В безумном цирке

Пьяный клоун за кулисы
Удалялся снова, снова,
Рисовал свои афиши
И без капли алкоголя

Он чертил и улыбался
Красной краской по листам,
И наверно он боялся,
Потому что весь дрожал.

Он не пьяный, что вы?
Просто что-то наболело,
Он больной уставший клоун,
Что сойти хотел с манежа

И под бурные овации
Не долетев уже разбиться,
Что б смеялись, а не плакали
Посетители родного цирка…

Вот тогда наступит счастье,
Когда почтенный столь месье
Подойдёт и рядом сядет
В своём бархатном плаще.

Но такое будет вряд ли
И не усмехнётся он не разу,
И наверно в лице с театра
Найдёт замену до показа…

Но пока живой ужасный клоун,
Он живой, но умирает
Завернёт за угол дома
И детишек напугает.

Это страшная работа-
Похищать несчастных деток…
Вылезал он из болота,
Но забрался прямо в клетку.

Есть месье и он хозяин,
Ты работаешь лакеем
Кашель твой-он схожий с лаем
Ты человек, но цепь на шее,

Ярость жаркая в глазах
Пульсом, бешенным по венам…
Ты похожий так на пса,
Что бойцовский на арене.

Но хозяину ты предан
Он любимый, он спаситель
От того несчастных деток
Ты любил и ненавидел,

От того ты словно пьяный
Резал стёклами лицо,
Кровь сливается в румяны,
Грим скрывает твоё зло.

Ты желаешь, что б в бензине
Родной цирк с тобой сгорел,
Но мечтаешь, что б любимый
Твой хозяин снова пел.

Что бы цирк ваш был на радость,
А не зрелище толпы,
Как там рвут и истерзают
Тех, кто, ранен и в пыли!

Но хозяин будет бить,
А толпа тебя боится
Где же место тут найти,
В этом страшном милом цирке?

Снова выход. Ты в гримёрке.
Только все пойдёт не так,
Ты повиснешь на верёвке,
Всем покажешь, что хотят…

Ты выходишь на арену,
Сдерживаешь кашель,
Вот петлю нервозно сделал,
И закрепил ее под шаттл.

И под купол дорогого цирка
Ты поднялся на страховке
Поплыли пред взором лица,
Все смешалось, стало блёклым.

Ты страховку не колеблясь,
Отстегнул и отпустил,
И лишь месье под занавесом
Ты искал. Не находил.

Вот придет старуха-смерть,
И затянет как ошейник,
Ту петлю, что словно цепь
Обнимает твою шею.

Но подвох узрели люди,
И собрались на арене,
Они к тебе тянули руки,
С петли снимая неумело.

Хохотал ты, задыхаясь,
Увидев в лике равнодушье,
Это был ведь ТВОЙ хозяин,
А кто-то выкрикнул: «В психушку!»

Больной клоун словно пьяный
Рисовал свои афиши,
Губы бледные, как глянец
Шептали что-то дождя тише.

И упёршись лбом в решётку,
Смотрит в мелкое окно,
Слюна течёт по подбородку,
Только как-то всё ровно.

И в одном есть только радость,
Когда в угрюмую больницу
Месье приносит что-то в сладость,
На кровать к нему садится.

Иногда он утешает,
Иногда смеются хором,
Иногда они рыдают,
Вспоминая всё былое.

Он гладит клоуна рукою,
Тот положит голову на грудь
Хозяин ласково напомнит,
Что заберёт когда-нибудь,

Что принесёт он в цирк билеты,
Будут в месте хохотать,
Всё это будет, будет это,
Только надо подождать.

Потом выходит за ворота
И исчезает без следа.
Куда месье бредёт? Далёко?
Клоун сядет у окна.

Он с тоской закроет очи.
Вот месье бредёт по скверу,
Наконец-то друг хохочет,
Только утро- это скверно
Просыпаться шут не хочет.


Рецензии