Ноябрьское

Вдыхая осень,  дни считаем
и  жжём осенние костры.
На низком небе чаек стаи
шныряют – им не до игры,
окончен праздник, дни короче,
и корма меньше в ноябре,
зима бескормицу пророчит.
Пора кормушки во дворе
развешивать для птиц голодных, 
для воробьёв и для синиц,
для всяких прочих птиц свободных…
Тогда, как несвободных птиц,
накормят в клетке жирно, сладко,
пой птичка, не о чем жалеть.
На похвалы певички падки –
неважно – клетка или клеть –
поют, лишённые свободы,
о счастье, о любви, весне –
придворные певцы… Природа 
им снится, разве что, во сне.
А   если  в форточку заносит 
прозрачно-синий дым  костра –
брезгливо морщат клювик-носик.
А там  – осенняя пора!

А там – пленительно и страстно
коснётся губ последний лист,
темнеет спектр ноябрьских красок,
и ветер, шалый скандалист,
сгоняет облака к востоку,
а значит, снова ждать дождя.
Писать о светлом и высоком,
ловить слова, не отводя
усталых глаз от нежной сини,
мелькнувшей между облаков,
и вспоминать, как мы просили
дождя в июле… Далеко
июльский зной, растаял в нетях…
Зима всё ближе с каждым днём.
Давай споём с тобой о лете,
мне  так приятно петь о нём,
когда осенняя погода
шуршит за окнами листвой,
всё тяжелее неба своды,
и звёзд не виден хоровод.
Теперь, пожалуй, до морозов
нам звёзд с тобою не считать…
Осенние метаморфозы
слетают птицами с листа.