Очень страшная история

ОЧЕНЬ СТРАШНАЯ ИСТОРИЯ

Никогда не забуду, как юный и глупый,
Понимавший, что делал, едва ли,
Переспать я пытался с колдуньей
За околицей на сеновале.

Я приметил ее, когда только вошел,
Что за девушка там впереди?
Водопадом струился волос черных шелк,
Растекаясь по белой груди.

Необычной светилась она красотой
И  была здесь подобна загадке,
Как бывает, заметен, цветок полевой,
Случайно растущий на грядке.

Танцевали мы танго под разбитый баян,
Я пытался ее развлекать.
И в прокуренном зале ни один хулиган
Не мешал мне ее приглашать.

Не похоже то было на местных орлов,
Ведь не раз я бывал в переделках,
Приглашая девчонок из соседних дворов
К нам в беседку на посиделки.

Ну а тут все спокойно, но тревожит одно –
И с чего бы такой мне подарок?
Деревенские парни в ожиданьи  кино
Обнимали грудастых доярок.

Мы выходим из клуба, вечер близок к ночи.
Только что-то завыло в овраге.
Но в кармане позванивают ключи
От студенческой нашей общаги.

И теперь, видно, будет проблема одна,
Куда на ночь отправить соседа.
А над нами тревожно светила луна
Своим белым, загадочным светом.

Был июня, я помню, тринадцатый день,
Окончанье рабочей недели.
Черный кот ниоткуда заскочил на плетень
И с осины вороны взлетели.


Никуда уже дальше я с ней не пошел.
Эх, немного задуматься мне бы,
Я укромное место в стоге сена нашел
Под крышею звездного неба.

А она соблазнительна, но холодна,
Словно есть между нами преграда,
Говорила: «Как долго уже я одна»,
И шептала: «А может не надо?»

Как не надо, когда я весь рвусь изнутри,
Когда ты вся горишь ожиданьем,
Когда есть все, что надо для ночи любви:
Сеновал, тишина и желанья.

И я нежно целую упругую грудь,
По бедру опускаюсь рукою.
Но мой друг, что готов был железо проткнуть,
Загрустил и поник головою.

И чем ближе я к ней, тем слабее горит
Бушевавших желаний огонь.
А она вдруг расплакалась и говорит:
- Знаешь, лучше меня ты не тронь.

И она рассказала, что жила с детских лет,
Да и жить продолжает поныне,
В доме тетки–колдуньи, знавшей секрет
Красоты, недоступной мужчине.

Красоты, что с годами все сильней и сильней
Телом, голосом и обаянием,
Красоты, что всю жизнь, до скончания дней
Будет только ее достоянием.

И заклятие это навеки и впредь
Стало выдумкой или причиной,
Что кому и удастся с ней близость иметь,
Тот с другой уж не будет мужчиной.

Было правдою это или глупый навет,
Несмотря на ее красоту,
Деревенские парни уже много лет
Обходили ее за версту.

Хмель желанья во мне в ту минуту пропал,
Но явивши достойную смелость,
Я не бросил ее, я тогда не сбежал,
Хотя честно признаюсь, хотелось.

И все так же зловеще светила луна,
Шел за ней я немного в сторонке.
Было ей тридцать пять, как сказала она,
А на вид, ну девчонка девчонкой.

Вот  с началом рассвета появилась тень
И зарю петухи нам пропели.
Канул в сумрак июня тринадцатый день,
Окончанье рабочей недели.