Евгения Онегина

По поэме А.С.Пушкина

 Друзья , читатели мои ,
Примите трепетно сей труд ,
За слог и вольности свои ,
Меня  не сбрасывайте в пруд .
Здесь , шутки ради я пишу ,
И славы бранной не ищу ,
Поэту низкий мой поклон ,
За то , что сердцем думал он ....

Глава первая .

1
Родная тетя , редких правил ,
Не в шутку с хворью залегла ,
И здравый ум ее оставил ,
Родных , призвать к себе смогла .
Ее пример , другим наука ,
Но , боже мой какая скука ,
С больной сидеть и день и ночь ,
Не отходя ни шагу прочь !
Какое низкое коварство ,
Полуживую забавлять ,
Ее подушки поправлять ,
Печально подносить лекарство ,
Вздыхать и думать про себя ,
Когда же черт возмет тебя !

2
Не бойся черта , бойся беса ,
В пыли , летя на почтовых ,
Так думала слуга Зевеса ,
Наследница своих родных .
Друзья Людмилы и Руслана ,
Она , герой сего романа ,
Без предисловий , сей же час ,
Позвольте познакомить вас :
Онегина , уж не браните ,
Роди'лась на брегах Невы ,
Где , может быть , роди'лись вы ,
И память добрую храните ,
Там некогда гулял и я ,
Полезен север для меня .

3
Служил отлично - благородно ,
Долгами жил ее отец ,
Давал три бала ежегодно ,
И промотался наконец .
Судьба  Евгению хранила ,
Сперва Madame за ней ходила ,
Потом Monsieur ее сменил ,
Ребенок был резо'в , но мил .
Monsieur L'Abbe , француз убогой ,
Чтоб неизмучилось дитя ,
Учил ее всему шутя ,
Не докучал моралью строгой .
Слегка за шалости бранил ,
И в Летний сад гулять водил .

4
Когда же юности мятежной ,
Пришла Евгении пора ,
Пора надежд и грусти нежной ,
Мonsieur прогнали со двора .
Онегина , хвала свободе !
Власа уложены по моде ,
И модницы приняв обет ,
Ступила твердо в высший свет .
Так , по французски совершенно ,
Могла ругаться и писать ,
Легко мазурку танцевать ,
И кланяться непринужденно .
Чего вам больше ? Свет решил :
Всяк чин пред ней, учтив и мил !

5
Мы все учились понемногу ,
Чему - нибудь и как нибудь ,
Так воспитаньем , слава богу ,
У нас не мудренно блеснуть .
Онегина , по мненью многих ,
( Судей решительных и строгих ) ,
Имела счастье , к черту страх ,
Педанткой быть во всех делах .
Без принужденья в разговоре ,
С ученым видом знатока ,
Таить молчанье в важном споре ,
Всего коснуться лишь с легка .
И привлекать к себе мужчин ,
Влюбленным взглядом , без причин .

6
Латынь из моды вышла ныне ,
Так , если правду вам сказать ,
Она вникала по-латыне ,
Чтоб эпигра'фы разбирать .
Потолковать об Ювенале ,
В конце письма поставить vale ,
И помнить , хоть не без греха ,
Из Энеиды два стиха .
И рыться не было охоты ,
В хронологической пыли ,
Бытописания земли ,
Но дней минувших анекдоты ,
От Ромулы до наших дней ,
На памяти хранит своей .

7
Высокой страсти не имея ,
Для звуков жизни не щадить ,
Однако , ямба от хорея ,
Не знала способ отличить .
Бранила часто Феокрита ,
Труды взахлеб , читала Смита ,
Была глубокий эконом ,
Могла судить всегда о том ,
Как государство богатеет ,
И чем живет и почему ,
Не нужно золото ему ,
Когда простой продукт имеет .
Отец понять ее не мог ,
И землю отдал под залог .

8
Хочу сказать вам не от скуки ,
Одну деталь , не для науки ,
Не зря моя Евгения ,
Горит свечою гения !
Что было для нее измлада ,
И труд , и мука , и отрада ,
Что занимало целый день ,
Ее тоскующую лень , -
Была наука страсти нежной ,
Которую воспел Назон ,
За что страданьем кончил он ,
Свой век блестящий и мятежный .
В Молдавии , в глуши степей ,
В дали Италии своей .

9 (отсутствует)
10
Она могла так лицемерить ,
Таить надежду , ревновать ,
Разуверять , заставить верить ,
Казаться мрачной , изнывать .
Являться гордой и послушной ,
Внимательной иль равнодушной ,
Когда язык красноречив ,
То в чаще ворон молчалив !
В сердечных письмах сокровенно ,
Умела так забыть себя ,
Одним дыша , одно любя ,
Была душою откровенна .
Стыдлива часто и порой ,
Послушно плакала слезой .

11
Умела в час казаться новой ,
Шутя невинность изумлять ,
Пугать отчаяньем готовым ,
Приятной лестью забавлять .
Ловить минуту умиленья ,
Невинных лет предубежденья ,
Умом и страстью побеждать ,
Невольно ласки ожидать .
Таить и требовать признанья ,
Подслушать сердца первый звук ,
Преследавать любовь , и вдруг ,
Добиться тайного свиданья ...
Оставшись с ним наедине ,
Внимать уроки в тишине !

12
Увы , она могла тревожить ,
Сердца красавцев записных ,
Когда ж хотела уничтожить ,
Соперниц ревностных своих .
Могла язвительно злословить ,
Им сети крепкие готовить ,
Но вы , блаженные мужья ,
С ней оставались вы друзья :
Ее ласкал пиит лукавый ,
Фабласа давний ученик ,
И недоверчивый старик ,
И рогоносец величавый ,
Всегда довольный сам собой ,
Своим обедом и женой .

13, 14, (отсутствуют )

15
Она с утра еще в постеле ,
А к ней записочки несут ,
Что ? Приглашенья ? В самом деле ,
Три дома на вечо'р зовут .
Там будет бал, там детский праздник ,
Куда идти ? Скажи проказник ,
Куда поехать ? Все равно :
Везде поспеть не мудрено .
Покамест в утреннем уборе ,
Надев широкий боливар ,
Она ступает на бульвар ,
И там гуляет на просторе .
Пока недремлющий брегет ,
Ей не позвонит на обед .

16
Темно : в санях она ютится ,
" Пади , пади ! " - раздался крик ;
Морозной пылью серебрится ,
Ее песцовый воротник .
К Talon , примчалися в отчаяньи ,
Там ждет Каверина в молчании ,
Вошла : и пробка в потолок ,
Вина кометы брызнул ток ;
Пред ней roast - beef окровавленный ,
И трюфли , роскошь юных лет ,
Французкой кухни лучший цвет ,
И Страсбурга пирог нетленный .
Меж сыром лимбургским живым ,
И ананасом золотым .
 
17
Еще бокалов жажда просит,
Залить горячий жир котлет ,
Но звон брегета им доносит ,
Что новый начался балет .
Театра злое наказанье ,
Не часто жалует вниманьем ,
Очаровательных актрис ,
Гражданка строгая кулис ,
Онегина летит к театру ,
Где каждый , вольностью дыша ,
Готов охлопать entrechat ,
Обшикать Федру , Клеопатру ,
Моину вызвать для того ,
Чтоб только слышали его .

18
Волшебный край ! там в стары годы ,
Сатиры смелый властелин ,
Блистал Фонвизин , друг свободы ,
И переимчевый Княжнин .
Там Озеров невольны да'ни ,
Народных слез , рукоплесканий ,
С младой Семеновой делил ,
Там наш Катенин воскресил ,
Корнеля гений величавый ;
Там вывел колкий Шаховской ,
Своих комедий шумный рой ,
Там и Дидло венчался славой .
Там , там под сению кулис ,
Младые дни мои неслись .

19
Мои богини ! что вы ? где вы ?
Внемлите мой печальный глас :
Все те же ль вы ? другие ль девы ,
Сменив , не заменили вас ?
Услышу ль вновь я ваши хоры ?
Узрю ли русской Терпсихоры ,
Душой исполненный полет ?
Иль взор унылый не найдет ,
Знакомых лиц на сцене скучной ,
И , устремив на чуждый свет ,
Разочарованный лорнет ,
Веселья зритель равнодушный ,
Безмолвно буду я зевать ,
И о былом воспоминать ?

20
Театр уж полон ; ложи блещут ;
Партер и кресла - все кипит ;
В райке нетерпеливо плещут ,
И , взвившись , занавес шумит .
Блистательна , полувоздушна ,
Смычку волшебному послушна ,
Толпою нимф окружена ,
Стоит Истомина ; она ,
Одной ногой касаясь пола ,
Другою медленно кружит ,
И вдруг прыжок , и вдруг летит ,
Летит , как пух от уст Эола ;
То стан совьет , то разовьет ,
И быстрой ножкой , ножку бьет .

21
Под шум Онегина проходит ,
Идет меж кресел по ногам ,
Двойной лорнет скосясь наводит ,
На ложи изумленных дам .
Все ярусы окинув взором ,
Все видит : лица и уборы ,
- Ужасно ! вскрикнула она ,
Мужчин приветствуя с полна ,
Раскланялась , потом на сцену ,
В большом рассеянье взглянув ,
Отворотилась - и зевнув ,
Вдруг молвила : " Пора на смену ,
Балеты больше не терплю ,
Дидло , теперь я не люблю " .

22
Еще амуры , черти , змеи ,
На сцене скачут и шумят ,
Еще усталые лакеи ,
На шубах у подьезда спят .
Еще не перестали топать ,
Сморкаться , кашлять , шикать , хлопать ,
Еще снаружи и внутри ,
Везде блистают фонари ;
Еще , прозябнув , бьются кони ,
Наскуча упряжью своей ,
И кучера , вокруг огней ,
Бранят господ и бьют в ладони .
Опять Онегина одна ,
Домой поехала она .

23
Изображу ль в картине верной ,
Уединенный кабинет ,
Она , как образец примерный ,
Плохого вкуса в моде нет .
Все чем для прихоти обильной ,
Торгует Лондон щепетильный ,
И по Балтическим волнам ,
За лес и сало возит нам .
Все , что в Париже вкус голодный ,
Полезный промысел избрав ,
Изобретает для забав ,
Для роскоши , для неги модной , -
Все украшало кабинет ,
Онегиной , в осьмна'дцать лет .

24
Янтарь в шкатулке Цареграда ,
Фарфор и бронза на столе ,
И , чувств изнеженных отрада ,
Духи в граненом хрустале .
Гребенки , пилочки стальные ,
Прямые ножницы , кривые ,
И щетки тридцати родов ,
И для ногтей и для зубов .
Руссо ( замечу мимоходом ) ,
Не мог понять , как важный Грим ,
Смел чистить ногти перед ним ,
Красноречивым сумасбродом .
Защитник вольности и прав ,
В сем случае совсем не прав .

25
Быть можно дельным человеком ,
И думать о красе ногтей ,
К чему бесплодно спорить с веком ,
Обычай деспот меж людей .
Евгения держалась мнений ,
Боясь ревнивых осуждений ,
В одежде , шиком не блистать ,
Мужей от жен не отвлекать .
И три часа по крайне мере ,
Пред зеркалом наводит лоск ,
И затушив горящий воск ,
Подобна ветреной Венере ,
Одев вечерний свой наряд ,
Богиня едет в маскарад .

26
В последнем вкусе туалетом ,
Заняв ваш любопытный взгляд ,
Я мог бы пред ученым светом ,
Здесь описать ее наряд .
Конечно б это было смело ,
Описывать мое же дело :
Но пелерина , шаль , корсет ,
Всех этих слов на русском нет .
А вижу я , винюсь пред вами ,
Что уж и так мой бедный слог ,
Пестреть , гораздо б меньше мог ,
Иноплеменными словами .
Хоть и заглядывал я встарь ,
В Академический словарь .

27
У нас теперь не то в предмете ,
Как только месяц засиял ,
Тогда стремглав в ямской карете ,
Спешит Онегина на бал .
Перед померкшими домами ,
Вдоль сонной улицы рядами ,
Двойные фонари карет ,
Веселый изливают свет .
И радуги на снег наводят ,
Усеян плошками кругом ,
Блестит великолепный дом ,
По цельным окнам тени ходят .
Мелькают профили голов ,
И дам и модных чудаков .

28
Подъехала в карете к се'ням ,
Швецара мимо и стрелой ,
Бегом по мраморным ступеням ,
Власа расправила рукой .
Вошла . Полна народу за'ла ;
Музы'ка уж греметь устала ;
Толпа мазуркой занята ;
Кругом и шум и теснота ;
Бренчат кавалергарда шпоры ;
Летают ножки милых дам ;
По их пленительным следам ,
Летают пламенные взоры ,
И ревом скрыпок заглушен ,
Ревнивый шепот модных жен .

29
Во дни веселий и желаний ,
Я был от балов без ума :
Верней нет места для признаний ,
И для вручения письма .
О вы , почтенные супруги !
Вам предложу свои услуги ;
Прошу мою заметить речь ,
Я вас хочу предостеречь .
Вы также , маменьки , построже ,
За дочерьми смотрите вслед ,
Держите прямо свой лорнет !
Не то ...не то , избави боже !
Я это потому пишу ,
Что уж давно я не грешу .

30
Увы , на разные забавы ,
Я много жизни погубил !
Но если б не страдали нравы ,
Я ба'лы б до сих пор любил .
Люблю я бешенную младость ,
И тесноту , и блеск , и радость ,
И дам обдуманный наряд ,
Люблю их ножки ; только вряд ,
Найдете вы в России целой ,
Три пары стройных женских ног ,
Ах ! долго я забыть не мог ,
Две ножки ...Грустный , охладелый ,
Я всех их помню , и во сне ,
Они тревожат сердце мне .

31
Когда ж и где , в какой пустыне ,
Безумец , их забудешь ты ?
Ах , ножки , ножки ! где вы ныне ?
Где мнете вешние цветы ?
Взлелеяны в восточной неге ,
На северном , печальном снеге ,
Вы не оставили следов :
Любили мягких вы ковров .
Роскошное прикосновенье ,
Давно ль для вас я забывал ,
И жажду славы и похвал ,
И край отцов и заточенье ?
Исчезло счастье юных лет ,
Как на лугах ваш легкий след .

32
Дианы грудь , ланиты Флоры ,
Прелестны , милые друзья !
Однако ножка Терпсихоры ,
Прелестней чем -то для меня .
Она пророчествуя взгляду ,
Неоцененную награду ,
Влечет условною красой ,
Желаний своевольный рой .
Люблю ее, мой друг Зльвина ,
Под длинной скатертью столов ,
Весной на мураве лугов ,
Зимой на чугуне камина .
На зе'ркальном паркете зал ,
У моря на граните скал .

33
Я помню море пред грозою ,
Как я завидовал волнам ,
Бегущим бурной чередою ,
С любовью лечь к ее ногам !
Как я желал тогда с волнами ,
Коснуться милых ног устами !
Нет никогда средь пылких дней ,
Кипящей младости моей .
Я не желал с таким мученьем ,
Лобзать уста младых Армид ,
Иль розы пламенных ланит ,
Иль перси , полные томленьем .
Нет , никогда порыв страстей ,
Так не терзал души моей !

34
Мне памятно другое время !
В заветных иногда мечтах ,
Держу я счастливое стремя ...
И ножку чувствую в руках .
Опять кипит воображенье ,
Опять ее прикосновенье ,
Зажгло в увядшем сердце кровь ,
Опять тоска , опять любовь ! ...
Но полно прославлять надменных ,
Болтливой лирою своей ,
Они не стоят ни страстей ,
Ни песен , ими вдохновенных .
Слова и взор волшебниц сих ,
Обманчивы , как ножки их .

35
А , что Онегина ? Устала ,
Она , в постелю едет с бала ,
Рассвет окрасил град Петра ,
Дробь барабана бьет с утра .
Встает купец , идет разносчик ,
На биржу тянется извозччик ,
С кувшином охтенка спешит ,
Под ней снег утренний хрустит .
Проснулся утра шум приятный ,
Открыты ставни ; трубный дым ,
Столбом восходит голубым ,
И хлебник , немец аккуратный ,
В бумажном колпаке не раз ,
Уж повторял свой васисдас .

36
От шума бала утомилась ,
И утро в полночь обратя ,
Спокойно спит и сон ей в милость ,
Забав и роскоши дитя .
Проснется за полдень , и снова ,
До утра жизнь ее готова ,
Однообразна и пестра ,
И завтра то же , что вчера .
Но счастье редких вдохновений ,
Она свободна , в цвете лет ,
Среди блистательных побед ,
Среди вседневных наслаждений ,
Была она среди пиро'в ,
Посланница земных бого'в !

37
Но , рано чувства в ней остыли ,
Наскучил света , праздный шум ,
Поклонники , не долго были ,
Предмет ее привычных дум .
Измены утомить успели ,
Друзья , подруги , - надоели ,
Зачем ? во всем искать итог ,
Beef - steaks и страсбургский пирог .
Шампанской обливать бутылкой ,
И слушать глупые слова ,
Когда болела голова ,
Быть тихой , но душою пылкой ,
Ей надоели тут и там ,
Повсюду брань , да хохот дам .

38
Недуг , которого причину ,
Давно бы отыскать пора ,
Подобный а'нглийскому сплину ,
Короче : русская хандра .
Ей овладела понемногу ,
Иль , застрелиться , слава богу ,
Желанье было , но прошло ,
Вновь пониманье снизошло .
Уныла часто , голос томный ,
Так часто тянет ее в сон ,
И ни мазурка , ни бостон ,
Ни милый взгляд , ни вздох нескромный ,
Не занимало ничего ,
И было плохо оттого.

39 , 40 , 41, (отсутствуют)

42
Причудники большого света !
Всех вас , оставила она ,
И правда то , что в наши лета ,
Жизнь света , слухами полна ,
Хоть может быть , иная дама ,
Толкует Сея и Бентама ,
Но вообще их разговор ,
Несносный , хоть невинный вздор .
К тому ж они так непорочны ,
Так величавы , так умны ,
Так благочестия полны ,
Так осмотрительны , так точны ,
Так неприступны для мужчин ,
Что вид их уж рождает сплин .

43
И вы , красавцы молодые ,
Которых позднею порой ,
Уносят дрожки удалые ,
По петербургской мостовой ,
И вас Евгения забыла ,
К забавам бурным вдруг остыла ,
Одна в покоях заперлась ,
Зевая , за перо взялась .
Писа'ть хотела - труд упорный ,
Ей тошен был , но из сего ,
Не вышло право , ничего ,
И не попала в цех задорный .
Людей , о коих не сужу ,
Затем , что к ним принадлежу .

44
И снова , пре'дана безделью ,
Томясь душевной пустотой ,
Усе'лася - с похвальной целью ,
Себе присвоить ум чужой .
Ряды из книг теснили полку ,
Читала все , и нету толку ,
Там скука , там обман иль бред ,
В том совести , в том смысла нет .
На всех различные вериги ,
И устарела старина ,
И старым бредит новизна ,
Она оставила те книги .
И полку , с пыльной их семьей ,
Накрыла траурной тафтой .

45
Условий света свергнув бремя ,
Она , отстав от суеты ,
С ней подружился я в то время ,
Мне нравились ее черты .
Мечтам невольная преда'нность ,
Неподражательная странность ,
И резкий , охлажденный ум ,
Я был озлоблен и угрюм ;
Страстей игру мы знали оба ,
Томила жизнь обоих нас ,
В обоих сердца жар угас ,
Обоих ожидала злоба ,
Слепой Фортуны и людей ,
На самом утре наших дней .

46
Кто жил и мыслил , тот не может ,
В душе не презирать людей ,
Кто чувствовал , того тревожит ,
Призра'к невозвратимых дней .
Тому уж нет очарований ,
Того змия воспоминаний ,
Того раскаянье грызет ,
Все это часто придает ,
Большую прелесть разговору ,
Сперва Онегиной язык ,
Меня смущал , но я привык ,
К ее язвительному спору ,
И к шутке , с желчью пополам ,
И злости мрачных эпиграмм .

47
Как часто летнею порою ,
Когда прозрачно и светло ,
Ночное небо над Невою ,
И вод веселое стекло ,
Не отражает лик Дианы ,
Воспомня прежних лет романы ,
Воспомня прежнюю любовь ,
Чувствительны , беспечны вновь ,
Дыханьем ночи благосклонной ,
Безмолвно упивались мы !
Как в лес зеленый из тюрмы ,
Перенесен колодник сонный ,
Так уносились мы мечтой ,
К началу жизни молодой .

48
В душе разор и сожаленье ,
И опершися на гранит ,
Невы , свободное теченье ,
Онегина в молчаньи зрит .
Все было тихо , лишь ночные ,
Перекликались часовые ,
Да дрожек отдаленный стук ,
С Мильонной раздавался вдруг ;
Лишь лодка , веслами махая ,
Плыла по дремлющей реке ,
И нас пленяли вдалеке ,
Рожок и песня удалая ...
Но слаще , средь ночных забав ,
Напев Торкватовых октав !

49
Адриатические волны ,
О Брента ! нет , увижу вас ,
И , вдохновенья снова полный ,
Услышу ваш волшебный глас !
Он свят для внуков Аполлона ,
По гордой лире Альбиона ,
Он мне знаком , он мне родной ,
Ночей Италии златой .
Я негой наслажусь на воле ,
С веницианкою младой ,
То говорливой , то немой ,
Плывя в таинственной гондоле ,
С ней обретут уста мои ,
Язык Петрарки и любви .

50
Придет ли час моей свободы ?
Пора , пора ! - взываю к ней ,
Брожу над морем , жду погоды ,
Маню ветрила кораблей .
Под ризой бурь , с волнами споря ,
По вольному распутью моря ,
Когда ж начну я вольный бег ?
Пора покинуть скучный брег ,
Мне неприязненной стихии ,
И средь полуденных зыбей ,
Под небом Африки моей ,
Вздыхать о сумрачной России ,
Где я страдал , где я любил ,
Где сердце я похоронил .

51
Онегина жила мечтою ,
Увидеть чуждые края ,
Но планы эти , я не скрою ,
Пришлось оставить нетая .
Отец ее тогда скончался ,
Перед Онегиной собрался ,
Заимодавцев жадный полк ,
У каждого свой ум и толк .
Раздор и тяжбы ненавидя ,
Довольна , жребием своим ,
Наследство отдала все им ,
Большой потери в том не видя ;
Нежданности пришла чреда ,
Скончалась тетя , вот беда ...

52
Вдруг получила в самом деле ,
Письмом отправленную весть ,
Что тетя присмерти в постеле ,
Проститься с ней , взывает честь .
Прочтя печальное посланье ,
В карете то'тчас на свиданье ,
Онегина стремглав спешит ,
И сердце трепетно дрожит .
И упражняясь в пересчете ,
Все денег ради , не обман ,
( И тем я начал свой роман ) ,
Но , прилетев в деревню тети ,
Ее нашла уж на столе ,
Как дань готовую земле .

53
Нашла она весь двор услуги ,
К покойнице со всех сторон ,
Съезжались недруги и други ,
Охотники до похорон .
Покойницу похоронили ,
Попы и гости ели , пили ,
И после важно разошлись ,
Как будто делом занялись .
Онегина , теперь персона ,
Заводов , вод , лесов , земель ,
Всего хозяйка , а досель ,
Подруга праздничного звона ,
Переменить свой прежний путь ,
Спешит она , на что - нибудь .

54
Два дня ей показались новы ,
Уединенные поля ,
Прохлада сумрачной дубровы ,
Журчанье тихого ручья .
На третий , роща , холм и поле ,
Ее не занимали боле ,
Потом уж наводили сон ,
Как в полдень , колокольный звон .
Что и в деревне скука та же ,
Хоть нет ни улиц , ни дворцов ,
Ни карт , ни балов , ни стихов ,
Хандра ждала ее на страже ,
И бегала за ней она ,
Как ночью полная луна .

55
Я был рожден для жизни мирной ,
Для деревенской тишины ,
В глуши звучнее голос лирный ,
Живее творческие сны .
Досугам посвятясь невинным ,
Брожу над озером пустынным ,
И for niente мой закон ,
Я каждым утром пробужден ,
Для сладкой неги и свободы ;
Читаю мало , долго сплю ,
Летучей славы не ловлю ,
Не так ли я в былые годы ,
Провел в бездействии , в тени ,
Мои счастливейшие дни .

56
Цветы , любовь , деревня праздность ,
Поля ! я предан вам душой ,
Всегда я рад заметить разность ,
Между Онегиной и мной .
Чтобы насмешливый читатель ,
Или какой - нибудь издатель ,
Замысловатой клеветы ,
Сличая здесь мои черты .
Не повторял потом безбожно ,
Что наморал я свой портрет ,
Как Байрон , гордости поэт ,
Как будто нам уж невозможно ,
Писа'ть поэмы о другом ,
Как только о себе самом .

57
Замечу кстати : все поэты -
Любви мечтательной друзья ,
Бывало , милые предметы ,
Мне снились , и душа моя ,
Их образ тайный сохранила ;
Их после муза оживила :
Так я , беспечно воспевал ,
И деву гор , мой идеал ,
И пленниц берегов Салгира ,
Теперь от вас , мои друзья ,
Вопрос нередко слышу я :
" О ком твоя вздыхает лира ? "
Кому , в толпе ревнивых дев ,
Ты посвятил ее напев ?

58
Чей взор , волнуя вдохновенье ,
Умильной лаской наградил ,
Твое задумчивое пенье ?
Кого твой стих боготворил ? "
И , други никого , ей - богу !
Любви безумную тревогу ,
Я безотрадно испытал ,
Блажен , кто с нею сочетал ,
Горячку рифм : он тем удвоил ,
Поэзии священный бред ,
Петрарке шествуя вослед ,
Я муки сердца успокоил ,
Поймал и славу между тем ;
Но я , любя был глуп и нем .

59
Прошла любовь , явилась муза ,
И прояснился темный ум ,
Свободен , вновь ищу союза ,
Волшебных звуков , чувств и дум .
Пишу и сердце не тоскует ,
Перо , забывшись , не рисует ,
Близ неоконченных стихов ,
Ни женских ножек , ни голов ;
Погасший пепел уж не вспыхнет ,
Я все грущу ; но слез уж нет ,
И скоро , скоро бури след ,
В душе моей совсем утихнет ;
Тогда - то я начну писать ,
Поэму  песен в двадцать пять .

60
Я думал и о форме плана ,
И как героя назову ,
Покамест моего романа ,
Я кончил первую главу ;
Пересмотрел все это строго ,
Противоречий очень много ,
Но их исправить не хочу ,
Цензуре долг свой заплачу .
И журналистам на съеденье ,
Плоды трудов моих отдам :
Иди же к невским берегам ,
Новорожденное творенье ,
И заслужи мне славы дань :
Кривые толки , шум и брань !


Глава вторая.( фрагмент, черновик )

6
В свою деревню в ту же пору,
Особа важная скакала,
И столь же строгому разбору,
В соседстве повод подавала.
Мадам, Полина Ленская,
Кровь в венах - геттингенская,
Красива, в полном цвете лет,
Изъянов в теле явных нет.
Одна с Германии туманной,
Везла ученности плоды,
Вольнолюбивые мечты,
Дух пылкий, но казалась странной,
Всегда изысканная речь,
И кудри черные до плеч!

               

               

               

               

               


Рецензии