Подёнки

Обветрилось лицо,
                и руки заскорузли.
Я далеко хожу
                и редко говорю,
И слушаю, о чём
                толкуют с жаром угли,
И пристально смотрю
                на долгую зарю.

Мне подают сигнал
                несмелые потёмки,
Что время – на покой,
                что скоро – догорит…
Толкутся над рекой
                безротые подёнки,
Которым даден срок
                до утренней зари.

И чует этот срок
                мятущееся племя,
И свадебная ночь
                в поминки перейдёт.
Поскольку для любви
                даровано им время,
То и погибнуть им
                придётся в свой черёд.

А я глядел на них,
                и размышлял про выбор,
И взглядом провожал
                их вальса виражи,
И знал, что знают все,
                что мир, в котором вымер
Который-то из нас,
                не перестанет жить.

Я думал – выбор есть:
                работай как подёнщик,
И торопись успеть,
                и сдельно получай,
И в страхе, и в любви,
                и в суете подёнок
За насекомью жизнь
                испей свою печаль.

И выбор есть ещё:
                совсем не вскрыть конверта,
Пускай сгорит в огне,
                и с ним повестки срок,
И это значит жить,
                как будто ты – бессмертен…
А может быть, что так
                живёт и Отче-Бог.

             Из книги «Лицом к воде»