Студенческое

Петербург вновь окрашен в загробную серость ("Здесь дожди перестанут лить только во сне!"). Среди листьев и тёмных тропинок у сквера чья-то лампочка всё не потухнет в окне.

Бледный парень с белками багрового цвета опрометчиво року перчатку швырнул – ведь начнётся экзамен с приходом рассвета, но был только сейчас брошен глупый разгул.

Он откроет конспект, когда сумрачный ветер разовьёт быстротечную времени нить, и в кофейную гущу залив энергетик, будет что-то всю ночь суматошно зубрить. В голове у него лишь одна только сцена, лишь один сюжет в мыслях скользит на цепи – как с волнующей дрожью в руках и коленях он застынет с зачёткой пред ликом судьбы, как Фортуна исчезнет с коварной усмешкой ("Почему я не начал учить с сентября?!").

Он начнёт листать тексты в неистовой спешке, но задремлет на кипе листов до утра; не услышав будильник ("обычное дело!"), он едва вырвет разум из созданных лент. И дотащит с трудом полусонное тело в электричку до центра в последний момент. Как, сверяясь с часами, взлетит из вагона, побежит, обгоняя толпу за спиной; заструится сквозь кеды вода с капюшона ("Мой курсач, к слову, так же пропитан водой!").

Но пусть будут, как струны, натянуты нервы, незабудки пускай расцветают у глаз – это юность от жизни студенческой первой в суетливой душе пробудилась, смеясь.