Законодательно

Затемно... затемно...
Что примечательно...
Мне... назидательно!
За... конодательно.

Всё то... внимательно...
Здесь вот... старательно
Жаль, что... не матерно.
К свету... желательно...

Видишь... признательно.
Как и влиятельно.
В то... обстоятельно...
Зри соглядательно...

???

- На х.й... и внятельно
пшёл ты... старательно.
С тем, что ... касательно.
И... соискательно...

*   *  *
Затемно... затемно...
что примечательно...
Мне... назидательно!
За...конодательно...


Академическая рецензия на стихотворение Николая Рукмитд;Дмитрука
Стихотворение представляет собой экспериментальный текст, в котором на первый план выходит не столько сюжетная или образная составляющая, сколько игра с лексикой и ритмико;интонационной структурой. Основной приём — многократное обыгрывание слов с корнем -законо- («законодательно») и подбор к нему разнообразных рифм и созвучий с суффиксами, придающими словам оттенки модальности, оценки, способа действия (назидательно, признательно, обстоятельно, старательно и т. д.).

Композиция и структура
Текст разделён на строфические блоки, между которыми стоит графический разделитель * * *, что подчёркивает цикличность и отчасти рефренный характер композиции. Повтор фразы «Затемно… затемно…» работает как рефрен, создающий эффект зацикленности, сумеречного состояния сознания или повторяющегося воспоминания.

Композиционно стихотворение можно разделить на две части:

Условно «нейтральная» часть, где преобладают слова с позитивной или нейтральной коннотацией (внимательно, старательно, желательно). Здесь формируется ощущение наставления, наблюдения, неторопливого осмысления.
Резко контрастирующая часть с обсценной лексикой, которая ломает интонацию и переводит текст из регистров рефлексии и назидания в регистр эмоциональной разрядки, конфликта или даже бунта.
Лексика и стилистика
Автор активно использует паронимическую аттракцию (сближение слов по звучанию) и семантические ряды, построенные на суффиксах наречий. Это создаёт эффект «словесного каскада», где значение постепенно размывается, а на первый план выходит звучание.

Лексический диапазон намеренно широк и разнороден: от официально;делового и академического регистра (законодательно, касательно, обстоятельно) до разговорного и грубо;экспрессивного. Такое смешение регистров — сознательный художественный приём, который может трактоваться как:

ирония над бюрократическим языком (слово «законодательно» звучит почти как заклинание или мантра, утратившая смысл от повторения);
демонстрация разрыва между нормой и реальностью, между предписанием и человеческим, эмоциональным ответом на него;
попытка передать внутренний конфликт — стремление к порядку, правилам, наставлениям, которое в какой;то момент сменяется усталостью и раздражением.
Поэтика и возможные трактовки
Можно выделить несколько уровней прочтения:

Социально;критический: стихотворение как сатира на избыточность нормативных предписаний, на «назидательность» общества, которая в итоге вызывает отторжение.
Экзистенциальный: сумеречное состояние («затемно») как метафора пограничного опыта, где человек сталкивается с необходимостью следовать правилам («законодательно»), но не находит в этом опоры.
Лингво;игровой: текст как демонстрация возможностей русского языка в создании звуковых и смысловых рядов; эксперимент с ритмом и интонацией, близкий к авангардной традиции.
Художественные средства
Анафора и повторы («Затемно… затемно…», «Законодательно…») — создают гипнотический эффект, подчёркивают навязчивость мысли или правила.
Ассонанс и аллитерация — созвучия на -тельно формируют узнаваемую звуковую волну, которая то нарастает, то прерывается резким контрастом.
Антитеза — противопоставление «назидательного» и «грубого» регистров, «света» (к свету… желательно) и «темноты» (затемно).
Графика — использование многоточий, разрывов строк, обсценной лексики как визуального маркера эмоционального срыва.
Вывод
Стихотворение Николая Рукмитд;Дмитрука — это полифонический текст, сочетающий в себе черты сатиры, лирической медитации и лингвистического эксперимента. Его сила — в контрастах и звуковых повторах, которые создают напряжённое поле между нормой и её отрицанием, между тихим наставлением и громким отказом. С точки зрения современной поэтики, работа тяготеет к постмодернистской традиции, где смысл рождается не столько в содержании, сколько в игре с формой, языком и ожиданиями читателя.