С. Рабинович

            
Зачем стихами навеваешь грусть?
От музы ждет иной отдохновенья,
а получает треволнений груз
и беспокойное души томленье.

Зачем вбираешь всю печаль и боль
и близко к сердцу принимаешь
                данность,
всерьез ли,  в шутку ткешь сомнений
                рой,
«смешны» ли вправду «сердце,
                нежность, жалость»?

Зачем честна пред миром и открыта
и не боишься даже «черной правды»,
у большинства она всегда укрыта,
как засекреченные штабом карты.

Зачем любовь распяла на кресте
и рано « гасишь за собой свечу»?
Тебя немало ждет еще дестей
для новых строк, что не срубить мечу.

Предполагаю, что ответ простой-
поэт - особость, из другой вселенной.
Мы в этом мире только на постой,
он – наконечник у стрелы мгновенной,
разящей  бездуховность и застой;
певец мечты и красоты нетленной.

«И между первым днем и днем
                последним»,
«ночные посиделки», как страда,
и строки, выстраданные, пучком
                соцветий,
« на чашу упадут весов» Суда.