Буквы
давят на твои ладони белым конвертом,
с клеймом о прохождении двух границ.
Надорванный край застыл в вопросительном ожидании.
Десятилетием на твоей рубашки прострочены оторочки
цвета моих глаз, подернутых утренним светом,
вползающем из оконной рамы между двух сонных лиц,
со стертыми границами губ в застывшем слиянии.
Ты почерком пришпилен к бумажному пакету для слов,
скомканных в тебе хронической аритмией,
вызванной стертыми рифмами двадцать второй зимы.
Пальцы прожигают оболочку до содержимого.
На пульсирующей мысли в комнату врывается ловец снов.
Знакомым очертанием горизонт повисает над линией --
жирной кладкой карандаша по периметру тюрьмы,
нацарапанной холодной рукой для тебя, нелюдимого.
Позвонок влезает под ребро, сдерживая кисть.
Но никакая боль не властна над мыслями в ладонях.
Буквы рассыпаются по полу, скатываясь в щели половиц.
•
11 сентября 2009
Свидетельство о публикации №119022400506