Свет и тени
они теперь везде изобразились,
и разницы огромной больше нет,
все бедами подобий заразились,
а значит, и Единый отомщён,
прочувствован в себе любым и каждым,
поэтому любим любой, прощён,
отпущен и насыщен в точке жажды,
свободного отнюдь не уловить,
и сам не ищет жертвенной добычи,
ни мёртвой пыли, ни живой травы,
ни коршуна ума над сердцем бычьим,
изсиня-светел взор и мирен глас
на весь ультраиндиговый атлас.
Свидетельство о публикации №119030606767