Мы говорим на рыбьем языке,
на немоте, на той беззвучной ноте,
которой в нотном стане не найдёте,
которую ни я, ни ты, ни те,
кто слышит нашу рыбью перекличку,
не примут за понятный говор птичий.
Ну что сказать: ни слова в простоте.
Мы среди рыб проходим по статье
"уже не люди, но ещё не рыбы",
русалками, наверно, стать могли бы,
но не умеем плавать на хвосте.
Отказываясь от людских обличий,
мы нарушаем рыб уклад привычный,
вот и плывём в итоге в пустоте.
Как субмарины на подводном дне
мы освещаем горестно друг друга,
и рыбьим глазом, выпученным туго,
на нас всё море пялится извне.
А мы дрейфуем в чёрной глубине
и всплыть наверх не можем от испуга,
что мы ни здесь, ни там, не ты, не мне.
Как там у Башлачева? - “Несчастная жизнь, она до смерти любит поэта.» Да, но именно она делает поэта поэтом, увы. На эту тему и опера «Сказки Гофмана».
Марина, меня не удивляет, что ЭТИ отклонили Ваше стихотворение, но Вы разве до того не посмотрели, что и как они сами пишут? То, что Вы чувствуете и понимаете, им просто ни чувствовать, ни понимать не дано. Вопрос о судьях всегда ключевой и принципиальный в любом конкурсе, как и на любом судилище. А Сеть позволяет любому провинциалу по мировоззрению средней руки пробиться в гуру и вершители судеб. Хотя и вне Сети сейчас такая же ситуация. Мне очень жаль, а Вы не принимайте близко к сердцу и возделывайте свой сад. Не помню чьё: «Следуй своей дорогой и пусть люди говорят, что угодно.»
Я всё-таки думаю начать издавать альманах (если в электронном виде, то совсем не дорого получается). Но одной не поднять организационно. Давайте обсудим не здесь.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.