Давайте лучше ничего неДеять

АНТИ-коммерческий Проект
"ПСИХОДЕЛИКА или ПОЭТИКА ЧИСТОГО ЛИСТА"
http://pointalex.ru
============================================
Самое полное собрание всех клипов
с песнями на мои слова,
а также альбомов с оригиналами фотографий
путешествий по всему миру
на страничке сайта "ОДНОКЛАССНИКИ"
The BEST pointalex ПОЭЗИЯ https://ok.ru/pointalexbest 
блог-сайт «ПУТЕШЕСТВИЯ И ТВОРЧЕСТВО»
https://www.pointalex.com/
=================================================

            ***

Давайте лучше ничего неДеять -
В деЯниях мы слишком преуспели
СамонаДеянно, чего и не хотели,
Наделали делов... Не переделать...

Всех дел надЕянных уже не переделать...
Необратимость действий не измерить,
Не отменить, не оправдаться, не отплакать
Скулить, щетинясь... грызть,
и что-то в оправданье вякать...
Но только не вернуть и не вернуться...
Уснуть... и,
может быть, совсем иным проснуться
Или от сна, который наяву, вдруг пробудиться
С собой фальшивым... навсегда проститься
И никогда уже не попросить прощенья
За то что был... когда-то просто тенью....

Когда могла бы тень... до завершенья века
вдруг вспомнить, что была
когда-то Человеком....

Среда, 1 мая 2019 г.





#стихи #pointalex #видео


Это стихотворение построено на глубоком внутреннем конфликте, который раскрывается через несколько смысловых и звуковых пластов.
Ритмика и фонетика Текст написан акцентным стихом с переменным размером, что создает эффект сбивчивого, тяжелого дыхания или монолога человека в состоянии крайнего истощения. Ритм намеренно ломается переносами строк (enjambment), например: «Уснуть... и, / может быть, совсем иным проснуться», передавая паузы для размышлений и невозможность говорить гладко. Звуковая ткань густо насыщена аллитерациями (повторением согласных «д», «т», «н»), которые работают как глухие удары:
• Д/Т: Давайте — ничего неДелать — преуспели — саМонаДеянно — наделали — делов. Этот стучащий ритм буквально воплощает необратимость совершенных действий.
• Н: Наделали — надЕянных — отменить — оправдаться — отплакать — щетинясь — тенью — Человеком. Создает ощущение вязкой безысходности, от которой невозможно отстраниться. Ассонансы (О, У) добавляют тексту гулкости и тоски: проститься — просить — тень — Человеком.
Лексика и стилистические регистры Автор мастерски сталкивает высокий книжный слог и грубую разговорную речь. Это столкновение подчеркивает распад личности лирического героя:
• Философская абстракция: самонадеянность, необратимость, завершенье века.
• Физиологический натурализм: скулить, щетинясь, грызть, вякать. Слово «вякать» здесь работает особенно сильно — это резкое снижение регистра после попытки философского осмысления («не оправдаться»). Герой сам себя презирает за любую попытку защититься, обесценивая свои слова еще до того, как они произнесены. Глаголы физического самоуничижения (грызть, скрестись) переводят абстрактное чувство вины на уровень телесной муки.
Ключевые образы и символы
1 Тень. Центральный образ текста. Тень здесь лишена платоновской двойственности (где она лишь указывает на наличие тела). В этом стихотворении тень — это состояние посмертия при жизни, полная утрата субъектности. Она плоская, зависимая, неспособная отбросить собственное прошлое. Однако финал оставляет щель надежды: если тень способна вспомнить о том, что была человеком, значит, искра сознания все еще теплится.
2 Сон и пробуждение. Двойственный мотив. Сон выступает одновременно как эскапизм («Уснуть...») и как единственная доступная форма метаморфозы. Пробуждение мыслится не как избавление, а как новая травма — встреча с собой фальшивым. Желание «от сна, который наяву, вдруг пробудиться» говорит о том, что текущая реальность воспринимается как морок, но альтернативы ему нет.
3 Необратимость. Лейтмотив первой строфы. Анафора отрицаний во второй строфе («Не отменить, не оправдаться, не отплакать») выстраивает стену, в которую бьется сознание. Время в стихотворении нелинейно: есть тяжесть прошлого («делов»), бессмысленность будущего («до завершенья века») и отсутствие настоящего.
Грамматическая игра Особую глубину тексту придает авторское выделение заглавными буквами корней внутри слов: неДЕЯть — деЯниях — самонаДЕЯнно — надЕЯнных. Корень «-дея-» (от «действие», лат. agere) прошивает весь текст. Герой осознает, что его проблема именно в избыточном «действии» (или суете под видом действия), которое привело к катастрофе. При этом он жаждет недеяния, но даже эта мысль грамматически содержит корень отвергнутого им действия. Он заперт в самой лексике своего преступления. Слово «Человеком» в финале написано с заглавной буквы — это единственный акт творения в тексте, последняя точка опоры, попытка вернуть себе статус через номинацию.
Философский контекст Стихотворение вступает в диалог с классической темой экзистенциального кризиса:
• С понятием заброшенности у Жана-Поля Сартра: человек «заброшен» в мир своих поступков и несет за них абсолютную ответственность, которую нельзя делегировать.
• С идеей недосягаемости подлинности: желание «проститься с собой фальшивым» перекликается с поисками истинного «Я», однако трагедия в том, что граница между фальшивым и настоящим уже стерта самим фактом рефлексии.
• С христианским мотивом грехопадения: «наделали делов» звучит сниженной калькой первородного греха, последствия которого («не переделать») ложатся проклятием на существование.
В итоге перед нами герметичный текст о точке невозврата. Его трагизм заключается в том, что единственным доступным действием остается бесконечная, парализующая рефлексия. Путь назад закрыт физически («не вернуть и не вернуться»), а путь вперед невозможен психологически. Текст оставляет читателя в открытом финале: память о былой человечности становится единственной формой существования, которая заменяет саму жизнь. По сути, это развернутая иллюстрация состояния, когда вина перестает быть моральной категорией и превращается в физический закон вселенной лирического героя.
***
Это очень сильное, горькое и в то же время философски глубокое стихотворение — в нём звучит и усталость от собственных поступков, и боль от их необратимости, и отчаянная надежда на внутреннее преображение.
Что особенно цепляет в этих строках
• Мотив необратимости. Фразы вроде «Всех дел надеянных уже не переделать» и «Не отменить, не оправдаться, не отплакать» создают ощущение тяжёлого груза, который невозможно сбросить. Это близко к экзистенциальной теме, которую вы не раз поднимали в своих работах: человек сталкивается с последствиями своего выбора, и пути назад нет.
• Образ тени. «За то, что был… когда-то просто тенью» и «Когда могла бы тень… до завершенья века вдруг вспомнить, что была когда-то Человеком» — очень ёмкий символ. Тень здесь не просто отсутствие света, а утрата собственной сути, ощущение, что жил «не по-настоящему». И в финале — слабая, но важная надежда: тень может вспомнить, что когда-то была человеком.
• Контраст между «сна наяву» и пробуждения. «Уснуть… и, может быть, совсем иным проснуться / Или от сна, который наяву, вдруг пробудиться» — это попытка вырваться из привычного, искажённого состояния. Здесь чувствуется внутренний конфликт: хочется и спрятаться (уснуть), и освободиться (пробудиться).
• Резкость и честность интонации. Лексика вроде «скулить, щетинясь… грызть» и «вякать» придаёт стихотворению нерв, почти звериную напряжённость. Это не мягкая рефлексия, а болезненное признание, сказанное без прикрас. Такой подход хорошо ложится на ваш интерес к иронии и точности: здесь ирония скорее горькая, самообнажающая, а не развлекательная.
Как это перекликается с вашими прежними темами
Стихотворение напрямую продолжает ваши размышления о смысле жизни, внутренней борьбе и ощущении тупика. В нём есть и экзистенциальная обречённость, и тема памяти, и вопрос о том, кем человек был и кем стал — всё то, что вы хотели анализировать в своих текстах. По интонации оно близко к стихам о потерях и о взрослении: это не просто сожаление, а попытка осмыслить пройденный путь и найти точку опоры для нового начала.