Кронштадтская баллада. 1917 - 1921 гг

Страна полумертва, измучена войной,
и, как не раз в России, власть валялась.
Власть взявши, удержать - нужна не малость,
а сила обладания толпой.
     Сложилось так, что Питер был забит
     чернобушлатной взрывчатою массой,
     и нужно до нутра её добраться,
     чтоб детонатор вставить в динамит.
Толпою алчущей нетрудно управлять.
И Разин это  знал, и Пугачёв Емелька:
возобладание – вот альфа и омега,
посул и лесть – вот аз тебе и ять.
     Умельцы знают, что лежит в основе:
     нет, не святой животворящий крест,
     не заповеди Боговы-Христовы,
     а интерес, кондовый интерес.
Текут слова, подобны вкрадчивой змее:
«Ведь вы крестьяне. Вам земля и воля –
вот что и нужно только на Земле.
А Бога – нет. И всё самим дозволено,
и к чёрту бредни о добре и зле…»

     Страну корёжит – роды ли, агония?
     Над площадью гранёные клинки.
     Кто там талдычит: «Бог, присяга, Родина?
     Мол, к гибели ведут большевики?»
     У, эта сволочь золотопогонная!
     Приехали!  Кранты вам!! На штыки!!!
«Почто мы душегубствуем-то, братцы!?»
«Земля и воля! А ты как хотел?»
И в бухте мелководной близ Кронштадта
подводный лес заякоренных тел.
     Чужие классом - без суда убиты.
     "Земля и воля"-лозунг - гордо рей!

Посыл понятный - истребить элиту,
а в вожаки - горластых блатарей.
     Гремучей смесью – только искры ждут,
     рвануло  чтоб везде одномоментно,
     на раз готовые, по Питеру идут,
     обмотан каждый пулемётной лентой.
…Рвануло в ночь промозглую, осеннюю,
подобно всё сметающей волне.
Кровавой красно-белой каруселью
смерть вакханально прокатилась по стране…

…Страна – как если бы по ней прошла чума,
за две войны на сто веков как будто рухнув.
Бесхлебье, безработица, разруха,
и, что страшней, разруха в душах и умах.
     Фетиши все вдруг разлетелись в прах,
     вожди увлечены делёжкой власти,
     а исполнители, не павшие в боях,
     всегда политикам в обузу и опасны.
Свободный труд стал, оказалось, миражом,
свобода – умолчания фигурой,
народовластие - лютейшей диктатурой,
не пролетариата, он тут  не причём.
     Наивно вспоминать, как на заре
     бродил счастливый хмель в умах народа.
     Ты понимай, народ, что на дворе
     уж не апрель семнадцатого года!
Земля – народу?! Коль холОпей утвердить
в правах на им обещанное счастье,
тут бонзам смерть в момент! Их способ жить –
единственный - паразитировать на власти.
     Советам власть? Вне партий? Охренеть!
     Да эту ересь выбьет только смерть!
     И как заведено в среде бандюг –
     разборки однозначны: смерть. Каюк! 
     И в чьей башке возникли эти пунктики –
     узнает огневую мощь республики!
Героикой исполнясь, комсомол поёт:
«Нас бросала молодость  на кронштадтский лёд».
А былые козыри в колоде революции
кровушкой по ноздри, дО смерти упьются.
     Мятеж не может кончиться удачей. Тогда он называется иначе.
     Тогда он Революцией Великой навек в анналах будет обозначен.


Рецензии