Жасминовые духи Жанны Петровны

     Почему  у неё перестали приживаться цветы? Ведь она их с детства умела выращивать. Ещё пятилетней малышкой ловко ковырялась серебряной бабушкиной вилкой в земле, высаживая рассаду из еловых шишек (за что шлепанной была, но дело жизни не предала). Ещё в юности она пыталась реанимировать таблетками аспирина подаренные пылкими поклонниками букеты, слезно умоляя не дарить ей свежесрезанные трупы (поклонники приучились преподносить ей  цветы в горшках, и даже деревья- Жанна умилялась).
А муж Жанны Петровны отличился особо. Он перестроил под самую настоящую оранжерею застекленную веранду их старой квартиры. В оранжерее были установлены фитолампы, закуплены горшки и удобрения.  Когда, наконец-то, завезли постояльцев, радовался не меньше ее:
- Цветок! Ты сама как настоящий цветок и шарман! -  подарил ей флакончик жасминовых духов.
И вот, почему-то, с этого момента  начались неприятности: цветы чахли,  сохли и, как будто бы, пытались сбежать. Во всяком случае, так Жанне казалось. Они цеплялись своими усиками за каменную кладку и вились прочь. «Хоть чучелком, хоть тушкой», хоть гербарием сушеным.
-Бедные мои - причитала Жанна Петровна - не подходит им место!

      Почтенная супружеская чета сменила квартиру с окнами на cевер на квартиру с окнами на юг, затем на запад, восток. Не помогало. Цветы все так же были погружены в  глубокий депресняк. И даже старое лимонное дерево стало отклоняться в сторону двери.
      Может, виноваты паразиты? После того, как был проверен каждый листочек дивного сада Жанны Петровны и выявлены  все подпольные норки вредителей, депортации были подвергнуты три дерзкие гусеницы и один полудохлый  червь. Радуйтесь освобожденные жители. Но не тут-то было.  Сад выглядел уныло. Похоже, что миграционные карты на этот раз уже готовились заполнять даже неприхотливые кактусы.
Жанна Петровна начала ставить  виниловые пластинки с музыкой Моцарта. Но теперь уже перестал  выдерживать муж. Даже самые возвышенные, гармоничные мелодии, проигранные триста пятьдесят раз за одни сутки,  доводили до зубной боли и предынфарктного состояния.
- Радость моя, а ты не боишься, что теперь начну убегать я? Возможно, в мир иной?
Охнула Жанна Петровна. Оставила эксперименты. Все же супруг важней.

***
     Под землёй,  тем временем, раздавались азбукой Морзе  торопливо щелчки. В воздухе можно было уловить нити тревожных разговоров. Запахи передавались как сплетни.
-Воздух прогрет. Влажность оптимальная. Уровень минералов в почве пригоден для поглощения -  рапортовал бодро Певунчик Багряный. Но кто же певунчиков слушает!
- Вы слышали?! Вновь Нечто вторглось. В самый маргаритковый закуток да и ещё к петуньям залезло.
- Да что вы! Большие повреждения?
- Нет повреждений. Нет повреждений. Но уровень опасности высок.
- Высок...высок...- прощелкали опять азбукой Морзе корни Башмачка Душистого от старого древа к молодой поросли.
- Враг не пройдёт. Лаптями закидаем - выпустила едкие молекулы поросль.

- И для кого моя красота? Сгубите ведь. Эх, шмелики, ко мне. Ни одного ведь нет – нежно призывал шмелей чей-то аромат.
- Спрячь свою бутафорию -  советовала Жижма серая цветку Орхидеи, замаскировавшемуся под самку пчелы.
Но Орхидей Офрис не сдавался:
- О, этот запах опасности! На кого напали?
- Неизвестно. Кто воздух испортил?

Потрескивали корни. Работал корневой интернет. Решили послать в разведку Горошек. Но, пока тот доползет до вершины своего колышка-опоры... вечность, короче, пройдет.
- Но кто-то же сигнализировал, корень ему в пестик,  что жуки напали?
      В переговорах возникла пауза. А затем, единым корневым толчком, единым фонтаном молекул прозвучало:
- Это – оно! Это - Нечто!
       Ужаснулись.
      И вот, будто бы услышав, Нечто незамедлительно явилось сразу всем. Не нужно было обсуждать! Сидели бы тихо!

Оно приплыло в радужно влажном воздухе нового утра и источало опасность.
Первыми дрогнули листья фикуса. Нечто покрыло водяной пленкой упругие зелёные листовые пластинки.
- Насекомыши!!!!! Жесткокрылыши!!!!!! - взвыло пространство вокруг.
- Это не я!!! - пытался вскрикнуть фикус, но его не слышали.
- Хрямчики кусючие!!!! Спасайся,  кто может! Грядут щекотухи лапчатые!!! – Нечто переместилось от фикуса к Гортензии Пугливой и пролилось на неё дождём.
Вьюн Средиземноморский попытался ещё сильнее впиться усиками в свой колышек-опору,  но его насильно оторвала невидимая сила, запахом прошептав:
- Закуськают! Тобой насекомыши закусят! - и закрутила бедолаге усики в другую сторону.
     Приподнялся вазон с Мокрым Ванькой: - И-ш-ш ты! Жужжать будут, листья пожирая! - вазон опустился на другой стороне стола: - Прячьтесь,  Прячьтесь! Яды выделяйте! Много их будет. Их с собой веду вам на беду!

Невидимые насекомыши роились вокруг Нечто. Но не было слышно жужжания крыльев. Бестелесная свита непреодолимого страха:
-Выжжжживай!!!! - поколупалось  оно в земле вокруг Орхидея Офриса.
- Стыдоба! До самых корней добрались! Да это же почти изнасилование! Насекомыши членовредят - тот взвизгнул.
- Своих теряем!- Жижма Серая первой пустила ядреный запах - Пли!!!
 
Синильной кислотой, ядом - артиллерия.
 Затем поднялись пики колючек. Некоторые особи пытались привлечь запахом насекомых-телохранителей. Но в оранжерею те добраться так и не смогли.
  Настурции настойчиво готовили для телохранителей взятку в виде сладких шариков нектара. Когда никто на помощь не явился, взятка была увеличена втрое, но безуспешно.
- Жаль, подмога не пришла -  вздыхал Риппенпендропен Прекрасный.
Щелкали электрическими  разрядами корни. Водосбор предъявил для обороны древний труп врага. Труп должен был своей вонью отпугнуть противника. Но так как был древним, от него осталась лишь хитиновая оболочка да четыре засохшие  лапки.
      - Где же,  где же... эти жужелки? - текла по стеблям липкая смола, готовясь затвердеть.
Те, кто позловонней и покислей - держали стойкий нейтралитет и особо не парились.
Ужасающее Нечто, тем временем, обрывало сухие ветки Каланхое. Длинною рукой вытянуло из-под корней Водосбора хитиновые останки врага. Меняло все на свой лад. И когда вдруг отшумел нечаянный сквозняк из открытой двери, так же внезапно  исчезло.
-Победа? - недоумевал Певунчик Багряный - Победу трубить?
- Надолго ли - хорохорилась Жижма.
- Шмелики мои, мы таки победили!-  радовался Орхидей,  качая искусственной пчелой на своей голове.
       Водосбор надменно расточал яды.  Он ждал новую жертву.
- Где запах? Кого ловить?-  но постепенно исчез даже запах опасности. Растения успокоились. И забыли всё. До следующего раза.
***
Жанна Петровна была сегодня очень огорчена.  Несмотря на все усилия, её любимые питомцы продолжали чахнуть.  Столько сухих листьев. Шутка ли. Водосбор совсем охотиться перестал. Жижма пожелтела.  Группа вьюнков вообще как-то странно вцепилась в свои колышки, не оторвать. Да и вообще, при входе в оранжерею какая-то общая напряженность чувствуется. Как в джунглях,  при приближении хищника. Вздохнула: вот только аромат любимых жасминовых духов успокаивает. Брызнула на себя из флакончика метилжасмонатом и на работу пошла.

***
        Метилжасмонат - жасмоновая кислота, которая выделяется растениями в случае нападения на них насекомыми. Служит сигналом тревоги для других растений. Люди же используют метилжасмонат для воссоздания аромата жасмина в парфюмерии. Как в таком случае нас воспринимают растения?


Рецензии