любви, ни о добре оно не говорило — как, впрочем, и о ценах на авиабилеты! Шатен даже не запомнил, как сюда попал. Он только понял, что это ещё один адрес в его биографии. Когда ему предложили улечься на носилки, он лёгким движением руки отказался и поднял лицо вверх, к тёмно-синему небу. Сейчас он казался гигантом, «маэстро смерти», как его назвал один из встречавших сотрудников губернской «уголовки». Однако сотрудник всё никак не мог понять, что же такое удивительное произошло с этим бывшим офицером полиции, а нынче частным адвокатом, раз за ним присылали целую роту коммандос МВД, да ещё с врачами и спасателями?!? Что за птичка этот Шатен?!? Есть, к примеру, люди, которые что-нибудь покорили — так? Гору Эверест, например. А этот ничего не покорил, зато откуда-то спустился ... Вот так потом и напишут журналисты — если вообще напишут. За Шатеном бежал «Карман» и, крайне экспрессивно размахивая руками, кричал:

- Если будут спрашивать, никаких интервью! Слышал? Никаких! А иначе ...

Шатен твёрдо прижимал к груди книгу со словом «Зерокуль» на обложке и быстро шагал к вертолёту - в сопровождении двух молодцев в форме ведомства организации массовых катастроф. Вертолёт «Скорой помощи» был, в общем-то, не нужен (Шатен предпочёл бы свою непобедимую «Волгу», так и оставшуюся в этом абсурдном Зерокуле, а лучше — мощный «Мерседес» зерокульского Бэтмена!), но, с другой стороны, тесно расставленная по всему полю охрана из чёрных существ с респираторами вместо физиономий тоже не являлась столь уж необходимой с точки зрения безопасности. Но их прислал Борщёв.

- Меня в чём-то обвиняют? - спросил Шатен, на что босс юридической фирмы ответил примерно так:

- Мы тебя едва вытащили ... - ответил Зет, - почти с того света!

Шатен, конечно же, промолчал. Если кто-то его и «вытаскивал» из этого проклятого города Зерокуля, то это была девушка по имени Барби. Не он — её, а она — его. Теперь он всё понимал. И неважно, кто она, - человек или робот.

- Кто ими руководил? Кто?!? - орал ему Константин Борщёв.

А кто?!?

Сотрудники ведомства остановили Шатена прежде, чем посадить его в старый тускло-оранжевый вертолёт Бо-105 немецкого производства. Вы спрашиваете, кто ими руководил?!? Никто. Или все подряд! Вам какой из ответов больше понравится? Или вам кажется, что у зла есть лицо и подробные биометрические данные?!? У него даже маски не было, поскольку оно не видело в ней никакой необходимости. «Это было повседневное зло в самом глупом облике», - пространно ответил ему Михаил Шатен. Он почему-то подумал, что его поймут и оценят, но «Зет»-Борщёв внезапно отошёл на пару метров, продолжая при этом цепко смотреть на него ... Очень странный взгляд. А потом был стремительный полёт в почти полной тьме, в ходе которого врачи усердно лечили боевые раны пассажира. Побывавших в аду они уже видели, да и сами бывали в нём по долгу службы, но им пока не приходилось видеть людей, чуть не ставших в аду королевскими особами. Об этих людях снимают «русские фильмы» и пишут в «жёлтых изданиях». Но лицо Шатена было одутловатым, как после продолжительной пьянки, и бесстрастным, как маска, - короче, совсем не героическим, а, скорее, усталым. Он что-то получил, подержал в руках, а потом утратил, притом столь же легко, как и обрёл. А ровно через неделю, бросив синее пальто на стул, он снова включил свой рабочий компьютер, немного поиграл в старый любимый «тетрис» и проверил электронную почту: а там что?!? Нет ли сообщений из прошлого? ... Скоро должно было исполниться сколько-то лет со дня его рождения, поэтому среди сообщений обнаружилось «солнышко» от бывшей жены, давно проживавшей в Испании. Она писала: «Мне так хорошо здесь!» Эх, видела бы она городок Зерокуль, и тогда ей даже Испания показалась бы недостаточно надёжным местом для проживания ... На фотографии она позировала с двумя рослыми псами породы доберман-пинчер и с каким-то собакоподобным мужчиной в красных шортах — бывшая жена «мента», ничего не попишешь!

Но вряд ли ей смогли бы помочь этот мужик и эти доберманы.

Бывают такие ситуации, когда человеку нельзя надеяться на пустые эффекты — например, на угрожающий вид, на большую машину в сплошной «листве» и тёмной бронировке, или на уйму бойцовых мужиков и атакующих собак «хватательной» породы. В этом случае ты должен превратиться в такого же «маэстро смерти», как и все твои противники, и только тогда все твои проблемы хоть как-то решатся.

Однако решатся ли? Кто знает!

Может, это только удвоит проблемы?

Михал-Николаевич набрал с мобильного свой домашний номер и, только удостоверившись, что никто не отвечает, с облегчением вздохнул — нет, всё в порядке! В этот момент смартфон легонько завибрировал, высвечивая чей-то длинный номер, но Шатен поспешил сбросить вызов, - отбой, на сегодня хватит ... «От тебя и так хотели слишком многого, дорогой!»

А за окном внезапно начался первый снег.

Почти зима.

В образовавшейся тишине Михаил Шатен невольно подумал, что в активном движении человек согревается, а в покое он становится холодным, как лёд, почти не думающим и полуживым существом с повышенными материальными амбициями. Но что из этого лучше — постоянно двигаться, как существо, которое потребляет стимуляторы, или находиться в самой полной физической неподвижности, как делает большинство людей?!? В первом случае ты как бы ищешь себе проблемы, а во втором проблемы как бы ищут тебя — вот и вся разница! И не вздумай изучать этикетки на тех напитках, которые принимаешь внутрь.

А то там может оказаться текст твоего смертного приговора.

«Не смешно как-то», - грустно подумал Шатен и на всякий случай ещё раз позвонил на свой домашний номер: а вдруг кто-нибудь в пустой квартире возьмёт трубку и ответит типично женским вопросом «Да-а-а?» ... И тогда можно считать, что чудеса - бывают! По всей видимости, кое-кто на нашей планете способен даже не на такие чудеса, не так ли? Но Она вряд ли это сделает. Это была бы сенсация.

Она тоже чудовище.

Внезапно тишину конторы нарушил шум автомобильного двигателя — это подъехал на «Мерседесе» Сергей Сергачёв, ещё один любитель спецэффектов и всякого «вспышкопускательства». С его появлением в офисе стало словно бы темнее, - есть у него «талант» сгущать тени, очень хороший талант для «силовика» и юриста! Сергачёв вёл себя так, будто в офисе никого нет. От его шагов буквально трясся весь пол, однако Шатен не стал высовываться из кабинета. Он и сам не знал, есть ли кто в офисе или никого нет. Когда он шёл по коридору, ему показалось, что некоторые кабинеты в столь поздний час всё-таки не пустовали. Вполне может быть. Уже не раз бывало, что кто-то оставался на ночь в своём кабинете. А Сергачёв носился, тем временем, как лошадь, по спящей и почти обесточенной конторе и быстро проверял работу сигнализации. «Ну, так он меня совсем не заметит!» - со смущением подумал Шатен и встал с кресла. Вечернее небо медленно затягивалось толстыми облаками. Он потянулся к жалюзи, но внезапно ему показалось, что он в кабинете — не один, что есть ещё кто-то, кто похож на него внешне и примерно так же одет. Михаил Шатен от неожиданности так и замер — с нелепо вытянутой рукой! Кто здесь? Его рекламный двойник, наверное?!? Но это было всего лишь его отражение в зеркале. Это был — он же, только «новый» после поездки в Зерокуль, - его лицо, его взгляд и тот же серый костюм служебного покроя, но совсем не прежний. «Я - настоящий, - с усмешкой подумал о он себе и ещё раз потянулся к телефону, - Сегодня я заеду к проститутке по имени Любовь, а завтра заставлю себя поискать новую работу! Верно?»

конец