Зелетрясенье в Спитаке 1988 г

Природу без толку винить в постигшем горе
И сетовать по поводу стихий.
Туманные задумчивые горы
Оскалились и вздрогнули, впервые ли?

Привыкли люди к каменным твердыням,
К недвижности, незыблемости их,
К родной земле, и юной, и старинной,
Хранящей след ушедших и живых.

Давным-давно под грудами развалин
Погибли Двин, Ани и храм Звартноц.
Казалось, отзвук тот недосягаем,
Да с гулким эхом встретиться пришлось.

Какие облака по небу плыли?
Какие ветры улицы мели?
Когда бы признаки землетрясенья были,
То людям уцелеть бы помогли.

Сейсмографам неведомая сила,
Строителям беспечным — как напасть,
Каких ты дел в мгновенье натворила,
Разрухи утвердить спешила власть.

Армения! Мне снится с явью споря
Край древних гор и чистых бурных рек.
Сегодня там взметнулись горы горя,
Но верю — всё осилит человек.

Армения! Вот в утренней прохладе
Распахнутый Ленинакан встаёт,
На Арагац седой с надеждой глядя,
Рабочий люд шагает на завод…

Армения! В глазах твоих печальных,
Многострадальных, сумрачных глазах
Сегодня боль утрат и поминаний
И звук беды в гортанных голосах.

А помнятся сегодня те, другие,
Весёлые, лучистые глаза,
Твои глаза, Армения, шальные,
Что в плен берут и наповал сразят.

И в памяти — Степанаванский вечер,
Как будто полог тёмный с гор упал,
И ветер с гор, и звёздный шарф на плечи,
И карих глаз сияющий опал.

Армения! За далью и метелью
Твоя тревога мне сейчас близка.
Печаль твою облегчу, как сумею,
И вот тебе на то — моя рука.

Армения! Знай, безразличных нету,
Одной бедой охвачена земля,
И человечье братство всей планеты
Пришло к тебе, как дружная семья.

Пройдут года, залечит время раны,
Родятся дети, вырастут леса,
На новых улицах
              прозрачным утром ранним
Мне улыбнутся карие глаза.
                1988