аль-фирдаус

 
Вонзив в подкорку иглы коготков
на ветке шаткой птица корки мочит
так, что я бросил сон и ночь готов
стоять внимать, и кликать: «Твою мать,
чем не Эдем арабского халифа».
Мой соловей божественно лабать
сподобился и заливает лихо
коленце за коленцем в обертон,
лучащийся по заспанной округе.
Его Лилит сегодня  в масть супруги
войдет, да нет, влетит, уверен в том,
не устоит, уж слишком поц хорош.
Его мотивчик вызывает дрожь
у звезд  и те сияют стаей спичьей.
 Мне кажется, я знаю в аккурат,
зачем подослан в тихий мой  Джаннат
транслятор этот гипперакустичный.
Провинциальность млечного пути,
подчеркивая эдаким изыском.
Одним из лучших в длинном райском списке...
Недолгую, как майские цветы
прогулку в этом спазме красоты
нам дарят также, как Яхве семитам
скрижали на Синае в двух томах.
Чтобы пробились в мыслей кружевах
ростки о том, как всё здесь совершенно
и вечное и то, что в мире  тленно…
 
Попался я на яркий звук блесны
в тридцатом дне на дне моей весны.

30.5.19                8:07