Последнее письмо

Я Вас приветствую, Катрин.
На этот раз пишу из Вены.
И в этом городе равнин
Мне помогают даже стены.

Вчера смотрел, как балерин
Кружился рой по старой сцене.
Потом купил я Вам кувшин…
Но вот отправить – не умею.

А до того смотрел я мир…
Меня тепло встречали шведы.
Потом отправился в Берлин,
Но не осилил там беседы.

И не добрался до Курил,
Хоть и держал в руках билеты.
Так и не видел вечных льдин,
Но это маленькие беды…

И, кстати, вра;ки то, что в Рим
Ведут дороги все на свете...
Вы не поверите, Катрин, –
Я охладел ко всем газетам.

И не писал я здесь картин,
И даже рад я переменам…
Я энный год живу один,
Но не касаюсь этой темы.

Наверно, помните, как был
Я увлечён слегка Еленой?
Но не помог мне этот клин,
И в этот клин я уж не верю.

А на лице полно морщин –
Вслед за душой стареет тело.
Я по ночам смотрю в камин
И вспоминаю все мгновенья.

И помню то, как «господин»
Вы называли в Куршевеле.
Как собирались вместе в Рим,
И как сгубил я всё изменой.

И как добавил Вам седин
Я этой выходкой в апреле.
И как без слушанья причин
Вы за собой закрыли двери.

И то, как в городе витрин
Вы через год вдруг заболели.
И как покинули Вы мир...
И как я лез тогда на стены.

И то, как долго-долго пил,
Как ненавидел все бордели.
Как по ночам я громко выл,
И как хотел вернуть я время.

И как холодных двадцать зим
Я погибал от сожалений…
И вот теперь, моя Катрин,
Я к Вам иду из старой Вены.