В смог душный, что внутри и рядом...

В смог душный, что внури и рядом
Клубится, заполняя жизнь,
Чистейше-ледяная правда
Спускалась нынче сверху вниз.

Лилась отвесно. Стыли звёзды
Над коченеющей зимой.
Все спали. Был один в морозе
С заиндевелой головой.

До треска. В стылом осознаньи,
Уравновешивая всех,
Мостом для дышащих созданий
Весы возникли, мерять грех.

Спокойно, просто и сурово
В бездонной ясности ночной
Тихонько шелестело слово
Итожа каждый вдох живой.

Была в итоге справедливость
И виден скорый приговор
Всему, что издревле родилось,
Всему, что дышет до сих пор.

Всему конец, итог, мерило,
Не увильнуть, не убежать.
И сколько бы всего не было,
Всё бесполезно, даже власть.

Любая власть костра и злата,
Меча, науки иль вина
Исчезнет с выдохом когда-то,
Туманом тёплой ласки сна.

И всё. Не будет продолженья,
Одежды стлеют, только суть
Нагая без опросов мненья,
Реклам, законов, словно ртуть.

Суть - есть конец перед порогом,
Осознования пути
И память в имени убогом,
С которым довелось дойти.

Сквозь страх безбрежный, изначальный,
Страх бъющий всех и вся вразмах,
При помощи бездушной стали
И душной лжи в больных мозгах.

И остро, беспощадно, ясно -
Всё так. Мелькнул, горел, отжил
Любой. Был звёздочкой прекрасной,
Мгновеньем в вечности светил.

А Сотворенье крутит звёзды
И те горят, цепляют вновь
За одеяло в тьме морозной
И дрожь доходит до основ
Нагой души. Всё ясно, тщетно.
И ищешь инстиктивно вновь,
Где ж в этой истине отвесной
Опора, плата, суть - любовь?

Дрожа, ищу успокоенье,
Хочу прижать хоть что к груди.
Обняв дрожащие колени,
Шепчу во сне.
Не уходи.